— Агат… — шепнула Машка, смотря на девственно чистый лист бумаги. Контрольная шла полным ходом.

— Что? — спросила, бросая в ее сторону недовольный взгляд. Я почти решила задачу… Как не вовремя она решила поговорить.

— Сегодня мы в клуб собираемся, пойдешь?

Вот чего-чего, а идти вечером никуда не хотелось. Тем более, с парнями из нашей группы. Знаю я их. Этим лишь бы как следует расслабиться. А смотреть на это безобразие желания не было. Я всегда и во всем предпочитала золотую середину. Никогда не напиваться, но и пропустить пару коктейлей можно. Только вот в подобной компании это не возможно. Народ спьяну начинает подначивать и подзуживать, старается взять на слабо и всячески уговаривает пригубить еще спиртного. Могут даже чего-нибудь в колу подлить. Ну, это уже совсем редко бывает. И только у Толика, если тот словит белочку.

— Из девчонок кто будет? — спросила, про себя искренне надеясь на то, что Люда предпочтет другую компанию.

— Ну, Ленка с Катькой обещались быть. Потом… — тут подруга скосила взгляд на Рика, — Людка хотела отдохнуть.

Не-е-ет! За что она сегодня свалилась на мою голову? Вот чего ей дома не сидится? Она меня одним только смазливым личиком выводит из себя. И это не от зависти, нет! Просто на таких вот…, как она обычно и клюют нормальные парни вроде Лерика. А сами вертихвостки, как правило, обращают свое внимание на плохих мальчиков вроде нашего заводилы Ваньки. Ну, что за закон подлости? Не смогу я расслабиться и не думать о плохом в одном помещении с Людмилой. Я постоянно ожидаю от нее какой-нибудь пакости. Наверное, это уже паранойя. Но, увы, поделать с собой я ничего не могу. Уж очень горестно мне сознавать, что уступаю ей по всем параметрам. И это не только мое мнение.

— Я, наверное, сегодня не смогу, — понуро пробормотала, опуская взгляд в тетрадь.

Знал бы кто-нибудь, как это больно, видеть ту, которая завладела вниманием небезразличного тебе парня. И сказать ему о своих чувствах не могу, потому что точно испорчу этим признанием нашу дружбу. И «держать лицо» получается все хуже. Видела я, как Людка снисходительно смотрит на Лерика. Многое бы отдала за то, чтобы он был счастлив. Но что я могу сделать? Во мне он видит только подругу.

Сдавать кровь не так больно, как осознавать, что являюсь всего лишь другом. Я уже близка к тому, чтобы от отчаяния начать плакать по ночам в подушку. Ну, почему он так сильно засел мне в душу? Отчего я не представляю рядом с собой никого другого? Да за один только взгляд этих глаз я готова наступить себе на горло, забыть про гордость и стойко выслушивать Леркины жалобы на жизнь… Но вот в чем проблема: он никогда не жалуется. Также, как и я, хранит все в себе и тоже мучается…. Как мы с ним похожи. И вроде почти всегда рядом, да только находимся по разные стороны бездонной расщелины.

Эти мысли не добавили хорошего настроения. Сколько я еще смогу улыбаться через силу? Мучить себя сомнениями и страхами?

— Не кисни, — Машка пихнула меня в бок локтем. — Там еще и Вовка будет. Ну, тот, из параллельной группы. Он давно на тебя глаз положил.

Знаю я, что конкретно он бы хотел «положить». Этот точно ни одной юбки не пропустит. Да и зачем мне ненужные интрижки? Чтобы заставить Рика ревновать? Бессмысленно. Он только порадуется, если я заведу отношения. Ему-то не известно о моей симпатии. Хотя… Может, раскусит его и отгонит. Но лишь для того, чтобы оградить от ошибки единственного, не отвернувшегося от него при первой встрече человека. Остается лишь мечтать о том, что когда-нибудь меня наконец-то заметят, как девушку. А так… Лучше уж побыть дома одной, чем в компании Вовчика. Пьяного и от того еще более приставучего.

— Тогда я точно никуда не пойду.

— А ты пойдешь? — это подруга обратилась уже к Валерию.

— Разговоры! — послышался недовольный возглас преподавателя.

Пришлось прекратить шушуканье и полностью погрузиться в контрольную.

Но, видимо, подруга решила достать меня и на перерыве. На этот раз мы втроем решили пойти перекусить в столовую. Часть группы расстроилась. Им хотелось узнать, как все же Рик делает свои фокусы. Но он, как истинный фокусник, не торопился раскрывать свои секреты и лишь загадочно улыбнулся перед тем, как покинуть аудиторию.

— Так ты пойдешь? — вновь спросила Машка, когда наша троица устроилась за одним из свободных столиков.

— Да, — ответил парень, крутя в руках граненый стакан с горячим чаем.

— Что ж, — девушка довольно заулыбалась, хитро смотря в мою сторону, — думаю, теперь вопрос с твоим присутствием решен?

Решен, куда уж мне деваться… Да чтобы я отпустила Валеру туда одного? Нет, разумеется, он уже взрослый молодой человек. Но… это не просто парень из группы. И пусть я не собиралась ставить ему палки в колеса в вопросе по завоеванию сердца одной строптивой красавицы, только вот… Спокойно сидеть дома, зная, что друг возможно уже добился своего и они вместе… Невыносимо! Невыносимо, больно и мерзко. Пускай я лучше увижу все собственными глазами, чем в неизвестности буду страдать весь вечер. Боже, кто бы знал, как я не хочу туда идти! Но у меня нет выбора.

