– Мой отец, всемогущий Босс Сихида, считает меня ничтожеством. Ведь повышение получила не я, а какая-то выскочка.

Дана, желая выиграть время, заговорила, обращаясь к Робу:

– Это Гвен меня шантажировала. В прошлом году она не прошла на выборах, хотя ее кандидатуру поддерживали многие политики. Она считает, что теперь, после того провала, у нее нет ни малейшего шанса получить кресло в суде штата, если я буду здесь.

– Я уверен, что твой отец… – начал было Роб, но Гвен его перебила:

– Я больше не могу просить его о помощи. Он сказал, что я неудачница. В прошлом году он сделал для меня все, но эти строптивые гавайцы не любят слишком энергичных женщин. – Она помолчала, а затем с горечью добавила: – А вот если бы я, как все, не торопила события, а спокойно дожидалась своей очереди, то меня бы выбрали.

Робу показалось, что у Гвен как-то неважно с логикой, но затевать с ней опасный спор не стал.

– Неужели ради судейского кресла можно пойти на убийство?

– А я пыталась обойтись без этого, – тоном обиженного ребенка напомнила Гвен. – Если бы Дана послушалась моего совета и уехала отсюда, то все было бы иначе.

Роб непроизвольно заметил:

– Дана не из пугливых. Гвен раздраженно хмыкнула:

– Она умудрилась выкрутиться даже тогда, когда я натравила на нее Бинкли. Подумать только, вышла победительницей, опровергнув все обвинения. После этого случая все, конечно, стали говорить только о ней! Ничего, ей устроят шикарные похороны. Жаль, что вы их не увидите, я же непременно приду, обещаю.

– Гвен, послушай, мы сможем все уладить. Позволь мне…

– Не надо. Что за снисходительный тон! Я сделаю то, что должна. Дело зашло слишком далеко, и отступать теперь уже поздно.

– Хорошо, ответь на последний вопрос, как ты собираешь скрыть следы своего преступления. – С каждой выигранной секундой силы возвращались к Робу. Он понял, что Гвен непреклонна. Безумие полностью овладело ею. И хотя бросаться на наставленное оружие было смертельно опасно, он решил рискнуть. Другого плана спасения у него не было.

– Полиция будет думать, что ты хотел изнасиловать Дану и между вами завязалась борьба. Лампа упала на пол, и после короткого замыкания начался пожар. Полиция даже не будет искать здесь отпечатки твоих пальцев, умник.

Роб решил сказать, что по ранам от пули полиция составит иную версию трагедии, но не успел. Ему помешал внезапно раздавшийся звонок в дверь. Гвен вздрогнула.

– Я никого не жду… – произнесла Дана, пытаясь ее успокоить.

– Это, должно быть, подвыпившие мальчишки из дома напротив. – Роб поспешил перебить Дану, которая могла спросить о Заке. – Выпили лишнего, и теперь им море по колено. Они постоят, постоят и уйдут.

Роб молил бога о том, чтобы это был не его сын. Видела ли Гвен Зака на вечеринке у Гарта? Он не выходил к гостям и весь вечер провел с Джейсоном в беседке, где они учили попугая ругаться. Если Гвен поймет, что на пороге стоит его сын, то она убьет и его.

В дверь вновь позвонили, а затем в комнате воцарилась мертвая тишина. Гвен ни на секунду не опускала руку с револьвером. Теперь Зак звонил беспрерывно, и звук этот казался Робу погребальным звоном колокола.

33

Звонки в дверь прекратились так же внезапно, как и начались. Наступила тишина, которая с каждой секундой становилась все более зловещей. Дана видела, что Гвен в панике и в любую секунду может нажать на курок. Сама она тряслась легкой дрожью с той самой секунды, когда Гвен, усадив ее в свою машину, чтобы подвезти до дома после вечеринки, внезапно наставила на нее револьвер. Однако сейчас рядом с ней был Роб, и от этого ей было не так страшно. Спокойствие, с которым он держался, вселило в нее уверенность в том, что они выпутаются из этой переделки. Они просто не могут умереть сейчас, когда впереди у них новая жизнь. Они должны перехитрить Гвен. Подумав, что можно попробовать как-то отвлечь Гвен, она сказала:

– Расскажи Робу, как ты узнала о том, что он обязательно приедет ко мне, и о том, как ты догадалась, что он уже приехал.

– А кто еще может приехать к тебе на серебристом «Порше»?

Дана прикусила язык, заметив, как встревожился Роб, когда услышал ее вопрос. Она вспомнила о его сыне, которого сейчас едва не выдала. Зак был вместе с ним на вечеринке, а потом они вместе уехали домой. За то время, что прошло с момента их ухода, Роб не успел бы отвезти сына домой и приехать к ней. Значит, Зак где-то здесь.

Догадается ли Зак, обеспокоенный исчезновением отца, позвонить в полицию? Или парень усядется просто поудобнее и включит на полную громкость приемник на своей любимой музыкальной волне?

– А почему у тебя была такая уверенность, что я непременно приеду? – спросил Роб.

– Да ты же без ума от нее! – Голос Гвен сорвался на крик. – Ты ведь сразу помчался ее спасать, так?! – Зло сверкая глазами, Гвен смотрела на них поверх дула револьвера. Она не скрывала своей ревности. – Ты сам подписал себе приговор, приехав сюда. Теперь, дорогие влюбленные, ваши души всегда будут вместе. – Она прицелилась в Дану.

