— Девушка?

Вот теперь точно очнись, Настя! Это тебе! И это не Исаев, который все так же играет мышцами, завершая цикл упражнений и готовясь к прыжку.

Это работник клуба, который заметил меня из другого конца бассейна, и сейчас направляется ко мне. Учитывая опыт общения Вячеславом, вряд ли я так просто отмажусь, что прошла мимо раздевалки.

А время шло на секунды. С одной стороны ко мне приближался работник клуба. С другой — Исаев уже поднял руки над головой, чтобы прыгнуть в воду.


Он уже согнул ноги в коленях…

И тогда я сделала первое, что пришло на ум.

Шагнула к Роману Андреевичу и крикнула изо всех сил:

— Роман Андреевич, СТОЙТЕ!!

Глава 3



Бортики, кафель — все вокруг было мокрым. Даже я, пока разглядывала Исаева. Блузка прилипла к телу, но думать об этом сейчас не стоило. Как и о том, что блузка была не единственным намокшим элементом моего гардероба. И виновата в этом была не только повышенная влажность.

Когда я крикнула, Исаев от неожиданности вздрогнул всем телом. Вокруг его ног к этому времени уже натекла лужа, на которой он и поскользнулся, когда резко дернулся в мою сторону.

Но устоял. В последний момент широко расставил ноги, как серфингист, и вскинул руку, как памятник Петру работы Церетели.

— Вы кто? — выдохнул он.

Нахмурился. Не хуже того амбала с главного входа.

— Роман Андреевич, пожалуйста, мы можем поговорить? Две минуты.

Он сошел с бортика, что, безусловно, было моей маленькой победой, но вот взгляд и напряженные скулы обещали весьма сомнительный приз.

— Я спрашиваю, кто вы такая? — выплюнул он.

Я невольно протерла лицо рукой. Оно было потным из-за высокой температуры в бассейне.

— Настя Тихомирова, ваша студентка, — затараторила я. — Вы не поставили мне допуск к зачету по международному праву, хотя я всегда работала на семинарах и рассчитывала на…

— Студентка? — рявкнул он. — Какого черта вы делаете в бассейне, Тихомирова? Все вопросы по учебе решаются в университете! Как ты вообще сюда попала?!

Обычно Исаев был со всеми презрительно вежлив и обращался к студентам на «вы», но для меня сделал исключение. В общем, я понимала, почему.

Я невольно пятилась назад, а он наступал на меня.

— Мне очень надо, Роман Андреевич, правда.

— А надо было на лекции ходить, Тихомирова, а не бегать за преподавателем по фитнес-клубам! Это неслыханно!

— Знаю-знаю, пожалуйста, простите, но я должна объясниться…

— Да я слышать ничего не желаю! Марш отсюда, пока охрану не вызвал.

У меня глаза защипало от слез, но Исаева никогда не трогали ничьи рыдания. Знаем, видели. Когда из его аудитории выбегали зареванные студентки, я-то ведь думала, что меня никогда не коснется такая участь.

Я мельком увидела, что к первому работнику клуба, который надвигался ко мне со спины, присоединился второй. Черт. А ведь там еще Вячеслав…

Исаев повернулся ко мне спиной, давая понять, что разговор окончен, но я считала иначе.

В это момент я сама себя не помнила. Мне очень-очень нужно было его убедить. Не думая об охране, приличиях и прочих важных вещах, я рванула за преподавателем.

Но сама поскользнулась на мокром полу. Потеряла равновесие.

Схватилась за первое, что подвернулось — и это оказался Исаев.

Когда я вцепилась в него, ему пришлось прервать свой победный марш. Я потянула его на себя, и он рефлекторно схватился за меня. Я же для надежности схватилась за него второй рукой, где-то повыше локтя. Успела даже подумать о том, что никак не могу обхватить ладонью этот чертов очень твердый, очень крутой бицепс.

И эта мысль так некстати подействовала на мои коленки, которые моментально подогнулись.

А подгибаться им сейчас никак нельзя было, потому что Роман Андреевич, в свою очередь, тоже пытался устоять, цепляясь за меня.

Но силы были не равны, и земное притяжение победило.

Мы оба рухнули в воду.

Но при этом что-то хрустнуло, а матерный крик Романа Андреевича с детской непосредственностью повторило эхо.


***


Плавала я хоть и плохо, но по-собачьи умела. Кое-как подплыла к бортику, убрала мокрые волосы с лица. И увидела перед собой Исаева. Он почему-то висел в воде, одной рукой придерживая кисть второй. При этом он стремительно бледнел.

— Боже, простите, Роман Андреевич! Я…

— Да чтоб тебя, Тихомирова! — рявкнул он. — Исчезни! Просто возьми и исчезни! И откуда ты только тут взялась?!

