Дворецкий снова поклонился и повел гостя наверх, в просторную, хорошо обставленную спальню, куда уже был доставлен багаж.

Гамильтон обошел комнату.

– Доехал без приключений?

– Да, сэр. – Франклин подошел к сундуку и открыл его, чтобы распаковать вещи. Энтони выглянул в окно, которое выходило на конюшню. Он присмотрелся, но не увидел на дорожке Селию. Она что, пошла в лес?

– Приготовить вам ванну, сэр? – вмешался в его мысли Франклин.

– Нет, – пробормотал Энтони, внимательно всматриваясь в лес. – Думаю, я прогуляюсь перед обедом. Приготовишь ванну, когда я вернусь.

– Хорошо, сэр.

Гамильтон смыл с лица пыль, переоделся, сменив дорожный костюм, и снова вышел на улицу. Он еще раз внимательно посмотрел в сторону конюшен, но на дорожке по-прежнему никого не было. Если он опять пойдет проведать свою лошадь, это будет выглядеть слишком странно. К тому же Селия, то есть леди Бертрам, появится на обеде. Энтони решительно повернул в сторону озера. Он не станет ее выслеживать.

Пройдя больше половины пути до озера, Энтони услышал, как кто-то зовет его по имени.

– Гамильтон, черт подери, подожди! – к нему быстро приближался Дэвид, растрепанный и задыхающийся. – Ты приехал, – сказал он, сердечно пожимая другу руку.

Энтони улыбнулся.

– Приехал.

– Ты один из последних. – Дэвид зашагал рядом. – Дом просто забит гостями. – Гамильтон ничего не ответил, он не хотел говорить, что сомневался до самого последнего момента, не зная, стоит ли ехать. Даже сейчас он не мог объяснить, что сподвигло его к поездке. – Розалинда в своей стихии, – продолжил Дэвид. – Я рад тебя видеть. Боялся, что ты не приедешь.

– Ты же меня попросил. – Энтони сцепил руки за спиной и повернулся к озеру. – Точнее, приказал. Даже угрожал мне.

Дэвид засмеялся.

– Ты никогда не боялся моих угроз, даже тогда, когда следовало бы.

– А, да, я помню эти обещания меня утопить. К счастью, ты не сдержал слово.

– Отец отправил бы меня на гильотину, если бы я утопил кого-нибудь в озере рядом с домом. – Дэвид посмотрел на друга. – А ведь ты иногда заслуживал быть брошенным в какой-нибудь водоем.

Энтони усмехнулся. Они как раз дошли до большого плоского камня, торчащего из воды, с которого ныряли, будучи мальчишками.

– Ты всегда выигрывал в карты, – пробурчал Дэвид. – И это было нечестно. Неужели никто так и не научил тебя уважать старших?

– Уж точно не ты, – отозвался Гамильтон. – И вряд ли какие-то семь лет делают тебя существенно старше.

Риз фыркнул.

– Наверное, стоит швырнуть тебя в воду прямо сейчас. Никто даже не узнает, что ты здесь был.

– Не получится. Мы с леди Бертрам сегодня встретились на дорожке, так что она сразу же раскроет твой блеф. – Беспечно произнес Энтони, пытаясь снова научиться спокойно говорить о Селии. Он никогда, даже мысленно, не называл ее леди Бертрам, но теперь, конечно, придется привыкнуть.

Дэвид мгновенно стал серьезнее.

– Ты ее видел? Это хорошо. В толпе прибывающих гостей она выглядела такой несчастной.

Обсуждать данную тему Энтони совсем не хотелось.

– Мне твоя сестра показалась достаточно спокойной, – нашелся он с ответом.

Дэвид покачал головой.

– Когда это раньше Селия бывала спокойной? Теперь ты понимаешь, о чем я? Надеюсь, мачеха права, загородный прием приободрит сестру. – Он хлопнул друга по плечу. – Ну что, возвращаемся?

Энтони глубоко вздохнул, по-прежнему глядя на озеро.

– Нет, я хочу прогуляться вокруг водоема.

– Обойти его целиком? – Гамильтон кивнул. – Ну, как знаешь. Увидимся за обедом.

Дэвид направился к дому, а Энтони продолжил прогулку.


Селия вернулась в особняк, едва успевая переодеться к обеду. Когда она вошла в свою комнату, ее горничная уже была на грани нервного срыва.

– О, мадам, нам придется поторопиться! – Агнес отчаянно суетилась и бегала по комнате, раскладывая вещи. – Сегодня вечером мы не успеем заняться кудрями. Но ваши волосы, мадам! В них запутались веточки!

Селия улыбнулась, пытаясь избавиться от нарастающего напряжения. Чувство умиротворения после прогулки исчезло в то мгновение, когда она подумала о предстоящем вечере. Одна только мысль о гостях, которые примутся сверлить ее взглядом, пытаясь разгадать, что же у нее со здоровьем, браком и душевным состоянием…

– Просто стряхните их, Агнес. Мне сегодня не хочется никаких кудрей.

– Ну, хорошо, мадам. Как пожелаете. – Качая головой, горничная расчесала волосы Селии и убрала их в самую простую прическу. – Какое платье наденете? Синее?

Селия посмотрела на разложенные наряды. Насыщенное синее с белой атласной оторочкой, золотисто-коричневое и бледно-зеленое. Чем темнее, тем лучше, подумала она.

– Да.

К тому времени, когда Селия спустилась в гостиную, почти все гости уже собрались. Она помедлила на пороге, и к ней тут же подошла вдовствующая герцогиня.

