Он ухмыльнулся, увидев мою кислую мину, я сделала вид, что рассматриваю ресторан.

Посмотреть и правда было на что, классический интерьер с белыми колоннами дополненный лепниной на потолке разбавлялся деревянной грубоватой мебелью и шоколадными кожаными креслами. Освещение было немного убрано, чтобы добавить вечеру волшебства. На всех столах горели настоящие свечи, что добавляло романтичного настроя.

Я опять встретилась с глазами Дамира, в них отражался огонь свечей и что-то еще, что мне не удавалось разгадать. Его взгляд был долгим и тяжелым, он цеплял и я все никак не могла оторваться.

Вечер проходил замечательно, на праздновании было много общих друзей, которых нажили мама с Володей за десять лет жизни вместе.

Каждый рассказывал какую-нибудь смешную или интересную историю, связанную с ними. Я искренне смеялась и потихоньку напивалась.

Пока Руслан был далеко, я чувствовала как лодка нашего брака с ним тонет и меня накрывало безысходностью.

Это все Дамир.

И как он умел так забираться в голову, не понятно. Я уже в сотый раз прокручивала в голове его фразу о том, что Руслана я не люблю и хочу поискать кого-то ещё.

Ну, ведь правда, если бы действительно любила, то и ребёнка хотела бы только от него завести.

А меня эта мысль пугает.

Пугают и надоедают его пристрастия.

Он хочет видеть во мне госпожу в сексе, ту, которая его наказывает и унижает, и я играю эту роль для него. Но сама не испытываю от этого сильного удовольствия. Скорее мне не нравится видеть его настолько слабым, настолько подчинённым.

Да, он нежен и умеет искусно доставить мне удовольствие в постели. Но правда в том, что мне нужно пожёстче.

Чувствую себя какой-то бабой с яйцами в постели с ним иногда, от этого противно.

Наверное, так сильно рядом с ним меня держит привычка, потому что даже мысль о том, что нам придётся расстаться, вызывает у меня приступ паники.

Среди всех этих мыслей проскочили ещё бокала три мартини. Я точно надерусь сегодня.

Дамир постучал ножиком по бокалу и все затихли.

Я тоже смотрела с интересом, а алкоголь еще и веселил.

— Сегодня я буду краток, — Дамир поднял бокал с соком и встал, обернувшись к столику отца и мачехи, — и тост будет те от меня. Мама просила передать, чтоб вы вдвоём горели в аду, за то, что сделали с ее жизнью.

Я не смогла сдержаться, расхохоталась и отсалютовала ему бокалом. Он в ответ криво усмехнулся.

Отчим с мамой переглянулись, и он тихонечко сжал её пальцы в своей ладони, прося о терпения. Мама, просто хмыкнула и выругалась себе под нос.

На этом ежегодный инцидент был исчерпан.

Дамир сел на место и продолжил есть, в какой-то момент он посмотрел на меня через стол, а я просто прикончила очередной мартини. Он усмехнулся.

На танцы я решила не оставаться и покачиваясь встала со своего места.

«Перебрала», — я тихо выругался сама себе и рассмеялась.

— А ты я смотрю не такая уж и хорошо девочка. Наша Аринка, оказывается, пьянчужка, — Дамир стоял через стол от меня и насмехался. Этим вечер он пил только сок и был абсолютно трезв.

Я окатила его ледяным взглядом.

— Как же ты мне надоел, вот честно, Дамир, ты утомляешь, — я тоже усмехнулась и стала двигаться в сторону выхода. Он шёл вдоль стола с другой стороны, и когда преграда между нами закончилась, просто подошёл и притянул к себе.

— Потанцуй со мной, сестричка, — он крепко обнял меня, и я уронила голову ему на грудь.

— Брат из тебя так себе, Дамир. — я терлась щекой о его пиджак и вдыхала любимый когда-то запах, — но пахнешь вкусно.

— Расскажет, чего так набралась? — он поднял моё лицо за подбородок к себе.

— Нет, протянула я, тебе и так хватает поводов меня доставать. А ты чего такой трезвый сегодня? — я немного обмякла в его руках и попыталась посчитать, сколько же я выпила.

Не получилось, а это значит много.

— Сегодня случится что-то очень интересное, и я хочу запомнить каждую деталь, — он тихонько подул мне на шею, отчего по ней пробежали мурашки, — знаешь, девушке не стоить столько пить, кто-то может и воспользоваться твоим беззащитным положением?

— Кто, Дамир, дядя Слава? Так ему уже за шестьдесят. Остальные при супругах и даже если я усну прямо тут, боюсь и проснусь позорно тут же, потому что никому до меня дела нет.

— Думаешь? — он загадочно посмотрел мне в глаза.

Я немного зависла на этом вопросе.

— Уверена, тут же все свои, — я помотала головой в поисках мамы. Мне хотелось чтобы она проводила меня до номера, боялась позорно зарыться где-нибудь на ступеньках этого шикарного отела. Но ее в поле моего зрения не оказалось.

— Тебе нужно прилечь, обопрись на меня, — голос Дамира обволакивал, и мы словно плыли по залу. Он крепко прижимал меня к себе, и я чувствовала себя очень уютно.

— Ты прав, я ищу маму, хочу, чтобы она меня проводила, — я провела рукой по его рубашке и ощутила, как напряглись его мышцы под ней. Такой горячий.

