— В-ваш брат? — запинаясь, пробормотала Холли и внезапно почти физически ощутила, как напрягся стоявший рядом с ней Оливер.
Впрочем, сейчас Холли было не до него. Выходит, Ромео известно ее имя. Наверное, просто спросил у Сильвии. Ну вот и все. Истина вышла наружу. Оставалось лишь приготовиться к битве.
Губы мужчины улыбались, но в глазах не было и намека на улыбку. Холли перевела взгляд на Сильвию, нежно прильнувшую к руке мужчины, и на кольцо с огромным бриллиантом, украшавшее ее безымянный палец. И тут на нее наконец снизошло озарение, и она застыла как вкопанная, широко раскрыв глаза. Господи, какая она дура! Как же она раньше не догадалась!
Владелец корпорации — стало быть, намного старше Сильвии. Пользуется уважением в финансовых кругах — стало быть, миллионер и как раз тот тип, который подходит для того, чтобы жить в роскошном доме, куда она приходила на то памятное свидание…
«Дорогой Пэр» — так называла его Сильвия. Пэр — П.Р. Питер Роман Стэнфорд.
Холли невольно поднесла руку ко рту. Отлично! Выходит, она переспала с женихом внучатой племянницы своего нанимателя и к тому же собственной кузины. Ее страстный и нежный любовник, уверявший, что презирает людей, обманывающих своих партнеров, и есть тот самый мужчина, чью свадьбу она приехала сюда устраивать!
— И давно вы помолвлены? — выдавила Холли, немного придя в себя после шока.
— Почти два месяца, — радостно сообщила Сильвия, с обожанием глядя на жениха. В розовой накидке из тафты, наброшенной поверх черного платья, щедро отделанного оборками, она казалась идеальной невестой для своего жениха, одетого в строгий черный костюм и ослепительно белую рубашку. Как и любая женщина, которой не надо было работать, Сильвия могла уделять сколько угодно внимания своей внешности и туалетам. — Мы обручились во вторую неделю февраля, да, Пэр, милый? Как раз на день святого Валентина.
Холли закашлялась. Через два дня после их памятной встречи!
— Простите, — извинилась она. — Кусочек вишни попал не в то горло.
Оливер энергично похлопал ее по спине.
Слава Богу, хоть Питер не был помолвлен непосредственно в день их свидания! Впрочем, это его ни в коем случае не оправдывает. Не мог же он вдруг, с бухты-барахты решить жениться через два дня. И раз уж он в то время встречался с Сильвией, то почему не мог удовлетворить с ней свои плотские желания? Зачем ему понадобилось свидание вслепую с неизвестной девицей? Или, может, он из тех мужчин, кто четко делит женщин на две категории: на тех, с которыми спят, и тех, на которых женятся?
Однако, бросив взгляд на Сильвию, Холли засомневалась. Судя по тому, как та всей грудью навалилась на руку Питера и стреляла глазами то в одного мужчину, то в другого, эта леди явно не была невинной девственницей, невзирая на ее ангельский вид. Да и Питер был слишком умен, чтобы не попасться на женские уловки. Наверняка он прекрасно понимал, какова на самом деле его невеста.
Решившись наконец поднять глаза на Питера, Холли увидела, что он смотрит на нее с суровым осуждением. Расправив плечи, она гордо вскинула голову. Он, чего доброго, мог вообразить, что обиженная женщина явилась сюда нарочно, чтобы встретиться с ним! Холли ответила на его возможные скрытые опасения взглядом, исполненным горького презрения. Будучи сама обманутой женой, она презирала всякого, кто изменял своей половине. А тут еще Питер поставил ее в двусмысленное положение, где невольная соучастница событий, буквально вытащенная из дома беспокойным дядюшкой, вынуждена была выступать в роли этакой разлучницы!
— Ну как, теперь лучше? — заботливо спросил Оливер, растирая ей спину, в то время, как ноздри Питера свирепо раздулись.
— Вы всегда позволяете лапать себя мужчинам, с которыми только что познакомились, миссис О'Брайен? — презрительно протянул он.
При этом намеке на ее распущенность Холли чуть не выронила бокал из рук, а Сильвия на мгновение отстранилась от жениха, изумленная его неожиданной грубостью.
Оливер тут же ощетинился. Рука его упала и непроизвольно сжалась в кулак, словно ему не терпелось заехать старшему братцу по физиономии.
— Ее зовут Холли, — процедил он.
— Мне прекрасно известно, как она себя называет, — насмешливо протянул Питер. — Мы с миссис О'Брайен старые знакомые.
А теперь, похоже, старые враги! Холли сжала губы. С чего он так взбесился, ей было решительно невдомек.
— Совершенно верно, — подтвердила она. — Но хотя он и акцентирует слово «миссис», ему доподлинно известно, что сейчас я не замужем. Мой муж умер почти год назад.
