Несмотря на то, что мне было любопытно, когда у стойки регистрации я попросил доставить цветы в номер Чарлѝ и обнаружил, что постояльцев с таким именем не было, я никогда не выспрашивал у Делорес больше информации. Даже после того, как Чарлѝ сбежала, я сам разыскал Челси. Я хотел разузнать о Чарлѝ с ударением на «и» с пленительными золотистыми глазами от нее самой.

После того, как я нашел Чарлѝ в ее номере, и последующей за этим ночи, я специально сказал Делорес, что не желаю знать больше. Тайна Чарлѝ была частью ее очарования.

— Доброе утро, мистер Деметрий. Сегодня будет тепло. — Швейцар поприветствовал меня, пока открывал дверь на улицу. Мне не нужно было никакого телефонного приложения о погоде. У меня был Хадсон.

Вместо ответа, я просто кивнул, дав Хадсону понять, что услышал. Я был слишком поглощен мыслью, почему Делорес находилась на заднем сиденье автомобиля.

Хадсон был прав, как обычно. Как только я покинул прохладное здание, меня окутал влажный воздух, отчего накрахмаленная рубашка, под пиджаком прилипла к телу. На полукруглой подъездной дорожке находилось всего несколько автомобилей. Подобное ограничение частенько вынуждало водителей такси останавливаться снаружи и звонить, когда пассажиры были готовы ехать. Айзек никогда не оставался на улице. Если я говорил, что буду в семь утра, то имел в виду в шесть пятьдесят пять. Я никогда не интересовался, будет ли на месте Айзек, когда я выйду на мостовую. Он всегда был там.

Увидев большую машину, я знал, что это Айзек несмотря на то, что он сидел не за рулем моего обычного мерседеса. Вместо этого, он взял один из лимузинов «Деметрий Энтерпрайзис». Смена транспортного средства заставила меня занервничать. Что-то случилось и что бы это ни было, Делорес хотела обсудить это наедине.

Выйдя с водительской стороны, Айзек встретил меня у задней двери.

— Доброе утро, сэр. Вы получили мое сообщение?

— Доброе утро, Айзек. Получил. Вижу, что миссис Витт было не комфортно в седане.

— Да, сэр, — ответил он, открывая заднюю дверь.

Я пытался прочесть выражение лица Делорес, пока садился, но у нее был большой опыт по сокрытию информации.

Как только дверь закрылась, и мы тронулись, она начала: — Мистер Деметрий, прошлой ночью я хотела позвонить вам, а потом решила, что этой информацией лучше делиться лично.

— Вы возбудили мое любопытство. Орен? Он что-то сделал?

— Нет, сэр. — Ей потребовалось время, чтобы подобрать слова, что было не характерно для нее.

— Миссис Витт… — Когда она обращалась ко мне, как к мистеру Деметрию, это означало, что дело было сугубо деловым… — … выкладывайте.

— Это по поводу «Измены».

Я стиснул зубы. Я ненавидел эту компанию. «Деметрий Энтерпрайзис» была одной из их крупнейших инвесторов. Мне бы хотелось, чтобы у меня была возможность упрекнуть отца за нее, сказать ему, что он связался с ней однажды ночью во время игры в покер с высокими ставками и в итоге оказался на руках с компанией, которая занимается продажей отношений, но я не мог. В этом был весь я. Она не имела никакого отношения к бизнесу. Я видел финансовую возможность и пользовался ею. «Деметрий Энтерпрайзис» финансово участвовала в «Измене» с самого начала и эти партнеры принесли нам миллионы. Больше всего я опасался, что однажды информация о торговле отношениями в «Измене» будет разглашена. Само название «Измена» уже было достаточно плохим. Эксклюзивная часть вебсайта была отлично защищена и по-настоящему выгодна. Меня беспокоила торговля отношениями. «Эшли Мэдисон» взломали (сайт знакомств). То же самое может случиться и с «Изменой».

Я неоднократно высказывал свои опасения Делорес. Она соглашалась, и возможно, лично работала с техниками в «Измене», чтобы убедиться, что новейшие защитные системы и превентивные меры постоянно находятся на месте.

— Скомпрометирована? — спросил я, и вопрос прозвучал скорее, как рычание, пока я заставлял себя неглубоко вдыхать и выдыхать через нос.

— Нет, сэр. Информация надежно защищена. Это другое. Кое-что, что я вчера обнаружила.

