А его губы ...

Полные, прекрасно очерченные, это были губы, о поцелуях которых женщина мечтает глубокой ночью на своем ложе. Ими можно было зацеловать женщину до беспамятства.

Увы, Мэгги ни разу не испытала удовольствий, которые дарили эти уста. Брейден всегда относился к ней как к надоедливому ребенку, хотя разница в их возрасте составляла всего три с половиной года.

С тех пор как ей исполнилось двенадцать, она всячески пыталась привлечь внимание предмета своего обожания. И даже один раз укусила Брейдена, когда тот не взглянул в ее сторону. Мэгги казалось, что она была единственной женщиной на земле, к которой этот красавчик не проявлял интерес.

Ее брат Ангус в утешение как-то сказал, что только преданность Брейдена ее братьям удерживает парня от того, чтобы обратить на Мэгги внимание. Но она не была глупа и в глубине души подозревала: причина совсем не в этом.

Мужчины никогда не бегали за ней - разве только когда им нужен был горячий обед или подсказка, как прельстить другую женщину.

Брат-близнец Иэн твердил ей, что она хороший, надежный друг. Что именно к такой женщине мужчина может в любой момент прийти за советом, не боясь осуждения.

Но вот внешность ее можно было назвать в лучшем случае сносной. Даже человек с богатым воображением не назвал бы ее красавицей. Мэгги отдала бы что угодно, лишь бы иметь достаточно храбрости или красоты, чтобы заставить Брейдена взглянуть на нее хоть на мгновение. Чтобы стать той единственной женщиной, которая сумеет укротить этот буйный ветер.

Но не сегодня. Худшего дня, чем нынешний, для встречи с Мак-Аллистером-младшим было не подобрать.

Ведь в глубине души Мэгги знала: он - единственный человек, которому под силу найти уязвимое место в ее защите.

А сегодня ей нельзя было проигрывать. Даже ему.

Она должна держаться подальше от этого повесы. Если, конечно, хоть какая-то женщина могла удержать такого мужчину на почтительном расстоянии.

Мэгги все еще наблюдала за приближением Брейдена, когда сзади к ней подошла Пегин и спросила что-то про одеяла.

И хотя Мэгги поняла суть вопроса, она не могла вымолвить в ответ ни слова. Всё ее существо было сосредоточено на самом красивом горце из всех, что являлись в этот мир.

Брейден шел к ее убежищу с той мужской самоуверенностью, которая заставляет разом оборачиваться все девичьи головки.

Ветер играл прядями иссиня-черных волос, обрамлявших его точеное лицо. Левой рукой он поглаживал свой меч. Плечи его были гордо развернуты.

Край черно-зеленого пледа хлопал по его загорелым мускулистым бедрам. Бедрам, которые размеренно двигались при каждом шаге, приближавшем его к Мэгги.

«Mo chreach!» (23), - пробормотала девушка.

Великолепный мужчина!

Каждая по́ра его кожи источала необузданную, дикую мужскую чувственность.

Он был в ладу с самим собой и точно знал, для чего явился в этом мир. Этот человек не следовал чужим велениям, шел своим собственным путем, и плевать ему было на последствия.

Сегодня Брейден выглядел еще более уверенным в себе, чем когда-либо. С самого начала Мэгги поняла: он что-то затевает. Это было заметно по его крепко сжатым челюстям и острому взгляду. От него так и веяло неприкрытой решимостью. У него была какая-то цель. И буквально через мгновение до девушки дошло, на что он нацелился.

- Оch, balgaire le sililibh tnear! (24) - проворчала она себе под нос .

- Что еще за «пес с похотливыми глазами»? – удивленно переспросила Пегин, стоящая справа от нее.

- Тот, что идет сюда, - раздраженно бросила в ответ Мэгги, рассерженная действием, которое оказала на нее походка Брейдена. И еще больше тем, что у нее не получится избежать с ним встречи.

Пегин приподнялась на цыпочки, чтобы выглянуть в окно.

- Не сойти мне с этого места! - шепотом выругалась она. – Вообще-то их сюда идет четверо, и все красавцы.

Мэгги сердито сверлила взглядом приближающихся незваных гостей.

- Говорят, сатана тоже хорош собой, и я предпочла бы встретиться лучше с ним, чем с Брейденом Мак-Аллистером, - ядовито произнесла она.

- Куда там дьяволу соперничать с этим Мак-Аллистером наружностью, - снова прошептала Пегин. – Ай-я-яй! Этот Брейден наверняка и есть сам искуситель.

Томная улыбка тронула ее губы.

Привлекательная черноволосая Пегин была всего на год старше Мэгги. Она вышла замуж четыре года назад, но до сих пор еще косила глазом на каждого пригожего мужчину. А прямо сейчас оба ее глаза, распахнутые так, что могли поспорить величиной с тарелками, буквально пожирали Брейдена.