– А вот и ты! – Розалинда прижалась к щеке дочери, затем быстро окинула ее взглядом. – Ты сегодня прелестна, дорогая, – ласково произнесла она. – Синий идет тебе гораздо больше черного. – Не дожидаясь ответа, мать взяла Селию под руку и ввела ее в комнату. – Не думаю, что ты знакома со всеми присутствующими. Лорд Уорфилд, позвольте представить вам мою дочь, леди Бертрам.

Они остановились перед высоким мужчиной с довольно грубыми чертами лица. Он поклонился, когда герцогиня закончила представлять дочь.

– Очень приятно познакомиться, леди Бертрам, – произнес мужчина низким голосом с легким шотландским акцентом.

– А это кузен лорда Уорфилда, – продолжила Розалинда, – мистер Эдвард Чилдресс.

Мистер Чилдресс тоже поклонился. Он оказался очень привлекательным мужчиной, с изящными чертами лица и темными волосами.

– Как поживаете, леди Бертрам?

Селия невнятно пробормотала что-то в ответ. О боже, как глупо, что она не догадалась сразу, зачем здесь этот джентльмен. Он ей не друг и даже не друг кого-нибудь из членов семьи. Селия смутно припоминала, как мать говорила, что мистер Чилдресс – любимец общества, но тогда она не обратила внимания на эти слова. А теперь у нее нет выбора. Очевидно, кузен лорда Уорфилда предназначен ей в кавалеры. Придется поговорить с матерью.

Дальше ситуация только ухудшалась. Холостых джентльменов здесь оказалось довольно много. В общей сложности пятеро, точнее, шестеро, если включить в их число лорда Уорфилда, хотя он старше Селии лет на двадцать. Даже появление их соседа, лорда Сноудена, стало казаться ей подозрительным. Все джентльмены были исключительно любезны и обаятельны, но ведь она не ищет себе нового мужа! Два человека, которых Селия по-настоящему хотела увидеть, Джейн и Луиза, оставались в тени, пока мать вела ее по кругу, словно призовую свиноматку, чтобы познакомить с каждым холостым мужчиной в гостиной.

– Леди Бертрам! – Селия услышала голос Джейн в тот момент, когда мать разговаривала с последним джентльменом, лордом Марбери. – Как я рада снова вас видеть! – Джейн крепко обняла подругу. – Идемте, посидите со мной, чтобы мы с вами смогли пообщаться после долгой разлуки. Позвольте мне похитить ее, ваша светлость. – Джейн мило улыбнулась герцогине, и той не оставалось ничего иного, кроме как тоже улыбнуться и кивнуть.

– Спасибо, – выдохнула Селия, когда они отошли подальше.

– У тебя был такой вид, словно ты поднималась на эшафот, – фыркнула Джейн. – Сомневаюсь, что это понравилось бы хоть какому-нибудь мужчине.

– Я и не планировала нравиться мужчинам. – Селия вздохнула, усаживаясь на небольшой диванчик. – Хотя мама, конечно, желает мне только добра.

– Она мать и ничего не может с собой поделать. – Джейн сочувственно улыбнулась. – А я не могу не поблагодарить ее за приглашение. Клянусь, Эйнсли-Парк – самое прекрасное имение из всех, что я когда-либо видела. Я в любом случае была бы счастлива гостить здесь целый месяц, но мне вдвойне приятно провести это время с тобой. – Она раскрыла веер и наклонилась к подруге. – Мне столько всего нужно тебе рассказать! Куча сплетен! Я даже не знаю, с чего начать.

– Расскажи о себе, – попросила Селия. – Где мистер Перси?

В комнате его не было. Джейн скорчила гримасу.

– В конюшне, конечно. Сейчас Перси не может думать ни о чем, кроме скачек. Я уверена, он и в Эйнсли-Парк приехал только потому, что лорд Дэвид тоже здесь.

– О, – произнесла Селия. Упоминание о конюшне заставило ее вспомнить про мистера Гамильтона. Он прибыл сюда несколько часов назад, а в гостиной его до сих пор нет. К обеду-то хоть появится?

Словно по сигналу, послышались перешептывания. Селия подняла глаза и увидела в дверном проеме мужа Джейн, Дэвида и мистера Гамильтона, она снова поразилась тому, насколько Энтони изменился. Будучи молодым человеком, он постоянно привлекал к себе внимание окружающих, был более обаятелен, чем следовало бы такому повесе, по выражению одной из сплетниц. Селия и сама помнила, каким раскованным был Энтони, как рядом с ним ей казалось, будто она может не подбирать слова, потому что мистер Гамильтон не станет над ней смеяться и не сочтет ее глупым ребенком. Даже когда его репутация достигла пика скандальности, люди не перестали обращать на него внимание.

Теперь Энтони казался более загадочным и отчужденным, словно старался держаться в стороне от общества. По-прежнему красивый, как и раньше, но теперь в нем ощущалась какая-то сдержанность. Он словно находился один в этой комнате, а не стоял под прицелом стольких внимательных взглядов. Когда мистер Гамильтон направился через зал, на его губах была едва заметна циничная усмешка, какой Селия никогда раньше не видела. Он казался гораздо холоднее, чем несколько лет назад. Мистер Гамильтон выглядел так, как Селия себя ощущала.

– Святые небеса, этот порочный вид в точности соответствует его репутации, – сказала Джейн, прикрывшись веером. Селия оторвала взгляд от Энтони, который присоединился к лорду Уорфилду и некоторым другим джентльменам.