— Не стоит, я провожу. Покажи мне свой номер, сестричка. Или, если хочешь, я покажу тебе свой, — он тепло улыбнулся и погладил меня по щеке. Я почувствовала подох в его словах и попыталась оттолкнуть, но у меня не получилось.

— Идем, солнышко, ты устала…

Дамир бросил моё тело на кровать и посмотрел сверху. Освещение было выключено, но свет луны, лившийся из окна, был довольно ярким, и я видела лицо Дамира во всех деталях.

Он улыбался, но в улыбке не было обычной холодности и надменности, она была мягкой и какой-то загадочной. Такой притягательный, такой чужой.

Я рассматривала его без стеснения. Открытое правильное лицо с карими глазами, смуглая кожа и вечно немного лохматые черные волосы. Руки с длинными пальцами, которые так хотелось ощутить на своей коже.

Он весь был большим, мощным, с грацией опасного хищника, который может напасть в любой момент.

Дамир медленно оттянул галстук и снял его с себя, следом на пол полетел пиджак. Я услышала, как одежда упала на мягкий ковер.

— Дамир, решил мстить моей маме по-крупному? Думаешь, если поимеешь её пьяную дочь, она будет сильно страдать? Вот уж я тебя разочарую, — я улыбнулась ему и положила руки под голову. Потолок немного кружился и сам Дамир слегка раздваивался у меня в глазах.

— Вот уж нет, ты опять не угадала, малышка, — он навис надо мной и одной рукой положил свою ладонь на сложенные за моей головой руки, а второй начал перебирать волосы.

— Ты красивая, ты знаешь? — он провел большим пальцем по моему подбородку и потянул немного за нижнюю губу.

— Знаю, — я закусила губу, — перешёл на комплименты, с чего вдруг? — Я пытаюсь вырваться, но он так придавил меня телом, что я ощутила себя в тесной ловушке под ним.

— Просто говорю правду, — он немного помолчал, любуясь мной в лунном свете, — мне не нравится то, что я вижу, Арина, — он печально продолжил. — Ты больше меня не любишь, совсем забыла.

Я вздрогнула и учащенно задышала.

— Думаешь, я не догадывался? — он тихо рассмеялся, — О, я видел все. Как разглядываешь меня и краснеешь, как мучаешься, видя с другими девушками. Вот это, Арина, и было наказание. Эта любовь, которая не давала тебе нормально жить.

— Но ее больше нет, — я расползлась в победной улыбке, — девочка выросла и тебя забыла.

— Думаю, сейчас мы попробуем все вернуть, — его рука оказалась на моей спине и молния на платье медленно поползла вниз. — Я ведь никогда не прикасаться к тебе, такое упущение с моей стороны, — он тихо рассмеялся и потянул за лиф платья, снимая его. Я осталась в одном белье перед ним.

Мне не верилось в реальность происходящего, казалось, еще секунда и я проснусь.

— Ммм, а у тебя есть чем похвастаться, — он щелкнул застёжкой лифчика и отбросил его. В темноту улетели и мои трусики. Теперь я была абсолютно голой перед Дамиром, и он буквально пожирал меня одержимым взглядом. Как будто снял маску и я, наконец, смогла увидеть под ней другого Дамира, настоящего.

Я попыталась встать, но комната стала вертеться у меня в глазах и я обратно бухнулась на кровать.

— Дамир, я же замужем, не будь сволочью, — пыталась я его урезонить, — Я ведь пьяна, а ты пользуешься этим, — мой голос дрожал.

— Замужем, — он стиснул зубы и лёг сверху, придавливая меня своим телом в одежде. Через брюки я чувствовала его стояк, — но я думаю, поцелуй это ведь не такая уж и измена, милая Арина.

Он впился в мои губы жестким поцелуем, проник в рот языком. Я задрожала от страха и возбуждения, сжала простыни под собой до скрипа. Дамир гладил мое тело своими горячими ладонями, скользил вверх и вниз возбуждая все сильнее.

Что он делает, зачем, почему сейчас? — мысли метались у меня в голове.

Дамир уже не контролировал себя, его горячие губы метались по моей коже оставляя на ней влажные следы его поцелуев. Он шумно втягивал мой запах, дурел от него и стонал.

— Как же ты пахнешь, сума схожу, — сипел он, — ты проходишь мимо и я как наркоман готов идти за тобой следом. Как ты посмела меня забыть, если я помню о тебе постоянно?

— Пусти, пожалуйста, пусти, — выдохнула я ему в губы.

— Пусти? — рассмеялся Дамир. Его рука скользнула мне между ног, и я почувствовала, какая я мокрая.

Он облизал свои пальцы:

— Вкусная, какая же вкусная, — прошептал он, — мне кажется, тебе не хочется, чтобы я тебя отпускал. Не переживай, сестренка, я не сделаю нечего плохого, просто поцелую тебя… всю.

Комната качалась, Дамир целовал мое тело, спускаясь все ниже и ниже, я беззастенчиво стонала и шептала его имя. Он оказался у меня между ног и размашисто лизнул клитор. Дамир просто дьявол, который ломает все мои запреты. Дает мне то, о чем я мечтала уже давно, и одновременно, боялась получить. Он знает, я не забуду, и поэтому делает это.