- Ох, вот бы мой Росс так выглядел, - протянула она мечтательно. – Уж тогда, можешь быть уверена, меня бы сейчас тут не было. Мы бы с ним дома знаешь, чем занимались…

- Пегин! – упрекнула подругу Мэгги. – Ты же в церкви!

- Господу ведомо, что у меня и в мыслях ничего дурного нет. Я просто говорю всё, как есть, и он это знает, - отмахнулась Пэгин.

Мэгги едва расслышала эти слова, потому что ее внимание переключилось на других женщин. Те вы́сыпали на церковный двор, чтобы поглазеть через окружавшую его стену на визитеров. Даже с расстояния Мэгги слышала взволнованные вздохи и смешки, которые женщины отпускали, восхищаясь различными частями тел приближающихся к ним мужчин

- Брейден вернулся домой! – раздалось несколько выкриков.

- Мэри, как тебе моя прическа? Как думаешь, Брейдену понравится?

- Святые угодники! Этот мужчина хорошеет с каждым годом!

- Да у него самая лучшая задница, какую только Господь посчитал нужным приладить к мужчине! Вот бы сейчас под его плед дунул крепкий ветерок – какой бы изумительный вид нам открылся!

Эти и подобные им комментарии так и сыпались со всех сторон.

Мэгги в гневе стиснула зубы. Допустить, чтобы лэрд призвал на помощь единственного человека, который мог разрушить ее замысел! Она должна была это предвидеть. И уж конечно учесть в своем плане. Но тот представлялся ей таким безукоризненным. А в отсутствие Брейдена она даже не думала о том, как этот мужчина может повлиять на ее чувства.

До нынешнего момента.

Чувствуя, как от злости темнеет в глазах, Мэгги подобрала юбки и направилась к выходу из церкви, чтобы оказать сопротивление дьяволу, пока тот не подкрался чересчур близко.

Она приблизилась к воротам в ограде церковного двора почти одновременно с Брейденом. Открыв рывком створку, она увидела его, как раз собиравшегося постучаться и застывшего с поднятой рукой.

- Мэгги, милая, - нежно произнес негодник, и его лицо расплылось в изумительной улыбке, от которой на щеках образовались очаровательные ямочки. Такая улыбка любую женщину заставила бы почувствовать слабость в коленях. Или даже в мозгах.

В глазах его отражалась непоколебимая уверенность в себе. О, этот мужчина знал, что он неотразим.

Но хуже было то, что и Мэгги это знала.

- Я здесь только ради тебя, - таким же сладким голосом продолжил Брейден.

- Допустим, - отрезала она ледяным тоном, хотя какая-то часть ее существа предательски затрепетала от таких слов.

Взгляд его стал дерзким, изучающим. Он обшарил глазами ее тело от самой макушки, находившейся на уровне его плеч, до подола юбки.

- Ай-яй-яй, Локлан, - бросил он своему брату. – Почему ты не сказал, в какую пригожую девицу Мэгги превратилась за последний год? Сомневаюсь, что во всем Килгаригоне хоть одна девушка может соперничать с ней в красоте.

Локлан промолчал в ответ.

Несмотря на изначальные благие намерения не поддаться на уловки известного бабника, сердце Мегги невольно подпрыгнуло. Всю свою жизнь она жаждала услышать такое от мужчины, особенно от Брейдена.

К ее великому сожалению она понимала, что это была просто лесть, в которой не было ни крупицы правды.

Задрав подбородок, она твердо встретила его дерзкий взгляд и выпалила:

- Должно быть, ты думаешь, у меня настолько мало мозгов, что я поверю твоим медоточивым речам, Брейден Мак-Аллистер?

Из-за его спины неожиданно раздался голос Ювина:

- Э-э-э! Брейден, ты был неправ насчет ее зубов. И вовсе они у нее не как у кролика.

Кинув на брата рассерженный взгляд через плечо, Брейден двинул его локтем в живот.

- Зубы как у кролика? – переспросила Мэгги, обидевшись от одной только мысли об этом.

Вот разве что до этого оскорбления не додумались ее братья, любившие ее поддразнить. Да и с чего бы? Зубы у нее были ровные, такие же, как у всех остальных.

Жесткий взгляд Брейдена, адресованный Ювину, мгновенно потеплел, как только он перевел его обратно на девушку. Повеса расцвел одной из своих самых беспечных улыбок:

- Ничего подобного. Я никогда не говорил, что у тебя зубы, как у кролика.

- Как же не говорил, если я тоже это слышал, - встрял англичанин.

- Да нет же, я не говорил этого, - с нажимом произнес Брейден, стиснув челюсти, и одарил англичанина взглядом, не сулящим ничего хорошего.

Затем он шагнул к Мэгги и взял ее за руку.

Девушка попыталась было сосредоточиться, одновременно с отчаянием ощущая, как по ее руке пробежала приятная дрожь от этого прикосновения.

Грубые мозоли на ладони Брейдена напомнили о его неукротимой силе. О том, что он был жестоким воином, несшим погибель врагам на поле боя, а не только женским сердцам в куртуазных поединках.