– О боже, приношу свои извинения, милорд! – произнесла она низким и удивительно сильным для такой миниатюрной особы голосом. Она рассеянно обвела взглядом холл в поисках кого-то. – Нет ничего зазорного в том, чтобы носить очки, уверяю вас. Это поможет впредь не попадать впросак.
Не дав ему и слова сказать в ответ на столь дерзкий выпад, она зашагала прочь. Рэм лишился дара речи. Он никак не мог решить, как ему реагировать на это небрежное замечание: удивиться или оскорбиться. Будучи одним их les sauvages nobles, он привык вызывать интерес у противоположного пола. Выглядел он более чем сносно, и, украдкой понюхав правую подмышку, решил, что с этим тоже все в порядке. Рэм не был чересчур высокого мнения о себе, однако не привык, чтобы его игнорировали.
Он угрюмо наблюдал за тем, как блондинка обняла высокую, стройную брюнетку, и удивленно приподнял брови при виде того, сколько нежности было в их приветствии. Похоже, эта особа предпочитала женщин! Такое объяснение было как целебный бальзам для его задетого самолюбия. Наблюдая за сластолюбивой блондинкой, он заметил, как она резко кивнула в ответ на то, что нашептывала ей подруга, а затем схватила брюнетку за руки и твердо, требовательно встряхнула. Кем бы ни была эта миниатюрная блондинка, это она принимала решение. Оглядевшись по сторонам, чтобы удостовериться, что никто их не слышит, она потащила свою взволнованную собеседницу через зал, и они исчезли в одной из открытых дверей. Заинтригованный, Рэмскар решил последовать за ними.
Этот вечер грозил закончиться полным провалом. Пэйшенс угрюмо наблюдала, как все ее расчеты и долгие часы напряженной работы, в результате чего все же удалось добиться заказа для их маленькой труппы, сходили на нет.
Она затянула Дейдру Макнил в маленькую прихожую, ведущую в библиотеку лорда Паунинга. Неужели ее компаньоны наивно полагали, что получить серьезный заказ так же легко, как заказать кружку пива в местной таверне? О, это было уже слишком!
Дейдра высморкалась в платок, который Пэйшенс сунула ей в руки. Дейдре было двадцать четыре года. Высокая и худощавая, она возвышалась над Пэйшенс, подчеркивая ее небольшой рост и плавные, женственные изгибы. Дейдра была талантливой актрисой с прямыми темными волосами и широко распахнутыми выразительными голубыми глазами. Казалось, она была создана для драматических ролей.
Сейчас в ее глазах плескался страх перед неизбежным.
– Что же нам делать? – воскликнула она, указывая на закрытую дверь. – Все эти люди ждут, что мы сейчас сыграем… что-нибудь… Линк и Перри нашли самое подходящее время, чтобы сбежать.
– Мы слишком долго были одной семьей, чтобы они так просто взяли и сбежали, – сказала Пэйшенс, пытаясь скрыть все нарастающее беспокойство.
Джулиан Феникс много лет назад сколотил эту театральную группу. Еще задолго до того, как увести Пэйшенс из отчего дома, посулив ей свою любовь и актерскую славу, Феникс подобрал на грязных улицах Лондона Перри Киффина. Симпатичный двадцатилетний паренек торговал своим телом, чтобы прокормить мать-калеку и младших братьев и сестер. Возможно, этот отчаявшийся юноша всколыхнул в Фениксе воспоминания из прежней жизни, поэтому он и предложил ему другой способ заработка, нежели продавать себя извращенцам.
Что касается Дейдры, то она промышляла карманными кражами в Дублине, когда судьба свела ее с Фениксом. Он купил ей красивое платье и заявил, что у нее есть все данные для того, чтобы стать следующей миссис Воффингтон.[1] Дейдра была всецело предана своему любовнику, но Пэйшенс заставила ее солгать остальным членам труппы относительно его таинственного исчезновения.
Пятым членом труппы был Линк Столкер. Он прибился к Фениксу первым. О его прошлом Пэйшенс не знала практически ничего. То он говорил, что прежде был подмастерьем у портного, то называл себя незаконнорожденным сыном барона. Линк был самым старшим в труппе, на четыре года старше Феникса. В двадцать семь лет это был очень тихий, задумчивый мужчина с вьющимися огненно-рыжими волосами, которые резко контрастировали с его мягким, каким-то бесцветным характером. Для Феникса он был ценен тем, что обладал прямо-таки сверхъестественным даром цитировать по памяти все, что ему читали. Это оказался очень полезный дар, поскольку этот человек большую часть дня проводил в непосредственной близости от бутылки. Линк уверял, что все лучше всего получается, когда он на грани «отключки». И хотя он действительно мог выступать в любом состоянии, но в такие моменты становился непредсказуемым. И труппе не однажды приходилось спешно ретироваться из поселка, где Линк устраивал пьяные дебоши.
– До ближайшей таверны слишком далеко, – задумчиво сказала Пэйшенс. – Да и зачем добираться столько миль по холоду, когда у лорда Паунинга такой чудный винный погреб?
Дейдра икнула и промокнула глаза платком.
– О, как бы мне хотелось, чтобы Джулиан был сейчас с нами! – воскликнула она срывающимся от рыданий голосом. – Тогда и Линк был бы более вменяем. Он уважал Джулиана.