Она передала мне конверт из манильской бумаги.

Отстегнув застежку, я вытащил фотографию, напечатанную на обычной белой бумаге. Снимок был зернистым, но это не помешало мне узнать изображенную на нем женщину. Я тотчас же узнал ее, каждый сантиметр.

— Что за хрень? — спросил я, осматривая конверт в поисках дополнительной информации. — Что Чарлѝ делает в «Измене»? Какого хрена? — Я не мог собраться с мыслями, чтобы сформулировать вопросы.

— У меня есть еще, — сказала миссис Витт. — У меня имеется ее профиль. Но я подумала, что вам, возможно, не захочется… ну, мы говорили, что вы не хотите…

— У нее имеется профиль? — спросил я в недоумении.

— Да, он был создан только вчера. Насколько я поняла, вчера у нее было собеседование с Карен Флорес. Комментарии мисс Флорес были благосклонными. В ее рекомендации входило разрешение… э-э-э… принять Чарлѝ на работу, при условии положительных результатов ее медицинских и психологических проверок. Мисс Чарлѝ подписала соглашение.

Я отвернулся к окну, пытаясь подавить ярость, растекающуюся по венам. Если бы эту новость принес мне мужчина, то я, вероятно, очень сильно ударил бы его, но это было не так.

— Леннокс, — произнесла миссис Витт успокаивающим тоном. — Я обнаружила это прежде, чем оно было кому-то отправлено. Ни один клиент еще не был рассмотрен. Помимо обычных работников: врачей, психологов, Карен, фотографа и ассистентов, никто об этом не знает. Все эти люди связаны соглашением о неразглашении.

— Как? Почему?

— Я не знаю как, помимо того, что господин по имени Сайрус Перри, является ее поручителем.

— Сайрус Перри, имя кажется мне смутно знакомым.

— Он не работает на «Деметрий» или какие-либо ее дочерние компании. Я копну поглубже, — сказала она, быстро записывая на полях записной книжки.

— Почему?

— Из ее профиля, складывается впечатление, что не так давно она потеряла финансовую стабильность. У нее был трастовый фонд, которого теперь нет. Недавно ее приняли… — голос Делорес затих. — Простите. Вероятно, я сказала больше, чем вы хотели знать.

— Она была принята…?

— На юридический факультет колумбийского университета.

Юридический факультет колумбийского университета находится здесь. Чарлѝ здесь на Манхеттене.

— Этот профиль был заполнен вчера? — спросил я. — В квартале от моего офиса? Офисы «Измены» растянулись на множество районов по всей стране, и, тем не менее, Чарлѝ была в квартале от меня.

— Да, сэр.

«Если у нее появились финансовые проблемы, она должна была позвонить мне. Почему она, блять, не позвонила мне? Потеряла мой номер?» Я сжимал и разжимал челюсти. Пока мысли кружились, воцарилась тишина. Это был торнадо, яростный циклон, способный на массовое разрушение. Сжав зубы, я попытался успокоиться, хотя бы немного.

Наконец, миссис Витт спросила:

— Хотите, чтобы я позвонила мисс Флорес?

И что? Сказать ей, отклонить кандидатуру Чарлѝ? Если она решила пойти на это ради денег, что станет делать, если это не сработает? Как бы я не ненавидел «Измену», люди там хорошо работали, чтобы обеспечить своим работникам благосостояние и здоровье, а клиентам — анонимность.

— Нет, Делорес. Дайте мне прямой номер мисс Флорес. Я позвоню ей.

— Сэр, мне не нужно напоминать вам, что использование офисного или домашнего телефона…

— Нет, не нужно.

Делорес потянулась к своей сумке и вытащила телефон-раскладушку.

— Он одноразовый.

Я кивнул.

— Спасибо. Спасибо, что пришли с этим прямо ко мне.

— Профиль?

Я вздохнул.

— Я подозреваю, что если спрошу у мисс Флорес о Чарлѝ, то она не поймет, о ком я говорю?

— Верно. Имя, указанное в профиле — Александрия Коллинз.

Александрия Коллин?

Откуда, черт подери, взялась Чарлѝ?

Когда воспоминания о «Дель-Мар» и «101» угомонили бурю у меня в голове, я начал составлять план.

— Этой беседы никогда не было, и после того, как я поговорю с мисс Флорес, профиль Александрии Коллинз будет навсегда удален. Вы сможете об этом позаботиться?

— Да, сэр.

Глава 24