Елена знала, что ее вооруженный эскорт предназначался для охраны от бандитов, которые были сущим бедствием для перевозок золота. Их предводителя звали Эль Гато – Ночной Кот. Потому что, подобно другим легендарным черным котам, он появлялся неведомо откуда и исчезал неведомо куда – вместе с золотом Испанского Ангела. Ее отец предложил за его голову большую премию, но она пока еще не досталась никому.

Очевидно, у разбойника была личная вендетта против ранчо ее семьи Испанский Ангел, т. к. он не грабил кого-либо другого. Она слышала, как горничные взволнованно судачили, пересказывая легенды о его необыкновенной красоте и отважных поступках. Они считали его романтическим героем. Но был ли он романтиком или нет, Елена предпочитала, чтобы он оказался подальше. У нее было достаточно волнений с этой поездкой и без этого бандита.

Колеса экипажа поднимали красную пыль, оседающую внутри кареты. Елена неохотно опустила занавеску, чтобы избавиться от пыли, которая покрывала ее одежду и сиденья. В закрытом экипаже воздух стал душным, и Елена позавидовала тем, кто был снаружи, желая тоже ехать верхом на своей лошади. Ей даже захотелось попросить разрешения ехать на верху кареты, но она отбросила эту мысль. Консиция, проклиная жару, никогда бы не поехала верхом, а так как Елена считалась Консицией, она также не могла себе этого позволить.

Определив по солнцу, что полдень уже позади, Елена поняла, что они не доедут до монастыря засветло. Надеясь, что время пройдет быстрее, если она еще немного поспит, девушка откинулась на сиденье и закрыла глаза.

Звуки выстрелов заставили ее проснуться и с тревогой вскочить. Наклонившись вперед, Елена отдернула драпировки и высунула голову из окна. Плоская равнина уже исчезла, ее сменили холмы. Она повернулась и взглянула в другую сторону. Экипаж въехал в узкий каньон с краснеющими вершинами.

Сверху раздался выстрел. Кто-то со скал стрелял в них!

– Сеньорита, закройте занавески! Ложитесь на пол! Бандиты!

Елена соскользнула с сиденья и встала на колени. «Бандиты?!» Не в силах удержать любопытство, она приподняла край занавески и выглянула.

Зинг! Пуля рикошетом пробила ткань над ее головой и вонзилась в сиденье напротив.

– Проклятие! – выдохнула Елена. Она опустила занавеску и пригнулась к полу.

– За ними! – воскликнул кто-то. Стук копыт унесся прочь и затих вдали.

Громкий грохот потряс воздух.

– Гром? Это невозможно! Обвал!

Экипаж закачался и накренился на одну сторону.

Елена схватилась за сиденье.

– Он перевернется! – закричала она. Ее пальцы скользнули по сиденью, голова стукнулась о дверцу.

Экипаж осел на колеса и остановился. От резкого толчка открылась дверца. Елена взглянула с пола вверх. Ее глаза широко раскрылись. Человек огромного роста стоял перед нею.

Черные глаза с удивлением уставились на нее из-под большого измятого сомбреро.

– Мой бог! Это женщина!

В большей мере рассерженная, чем испуганная, Елена поспешно расправила юбку, которая поднялась ей на бедра. Она взобралась на сиденье и попыталась обрести какое-то подобие достоинства. Позади этого человека «охранников» ее отца не было видно. Ее окружали бандиты.

Огромный детина поманил к себе остальных, и на нее с недоумением уставилось множество глаз. Одетые в рваные одежды, но вооруженные до зубов, люди окружили экипаж и заспорили хриплыми голосами. Казалось, они не знали, что делать дальше. По всей видимости, меньше всего они ожидали увидеть ее.

Послышался стук копыт, приближающийся к ним. Люди отпрянули от экипажа.

– Что происходит? – прорычал мужской голос. – Что случилось? Почему не разгружается золото?

– Здесь нет золота, – ответил гигант. Он склонился, чтобы снова заглянуть внутрь экипажа, как будто надеясь найти еще что-то. Его длинные пальцы теребили густые усы. – В экипаже только одна женщина.

– Женщина? – прибывший соскочил с лошади. Звеня шпорами, он подошел к открытой дверце экипажа.

Увидев полную обойму патронов и пистолет, Елена была рада, что вуаль скрывала ее лицо. Она подняла взгляд от пистолета к руке в перчатке, а затем от рукава шелковой рубашки к широким плечам и шарфу, обмотанному вокруг загорелой шеи. Взор ее коснулся тонких неулыбающихся губ и волевого подбородка. Остальная часть лица была скрыта под маской. Главарь бандитов от верхушки плоского сомбреро до носков сверкающих сапог был одет во все черное.

Елена задержала дыхание, внезапно узнав его. Не его одежда, не высокий рост и ширина плеч выдавали его. От него исходила смертоносная хищная сила, он смотрел на нее со спокойной угрожающей неподвижностью.

Сердце Елены бешено забилось, ей стало трудно дышать. Она откинулась на сиденье. В этой фигуре не было ничего романтического, она наводила ужас. «Ночной Кот», – прошептала она.

– Вижу, вы узнали меня, – устрашающе мягким голосом произнес он.

Елена боролась с нарастающим страхом. Она должна оставаться спокойной, иначе это могло вызвать противодействие. Она сидела, вся похолодев, каждый ее нерв, каждый мускул, – все фибры ее существа ощущали его присутствие рядом с ней. Слабый запах лошади, кожи и табака доносился до нее через распахнутую дверцу кареты. Чувствительный и красивый, вкрадчивый, как кот, он в любой момент мог обнаружить несдержанную ярость.

