Мэри Кей Маккомас

Поцелуй на бис

Глава 1

Известие о том, что в Тайлервилл возвращается сам Скотт Хэммонд, привело жителей этого славного, тихого городка в необычайное волнение. Еще бы! Ведь теперь, если, конечно, верить слухам, спокойной, сонной жизни городской общины пришел конец. Из того же авторитетного источника стало известно, что человек этот способен творить чудеса, как-то: одним мановением руки возводить дома или превращать все, до чего ни дотронется, в золото. Но главное, он был способен восстановить порядок и справедливость в системе школьного образования!

Августа Миллер вовсе не относилась к числу скептиков. Ей хотелось верить в чудо не меньше всех остальных. Но жизненный опыт подсказывал, что чудеса бывают только в сказках. К тому же в отличие от нее остальные обитатели городка не жили по соседству с этим самым Скоттом Хэммондом.

— Лидия, он вернулся, — громко прошептала Августа в телефонную трубку.

— Кто?

— Ты знаешь кто. Это чудовище из соседнего двора. Он вернулся. Уже в третий раз за эту неделю. Как ты думаешь, могу я теперь позвонить в полицию?

— Нет, — категорично возразила Лидия. — В маленьких городках так не принято. Что он делает?

— То же, что и раньше, — Августа наклонилась к невысокому окну, чтобы получше разглядеть захватчика. — Сидит посреди моего заднего двора, разбросав повсюду свой мусор. Смотрит вокруг. Исходит слюной.

— А ты не можешь просто не обращать на него внимания? В конце концов ему надоест и он уйдет домой.

— Оставив тут все свое барахло, — закончила за сестру Августа, смахивая со стола в мусорную корзину хлебные крошки. — Если он потопчет мои новые клумбы, я пристрелю его. И вообще, этот новый сосед мне совершенно не нравится.

— Ну, не знаю… Попробуй поговорить с ним.

— С кем?

— С тем, кто сидит на твоем заднем дворе, разумеется. Поговори с ним любезно, и, может быть, он уберется обратно на свою территорию.

— Не воспользоваться ли при этом в качестве решающего аргумента ручкой от швабры, как ты считаешь? — Августа снова с опаской взглянула на незваного гостя. Пожалуй, этому чудовищу ничего не стоит перекусить зубами десять таких ручек.

— Думаю, что можно, — прокомментировала Лидия. — Едва ли кто-нибудь будет на тебя в претензии, если ты выгонишь его со своего двора шваброй.

— А если он нападет на меня?

— Вот тогда будет в самый раз звонить в полицию.

В голосе сестры явно прозвучали иронические нотки, показавшиеся Августе совершенно неуместными.

— Твоя помощь просто бесценна, Лидди. Большое тебе спасибо, — укоризненно произнесла она.

— Гасти, дорогая, ты — моя любимая сестра…

— Я — твоя единственная сестра.

— И тебе надо научиться относиться к жизни проще, — продолжала Лидия, не обращая внимания на реплику сестры. — Иногда ты очень напоминаешь маму, и это пугает меня.

— Но, послушай…

— Здесь ведь не большой город. Здесь просто необходимо терпимо относиться к соседям и улаживать конфликты мирным путем.

— Знаешь что, терпимость терпимостью, но я не собираюсь позволять разным негодяям, поселившимся по соседству, вторгаться на свою территорию и устраивать тут помойку.

— Ну что ж, тогда давай, выйди наружу и объясни ему, кто здесь хозяин, — подбодрила ее Лидия.

— Именно это я и собираюсь сделать, — Августа дернула за телефонный шнур, чтобы дотянуть его до чулана. — Как раз беру швабру. Так, на всякий случай.

Она подумала, что будет выглядеть довольно глупо, но другого оружия у нее все равно не было.

— Вот и молодец, — прокомментировала Лидия. — Позвони мне, когда уляжется пыль.

Повесив трубку, Августа подошла со шваброй к задней двери и отдернула миткалевые шторки, чтобы лучше разглядеть непрошеного гостя. Во дворе сидел и пускал слюни самый огромный пес, какого ей только приходилось видеть в своей жизни. Сглотнув застывший в горле комок, она бесшумно повернула дверную ручку, открыла наружную дверь и… замерла на месте, встретившись с хмурым взглядом пса.

— Послушай, — сказала она, собравшись наконец с духом и выйдя из дома, — не хотелось бы тебя злить, но нам надо прийти к взаимопониманию, мы ведь соседи. — Августа старалась говорить как можно более убедительным, твердым тоном.

Пес продолжал ее разглядывать и, казалось, внимательно слушал, склонив голову набок.

— Ладно, — продолжала решительно Августа, — давай уточним кое-что. Прежде всего, это мой двор. Ты живешь на соседнем участке. Не знаю, как тебе удается открывать калитку, но ты не должен больше этого делать. Понял? Ты должен жить у себя во дворе. Так что иди домой и… пожалуйста, забери с собой весь этот мусор.

Бертрам Т. Гудфеллоу, для друзей просто Берт, был вполне разумным псом. Он не вполне понял, чего хотела от него стоявшая перед ним девушка, но, проследив за ее указующим перстом, сквозь открытую калитку увидел среди травы в своих владениях миску своего любимого собачьего корма. Поэтому, к удивлению застывшей неподвижно Августы, пес поднялся, отряхнулся с головы до хвоста и побрел прочь по лужайке в сторону калитки, словно понял ее требования и счел их вполне разумными.