Это было обидно, черт возьми. Над нами как раз вовремя возникли работники клуба. Один протянул мне руку, помогая подняться, так как лестницы были в другом конце бассейна.

Я быстро взобралась на бортик, не глядя на Исаева. Хотела отжать волосы, пока ему помогали вылезти из воды.

— Черт, как же больно. Руку…

Я подумала, что он просит подать ему руку, как и мальчик в красной футболке. Тот от души дернул Исаева на себя, схватив за то самое запястье, которое тот баюкал, словно младенца.

Исаев заорал, как раненый вепрь, и его крик эхом разнесся по огромному помещению бассейна.

— Господи, боже, отпусти меня, тупица! Я руку, кажется, сломал, но тебе, похоже, хочется ее оторвать!

Вашу мать.

Не видать мне допуска, как собственных ушей.

— Ох, просите, Роман Андреевич. Простите, пожалуйста, что я вас столкнула, — залепетала я.

На крик Исаева примчался еще один тренер. Те двое не успели ничего объяснить, как этот, нагнулся и, разумеется, тоже потянул Исаева.

За ту самую руку.

Стены содрогнулись от очередного вопля.

— Вы тут все рехнулись, что ли?! — заорала я сама на тренера вместо Исаева, который, кажется, совсем забылся от боли и все силы тратил только на то, чтобы не отключиться прямо в бассейне.

— Так я ведь помочь… — начал тот.

— Если хотите помочь, ныряйте в воду к нему, помогите удержаться на плаву и сделайте так, чтобы он добрался до лестницы! — выпалила я, ощущая в себе странный боевой настрой. — ЖИВО! — гаркнула я, когда тренер стал стягиваться с себя одежду. — Так и ныряйте! Он, чего доброго, сейчас вовсе захлебнется, пока вы копаетесь.

Тренер так и прыгнул в воду в одежде.

— Вы двое! — повернулась я к другим. — Есть здесь доктор? Кажется, Роман Андреевич руку сломал.

— Есть медпункт, но вам рентген, наверно, нужен и все такое.

— Тогда вы! — ткнула я в одного. — Несите халат. Вы, — ткнула я во второго, — принесите его одежду и обувь! Все ясно?

Они кивнули и умчались.

Тренер уже отбуксировал Исаева к лестнице. Его щеки приобрели нездоровый зеленый оттенок. Это ведь из-за меня он упал в воду, кольнула совесть, так что я просто обязана ему помочь.

Кое-как Исаев стал взбираться вверх, помогая себе одной рукой. Я поспешила к нему и быстренько нырнула под плечо, становясь опорой.

— Какого черта вы тут раскомандовались, Тихомирова? — проговорил он, кривясь от боли.

— Роман Андреевич, я вам пытаюсь помочь. Тут одни тупицы.

— Прямо как у вас на курсе, — огрызнулся он.

Ядом его голоса можно было тараканов травить или воду обеззараживать.

Ну раз есть силы язвить, то жить будет.

— Вам нужно в травму срочно. Сейчас это умник принесет халат, и я вас провожу до машины.

— Я отпустил водителя обедать.

— Ничего страшного.

— Да что вы? Предлагаете мне самому сесть за руль?

— Я на машине, и сама вас отвезу. Не переживайте.

Он посмотрел на меня в упор.

— Вы еще и водите? Да я лучше сразу сдохну.

— Я вожу, — твердо сказала я, — а еще я знаю, где ближайший травмпункт. Но, может быть, вы хотите ждать скорую, такси с неместным водителем или отдаться в руки клубных эскулапов?

— Ладно, — проворчал он, как-то быстро сдаваясь.

Взгляд Исаева блуждал где-то внизу. У него аж щеки порозовели.

Я проследила за направлением его взгляда и с ужасом поняла, что Исаев глазеет на мою грудь, облепленную влажной тканью блузки.

Шоу мокрых маечек объявляется открытым!

— Немедленно это прекратите, — процедила я.

— Что именно? — спросил он, хотя взгляд при этом поднял.

— Вот так откровенно пялиться на меня.

— Разве мне не полагается утешительный приз?

— А неужели я похожа на Якубовича, который велит вам крутить барабан?

— Нет, Настя, — сказал Исаев, снова опуская взгляд. — На Якубовича вы явно непохожи.

Визуализация главного героя

Как и обещали, наша визуализация.


Просьба к впечатлительным и легковоспламеняюшимся женщинам — простите:))))


Традиционное отступление:

Если в вашем воображении профессором Роман Андреевич Исаев выглядит иначе, то так тому и быть. Это лишь авторское видение, которое может не совпадать с читательским. Просто перелистните главу.



Поехали.


Роман Андреевич Исаев в своей естественной среде обитания


Роман Андреевич Исаев уже переоделся в халат и принял обязательный душ перед бассейном. Запомните это изображение, оно нам точно понадобится:)