Оставаясь бесстрастным, он не сделал попытки смягчить ее напряжение. Он откровенно разглядывал ее, начиная со шляпы с вуалью, до оскорбительного взгляда, на ее взволнованно вздымающуюся грудь, на одежду и обувь. Встревоженная, она наблюдала за ним и ждала, каким будет его следующее движение.

Медленно, словно раздумывая, Кот отодвинулся от нее и направил свой пистолет на безоружного теперь человека, который был сорван с крыши экипажа.

– Что это за трюк? – спросил он так мягко, что человек испугался даже больше, чем от окрика.

Подняв вверх руки, кучер коснулся лба, перекрестился, как будто надеясь, что его поспешная молитва спасет от бандитского проклятия. Заикаясь, он пробормотал:

– Святая истина, сеньор. Золота нет. Мы везем лишь дочь дона Энрико де Вега, – указал он на нее.

Бандит яростно проворчал:

– Куда ты везешь это отродье негодяя?

– Мы едем в монастырь Вечных Скорбей, сеньор. Сеньорита Консиция должна стать монахиней, – промямлил возница.

Эль Гато снова заглянул в экипаж. Елена задрожала от его пронизывающего взгляда.

Он качнул головой, задумчиво оглядев ее.

– Он высоко ценит свою дочь, предлагая ей такую протекцию.

Кучер нервно сжимал свою шляпу.

– Да, сеньор, она – радость его жизни.

– Тогда он хорошо заплатит, чтобы вернуть ее обратно.

Противоречивые, сильные чувства охватили Елену, ее спина покрылась холодным потом, она вся дрожала… Он не может, он не сделает этого. Но она видела, что он хотел именно этого.

– Нет, сеньор, вы не сделаете этого, – запротестовал кучер. – Ради бога, отпустите ее! – умолял он. – Дон Вега очень рассердится, если вы это допустите.

Смех гангстера был холодным, бесчувственным.

– Он получит ее после того, как заплатит выкуп.

– Какой выкуп, сеньор?

– Сотню тысяч долларов… в золоте.

Кучер от изумления раскрыл рот:

– Ко это же целое состояние! Главарь кивнул.

– Разве она этого не стоит?

– Да, сеньор, но это большие деньги. А что, если у патрона не будет таких денег?

– Тогда у него больше не будет дочери. – Главарь бандитов схватился за раму двери и наклонил голову, чтобы заглянуть внутрь экипажа. Его взгляд обнимал тело Елены, затем глаза его остановились на вуали. Губы его раздвинулись в улыбке, обнажая белоснежные зубы на фоне темной кожи.

Ее сердце забилось, как у пойманной в клетку птицы, ей не хватало воздуха. Она поняла, что означает эта улыбка. Радость тигра при виде добычи. Подавив вскрик, она потерла свои похолодевшие руки.

Как будто ощутив ее страх, он еще шире улыбнулся. Через прорези маски его «полуночные» глаза холодно сверкнули. Солнце отсвечивало от ружей бандитов, когда он жестом подозвал одного из них. Его голос, холодный, как порыв зимнего ветра, приказал:

– Заберите ее!

ГЛАВА 2

Елена расхаживала взад и вперед по ярким индийским коврам, которые покрывали грязный пол в слабо освещенной пещере. Мрачные тени, которые отбрасывала единственная мерцающая на столе свеча, еще больше тревожили ее. «Сколько еще ждать?» – воскликнула она. На ее голос отозвалось насмешливое эхо в черных глубинах пещеры. От этого заточения можно было сойти с ума. Прекратив свои неустанные движения, девушка взглянула в узкий проход, где при выходе пробивались солнечные лучи. Она закрыла глаза и прислушалась к возгласам детей и лаю собак. По этим звукам обычной счастливой жизни она могла вообразить, что находится в маленькой деревне. Но стоило ей открыть глаза, как все виделось совсем другим.

Прошло три дня с тех пор, как ее с завязанными глазами привезли сюда. Три дня ее держали пленницей, изолированной от всех, за исключением грузного мужчины с длинными усами, который привел ее сюда. Этого человека главарь называл Эммануэль. За прошедшее время она несколько раз пыталась отвлечь внимание этого большого, похожего на медведя разбойника, проскользнуть мимо него и убежать. Но каждый раз он хватал ее прежде, чем она достигала выхода из пещеры.

Но, подумала она, ее, по крайней мере, не трогали. Гигант по-доброму к ней относился, снабжая ее свежей водой и едой. Она не могла удержать легкую улыбку, вспоминая его смущение, когда он притащил большой закрывающийся горшок в ее апартаменты.

Скрестив руки на груди, Елена разглядывала образовавшийся коридор от выхода из пещеры до большой комнаты, где ее держали. Ей не приходилось видеть ничего подобного. Это было пугающе красиво.

На потолке высоко над ее головой свисала длинными сосульками сверкающая горная порода. Возле стены два каменных образования походили на колонны, поднимаясь до вершины пещеры. Ощупывая пальцами их поверхность, она подумала об их древнем происхождении. Рядом с этим великолепием узкая деревенская койка казалась неуместной. Кровать была сделана из связанных вместе шестов. Широкие куски кожи, намотанные на каркас, создавали удивительно удобную поддержку для матраса из сена и груды светлых одеял.