В отличие от меня.
Дейдре не было необходимости напоминать Пэйшенс о том, что Джулиан Феникс гораздо больше подходил на роль тирана, нежели она сама. «Какое счастье, – подумала Пэйшенс с насмешливым презрением, – что из меня получилась такая замечательная лгунья!» Она ощутила пульсирующую боль в висках, но сдержалась и не стала их массировать.
Преданность подруги Дейдры была поистине безграничной. И это при том, что Пэйшенс наговорила два года назад, выйдя из того злополучного амбара, где остался Джулиан Феникс. Линк, Перри и Дейдра до сих пор верили, что тщеславный гений попросту бросил их. Феникс прекрасно разбирался в людях и знал все потаенные страхи Пэйшенс. Он знал, в какую нечистую игру ей придется играть. Знал еще до того, как она фактически ее начала. Разве он не издевался над ней, не подталкивал к тому, чтобы скрыть его смерть от остальных? С того самого дня, как Пэйшенс вернулась на постоялый двор одна, страх заставлял ее молчать. Она боялась оказаться на виселице. Да и семью не хотелось втягивать в очередной скандал. Это было одной из причин, почему она поменяла свою настоящую фамилию, Фарнали, на Винлоу.
– Дейдра, Джулиана Феникса больше нет с нами, – устало сказала Пэйшенс. – И сейчас нам остается только найти Перри и Линка или же прогневать лорда и леди Паунинг. Я устала принимать решения за всех. Почему бы тебе для разнообразия не внести какое-нибудь дельное предложение?
Что-то похожее на ненависть промелькнуло в голубых глазах Дейдры. Ее тонкие губы скривились, словно готовясь выдать язвительное замечание. И хотя они с Пэйшенс, чтобы не допустить развала труппы, заключили шаткое перемирие, из-за принципиально разных взглядов на Феникса настоящими подругами им никогда не стать.
– Извините, если помешал, – раздался с порога мужской голос. – Я могу вам чем-то помочь?
Глава 2
Блондинка, которая так грубо «отшила» графа, при звуке его голоса резко развернулась. Как же ему повезло, что дамы оказались одни! В отличие от Эверода и Кэдда, Рэмскару было совсем не в радость отгонять соперников.
– Еще в холле я невольно заметил что-то неладное, – мягко сказал Рэмскар, не давая девушкам опомниться. – Прошу прощения за то, что взял на себя смелость вмешаться, милые дамы. Хорошие манеры вколачивали в меня с самого детства. И я не мог наслаждаться гостеприимством лорда Паунинга, не предложив помощь двум самым очаровательным созданиям из всех, кого мне посчастливилось встретить этим вечером.
Но ни на одну из девушек комплимент не подействовал. Более того, казалось, будто их напряжение только возросло. Темноволосая вопросительно взглянула на блондинку, в то время как та, прищурив глаза, не сводила с графа подозрительного взгляда.
Кем бы он ни был, девушек его присутствие явно раздражало.
Теперь, когда Рэмскар, наконец, смог как следует разглядеть лицо белокурой девушки, оно поразило его своей привлекательностью. Ее красота была правильной и симметричной, ею хотелось любоваться. Она была в платье из скучного белого муслина без всяких украшений, на которые, как он знал, большинство женщин падки, как сороки. Лицо в форме сердечка было прекрасно и без малейшего изъяна. В подбородке, сейчас вызывающе вздернутом, угадывалась трогательная мягкость, а длинные ресницы обрамляли бездонные голубые глаза, в которых при ближайшем рассмотрении обнаружилось несколько золотистых вкраплений. У нее был прямой носик, выдающийся вперед ровно настолько, насколько это было необходимо, и ничуть не портящий изящные черты. Пышная копна светлых волос была подобрана наверх. Несколько специально выпущенных прядей игриво вились на концах. Она была гораздо моложе его, двадцатишестилетнего, потому что, появись она на лондонском сезоне, он бы непременно ее заметил.
И эта миниатюрная белокурая Диана, словно пришедшая из греческих мифов, с любопытством склонила головку набок.
– А часто вам так везет?
Рэмскар ожидал услышать в ответ кокетливо высказанную благодарность, но от этого вопроса, равно как и от красоты незнакомки, он растерялся. Чувствуя себя полным идиотом, он пробормотал:
– Везет? О чем вы?
Краешки соблазнительных губ победно поползли вверх.
– Ну как же, милорд, с вашим-то красноречием… Скажите, неужели девушки действительно начинают трепетать и млеть, услышав подобную ерунду?
У него запылали щеки – последний раз он переживал такое еще мальчишкой. Язычок у этой особы был такой острый, что мог на куски изрубить самые крепкие мужские доспехи. И если она ожидает, что он начнет оправдываться, то придется ее разочаровать.
– Как правило, да, – сказал он и холодно кивнул. – Некоторые даже довольно охотно попадают ко мне в постель, – добавил Рэмскар в надежде смутить ее своей дерзостью.
– Неужели? – Она сочувственно вздохнула и обменялась насмешливым взглядом с подругой. – До чего же глупые создания!
"Порочная любовь" отзывы
Отзывы читателей о книге "Порочная любовь". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Порочная любовь" друзьям в соцсетях.