Пораженная тем, как просто все разрешилось, Августа пришла в себя лишь через несколько секунд. Она быстро подошла к калитке, захлопнула ее и подперла большим камнем.

— Что ж! Прекрасно!

Августа была вполне удовлетворена. Давно уже у нее не возникало ощущения, что она сама контролирует собственную жизнь. Она и сама не понимала, как ей удалось так быстро справиться с собакой, но все равно испытывала от этого небывалое воодушевление, которое, впрочем, тут же сменилось гневом, когда, оглянувшись, она увидела мусор, разбросанный по всему заднему двору.

— Ну вот. Так я и знала! — Августа подняла пустую банку из-под пива и со злостью швырнула ее через соседский забор. — Послушайте! Мне все равно, кто вы такой! Я устала каждый день убирать ваш мусор со своего двора!


В забор с белой облупившейся краской полетели пустая упаковка из-под чипсов и еще две пивные банки.

— Если это случится еще раз, я позвоню… — Августа застыла с занесенной для броска бутылкой и задумалась.

Станет ли полиция арестовывать местного героя за то, что он позволяет своей собаке перетаскивать мусор на ее двор? Нет, они наверняка ограничатся предупреждением. Августа поморщилась. Так к кому же в таком случае обращаться за помощью?

— Я позвоню кому-нибудь… кому-нибудь, кто объяснит вам, куда приличные люди выбрасывают мусор.

Августа понимала, что ей следует самой поговорить с соседом. Но пока она доберется до его дома, пройдя через свой и его участки, гнев ее наверняка утихнет и она не осмелится произнести то, что могла бы сказать в запале. Нет, проще побросать мусор обратно через забор.

Августа уже как-то раз видела своего соседа. Это был рослый, необычайно привлекательный мужчина, к тому же энергичный и уверенный в себе. А Августа не считала себя решительной женщиной, такой, как ее сестра Лидия, хотя и не была излишне застенчивой, скорее неопытной и неискушенной. Пожалуй, у нее все же хватит решимости отругать этого высокого, красивого мужчину за мусор на своем дворе, но лучше было бы этого избежать.

Но и молчать она тоже больше не собирается!

— Я ведь ни слова не говорю по поводу громкой музыки, — продолжала она, обращаясь к забору. — По-моему, я весьма терпелива. И я не жалуюсь, что вчера вечером ваш друг припарковал машину на моей дорожке. Я все равно никуда не собиралась ехать. — Она брезгливо подняла двумя пальчиками гнилую банановую кожуру и перекинула ее через забор. — Но всему есть предел. Разбрасывайте мусор по собственному двору, если вам угодно. Не косите траву. Не подстригайте кусты. Не красьте годами этот жалкий забор. — Еще одна бутылка и несколько банок из-под содовой полетели, на соседний участок. — Мне наплевать, если придется жить по соседству с самым неопрятным домом в городе. Наплевать. Это ваше дело. Но мой двор — это мой двор.

Августа замолчала и, отряхнув руки, с гордостью оглядела аккуратно подстриженный газон, засаженный первоцветом, лиловым ирисом и розовым люпином. Над всем этим высился, отбрасывая тень, огромный вяз. Садик был небольшим, но радовал глаз чистотой и сочными красками.


А в это время по другую сторону злополучного забора Скотти с улыбкой подсчитывал перелетавшие с той стороны банки и пакеты. Шестнадцать. Как и вчера. Банановая кожура, конечно же, была идеей Берта. Но он сам охотно вернулся за второй порцией корма, так что не стоит его ругать. Теперь, если все и дальше пойдет так же, как в предыдущие дни, его очаровательная соседка вот-вот исчезнет за дверью.

Ее монолог оказался приятной неожиданностью, и Скотти остался вполне доволен мелодичными звуками голоса девушки. Хорошо, что она начинает злиться. Возможно, пора сделать следующий шаг…

Осторожно, стараясь не шуметь, Скотти поднялся из шезлонга, в который уселся сразу после того, как перебросил мусор через забор. Оставив на сиденье томик Шекспира, он крадучись обошел низкие кусты и приник к щели в заборе.

Его юная соседка была самой очаровательной девушкой из всех, кого ему приходилось видеть. При этом не была сногсшибательно красивой, просто очень хорошенькой. Милой. Целеустремленной. Энергичной. Все эти слова подходили к портрету, но их было явно недостаточно, чтобы передать ее прелесть. Девушка была весьма сексуальна — хотя, очевидно, сама об этом не подозревала.

«Восхитительная, необычная женщина!» — так думал Скотти, глядя, как Августа присела на корточки, чтобы оборвать поломанные головки цветов с клумбы.

Садик выглядел также прелестно, как и сама девушка. Аккуратный, просто идеальный, словно с журнальной картинки. Пожалуй, слишком аккуратный. Немного беспорядка, который говорил бы о присутствии мужчины, не повредил бы ни садику, ни его хозяйке. Скотти давно пытался привлечь ее внимание и затеять разговор, но девушка либо не замечала его, либо загадочно улыбалась, отводила глаза и быстро скрывалась в доме. Одетая обычно в облегающее платье с длинным рукавом, с волосами, завязанными в хвост, и почти всегда босая, она казалась такой естественной и в то же время очень юной и уязвимой.