— Я зайду за тобой в восемь, — пробормотала и сделала вид, что заняла нехитрым перекусом.

Бутерброды показались черствыми и безвкусными. Чай — пресным. А пирожное искусственным. Если я не возьму себя в руки, то рискую погубить здоровье.

— Агата, — от этого тихого голоса по моей спине побежали мурашки.

Неужели он не понимает, не видит, как на меня влияет? Как одно его слово переворачивает душу наизнанку? Да я сейчас готова провалиться сквозь землю, лишь бы только он не увидел истины на моем лице.

Чтобы не спугнуть, словно соловья, который еще ни о чем не догадываясь, оказался в опасной близости от вездесущего кота. И этот кот — это я и моя любовь, которая если не убьет, то точно охладит его по отношению ко мне. Осторожно… Только бы не проколоться в очередной раз.

— Что такое? — получилось произнести это нейтральным голосом.

— Ты бледна. Может, все же останешься дома?

И ведь я знала, что он говорит это абсолютно искренне. Не потому, что не хочет, чтобы я шла с ним и мешалась под ногами.

— Все хорошо, — улыбка вышла вполне натуральной. — Пойдем, отдохнем. Всего на пару часов.

— Рик, — Машка подалась чуть вперед, отставляя от себя уже пустую бумажную тарелочку, на которой еще недавно лежал бутерброд с колбасой, — не отходи от нее. Там душно. А если в обморок упадет?

Все ясно. Кто-то решил подтолкнуть нас друг к другу. Подруга тоже пыталась помочь одной влюбленной дурехе (которой я себя считала) завоевать расположение понравившегося парня. Увы, за столь короткий срок я успела понять, что Рик не из тех, кто так запросто переключит свое внимание с одной девушки на другую. Я видела, как загорался его взгляд, при виде Люды. На меня же он смотрел по-другому. Тепло, доброжелательно, не более. И Маша прекрасно это понимала, но все равно гнула свое. Зачем?! Какое право она имеет давить на него? Про себя я уже молчу. Я ведь давно потерялась в лабирине собственных страхов и иллюзий.

— Можешь не переживать, — друг улыбнулся. — Буду следить, как за…

— Младшей сестрой, — перебила его, бросая в сторону Машки недовольный взгляд.

— Можно и так сказать, — пожав плечами, произнес Валера.

Почему никто до сих пор не изобрел таблетку от неразделенной любви? Допустим, выпил ты такую и все, больше не мучаешься, не страдаешь. Живешь себе спокойно дальше, смотришь на того, кто до приема чудо-средства занимал все твои мысли и ничего не испытываешь. В смысле, никакой любви. Просто дружеская симпатия.

— Пойдемте, — спустя пару минут, Маша встала из-за стола, явно намекая на то, что пора бы собираться на следующую лекцию. — Валентин Егорович не любит ждать. Сами знаете.

Да, уж я-то знала об этом как никто другой. Недолюбливал меня этот преподаватель. В общем, это было взаимно.


После занятий Маша попрощалась с нами до вечера и помчалась на встречу со своим очередным кавалером. Мы же с Риком не торопились. Спокойно собрали вещи, спустились в гардероб и так же неспешно вышли на улицу. Ветер был сырым и прохладным. Поежившись, я инстинктивно подошла к другу ближе. Тот же не раздумывая, положил свою руку на мои плечи и притянул к себе, согревая. Так вот просто, без какого-либо подтекста. Очень естественно и как-то правильно, что ли… Как будто так и должно быть всегда. Но это всего лишь благодарность, не более того. И вроде бы должно быть неудобно, а все наоборот. Как пишут в любовных романах: она не смогла сдержать эмоций, сбросила его руку со своего плеча и убежала прочь, оставив его в неизвестности. А я вот не могу его бросить. Хотя бы только потому, что дорожу им и готова смириться со своей ролью вечного друга, с которым можно поговорить обо всем на свете, доверить все тайны, но при этом держать на расстоянии от себя. От своих губ и горячего дыхания, которое обжигает кожу возле уха, когда мужчина шепчет разные приятности своей любимой. Но смирение нисколько меня не утешает. Разбитое сердце кровоточит и болит. Надеется, глупое, что все еще может измениться.

— Куда мы? — спросила, заметив, что друг направляется в противоположную от метро сторону.

Его объятия создавали временную иллюзию счастья. Я млела, стараясь не думать о том, что скоро снова останусь одна. Здесь и сейчас мне было хорошо. Его присутствие расслабляло и внушало уверенность в себе. Волна отчаяния немного схлынула с моего воспаленного сознания, и я смогла спокойно выдохнуть. Тихонечко, чтобы Рик ничего не заметил.

— Ты замерзла, — сказал он, не смотря на меня. — А тут неподалеку делают очень вкусный горячий чай с малиной.

— Зовешь меня на свидание? — шутливо проговорила, пытаясь за этими словами скрыть свое волнение, которое предательски снова стало накатывать на маленькую бедную меня.