– Подожди секунду! – воскликнул Роб. Дана уже простилась с жизнью и теперь почти ничего не слышала, в ушах звенело, в висках гулко стучала кровь. – Я знаю, что ты подкупила служащего в архиве, чтобы получить улики. Это было гениально. Но как тебе удалось узнать о Хэнке Роулинзе? – Гвен была польщена.

– Я бы с удовольствием отправила тебя на тот свет в полном неведении, но… – Гвен внезапно замолчала. Было ясно, что сейчас она просто упивалась своим могуществом, играя их жизнями. Ей хотелось говорить, чтобы наконец хоть кто-то признал ее несомненные таланты. Да, она убийца, но Роб только что сказал, что она гениальна.

– Мне кажется, что объяснение весьма простое…

– Нет, не простое! – голос Гвен зазвенел от обиды. – Это было так же гениально, как и подкуп канцелярской крысы в архиве. Ты бы никогда не докопался до правды!

– Ты даже не знала, что Хэнк Роулинз остался жив. Разве так делают серьезные дела?

Гвен с презрительным видом пожала плечами, проигнорировав его замечание.

– Мне срочно требовалось избавиться от соперницы. Когда Дана обратилась к моему брату с просьбой удалить ей зуб, он накачал ее каким-то наркотиком. В бреду она проговорилась о том, что двадцать лет назад убила этого – как его там? – Роулинза.

Дана в изумлении посмотрела на нее. Невероятно! Поначалу ей показалось, что у Гвен разыгралась фантазия. Ведь это полная чушь! Потом она вспомнила, как странно смотрел на нее брат Гвен, когда она пришла в себя после наркоза, и поняла, что та не выдумывает. Дантист с опаской косился на Дану, принимая ее за хладнокровную, безжалостную убийцу.

– Гвен проявила изрядную изобретательность, – похвалила ее Дана, уповая на то, что Зак уже вызвал полицию. – У нее был прекрасный план. Она подсунула сведения об убийстве Бинкли, но всю вину за непроверенную информацию свалила на Большого Папу. Потрясающе.

– А это было очень легко, – небрежно сообщила Гвен. – Как только я узнала о разводе твоей сестры, я позвонила Торнтону Кольтрану и подсказала ему, как он должен действовать, чтобы избавиться от тебя. А что случилось потом, вы знаете не хуже меня.

– Тебе пришлось сделать много анонимных звонков, и тебя никто не узнал. Ты хорошая актриса, – сказал Роб.

– Я просто умело сыграла на естественных страхах и алчности людей.

Роб с усмешкой развел руки в стороны.

– Гвен, я тебя недооценивал. Прими мои извинения.

В эту секунду в комнату с душераздирающим мяуканьем стремительно вбежала Молли и ткнулась в ноги Гвен. Следом за ней в спальню ворвался Зак.

Когда он неожиданно выскочил из темноты и Гвен увидела его бледное лицо и невообразимый, красный гребень волос на бритой голове, она истошно завопила, приняв его, должно быть, за злого болотного тролля.

Если бы Дана не была так напугана, она бы рассмеялась. Гвен же быстро сообразила, что перед ней обыкновенный мальчишка, который сам до смерти боится, хотя и сжимает в руке баллонный ключ. Гвен приставила револьвер к его груди.

– Дана, Зак, всем на пол! – скомандовал Роб, вскакивая с кровати.

У Даны не было даже секунды на то, чтобы подумать о своих действиях. Она бросилась на Гвен, которая вдруг резко развернулась, направив револьвер на нее. Дана уже протянула к ней руки, как внезапно раздался какой-то странный, сухой щелчок, словно под ногой сломалась ветка.

Что-то мягкое ударило ее в плечо, и вслед за ударом пришла острая боль. Дана покачнулась, споткнувшись о кровать, а затем боком повалилась на пол, прижимая руки к груди. Теряя сознание, она услышала глухой удар. Она еще успела увидеть, как Роб выбил у Гвен из рук оружие, а Зак огрел ее по голове баллонным ключом.

Гвен закатила глаза и с тихим стоном рухнула на пол. Дана отняла руку от груди и с удивлением посмотрела на окровавленные пальцы. Чья это кровь? Неужели Гвен все же успела выстрелить? Задохнувшись от боли, пронзившей ей грудь, Дана попробовала сесть, но все предметы в каком-то бешеном вихре закружились у нее перед глазами, и она потеряла сознание.

Роб с отчаянным криком бросился к Дане, когда увидел, что она уперлась рукой в кровать, а затем медленно соскользнула на пол.

– О боже, только не это! – Он быстро расстегнул блузку у нее на груди, чтобы осмотреть рану, и, с ужасом обнаружив кровь, зачем-то начал повторять ее имя. Это звучало как заклинание обезумевшего шамана.

– Я позвоню по «девять-одиннадцать»! – Зак помчался в гостиную.

Роб разорвал простыню и попытался остановить кровь, фонтаном бьющую из раны.

– Все будет хорошо, дорогая, все обойдется, поверь мне.

Ее веки дрогнули, она открыла глаза. Дана скользнула по Робу затуманенным взглядом и вряд ли узнала его.

– Холодно, – прошептала она бескровными губами. – Мне страшно холодно.

Сорвав одеяло с кровати, он укрыл им Дану.