— Одиннадцать месяцев назад, если мне не из меняет память, — с дьявольской усмешкой уточнил Питер и, медленно оглядев Холли с головы до ног, прибавил: — Судя по тому, как вы одеты, я так и не могу понять, то ли вы продолжаете носить по нему траур, то ли решили от него отказаться.
Сильвия издала какой-то сдавленный звук, а Холли с трудом удержалась, чтобы не выплеснуть пунш прямо в усмехающуюся физиономию Питера. Однако по блеску в его глазах она догадалась, что именно этого-то он и добивается. Неужели до него не доходит, что такая открытая враждебность может вызвать ненужные толки?
Однако в эту минуту ее внимание отвлек Оливер. Побагровев, он смачно выругался и обхватил рукой талию Холли, словно в попытке защитить ее.
— С каких это пор ты стал таким бесчувственным чурбаном, братец? — возмутился он. — И как только у тебя хватает жестокости издеваться над чужим горем? — И, обернувшись к Холли, он быстро заговорил, понизив голос. — Да будет вам известно, что мои родители: отец Питера и его мачеха — погибли во время пожара, когда какие-то подонки подожгли наш дом. Питер был серьезно ранен, спасая меня и нашу сестру, а потом ему пришлось за быть о карьере и бороться с папиными родными и партнерами, мечтавшими наложить лапу на наше наследство, за то, чтобы получить опеку над нами. Наверное, поэтому он считает, что получил некую монополию на мученичество и по сравнению с его несчастьем все остальное — просто ерунда!
— Я не просил тебя за меня извиняться, — сквозь зубы прошипел Питер. — И вообще как-то объяснять мои действия. И нечего трепаться с посторонними о моей личной жизни!
— Никто не извинялся, — перебил его Оливер. — Ты и сам прекрасно можешь это сделать. Я просто хотел, чтобы ты понял, каково это, когда кто-то публично вмешивается в твои внутренние проблемы. Пора уже хоть кому-то накормить тебя твоими собственными пилюлями. За этой вспышкой явно что-то кроется, сообразила Холли. И хотя она послужила катализатором ссоры между братьями, похоже, это была не единственная причина.
На щеке Питера дернулся мускул.
— Уймись, Оливер, — зловеще прошипел он.
— Иначе что? Ты урежешь мои карманные деньги? Я уже не маленький, и меня нельзя шантажом заставить жить по твоим меркам. Мне уже на десять лет больше, чем было тебе, когда ты взял на себя руководство папиной компанией. Я теперь дипломированный врач и могу сам заработать себе на жизнь, черт побери!
Врач? Ничего себе! А по виду — так просто лощеный бездельник, ошеломленно подумала Холли.
Впрочем, по мере того как распалялся Оливер, Питер как будто понемногу остывал. Наконец он полностью взял себя в руки.
— Я сказал, прекрати. Здесь не время и не место. Оливер вскинул руки вверх, словно сдаваясь, но на лице его по-прежнему было написано горькое презрение.
— Ну конечно. Как скажешь, братец. В конце концов ты у нас начальник. Глава семьи, так сказать. Человек, принимающий решения якобы на благо всех нас, а на деле исключительно в своих интересах. И считающий само собой разумеющимся, что мы будем выполнять его волю…
— Пожалуйста, Оливер, не надо! — К удивлению Холли, вмешалась Сильвия. Ее глаза влажно блестели, нижняя губа дрожала. — У нас же сегодня праздник, и я хочу, чтобы всем было хорошо. Пожалуйста, не надо мне все портить…
Очень ловко, подумала Холли, увидев, как оба мужчины тут же сникли, как два носовых платка, готовых вытирать слезы маленькой девочке. Интересно, сколько времени Сильвия отрабатывала этот прием перед зеркалом? Впрочем, зря она так. Чисто женская стервозность, и ничего более.
— Возможно, нам с Холли стоит прогуляться, — объявил Оливер, подхватывая девушку под руку и нимало не интересуясь, согласна она или нет. — Или давайте сплаваем на лодке к бельведеру. Я покажу вам, как он чудно смотрится в лунном свете.
Похоже, в этой семейке не один Питер считает само собой разумеющимся, что ему все должны беспрекословно подчиняться, подумала Холли. Быть пешкой в чужой игре ей вовсе не улыбалось, и она решительно высвободила пальцы.
— Спасибо, но в маленьких лодках меня укачивает, — сухо отозвалась она.
На мгновение воцарилась тишина, даже шум вечеринки, казалось, доносился откуда-то издалека. Первым молчание нарушил Питер.
— Ничего, — язвительно заметил он. — Такой замечательный врач, как Оливер, наверняка найдет какое-нибудь средство, чтобы вас не стошнило в самый романтический момент.
Холли окончательно вышла из себя. Если он рассчитывает толкнуть ее в объятия своего брата, чтобы нейтрализовать, то он крупно ошибается.
— Я предпочитаю не прибегать к стимуляторам для сохранения душевного равновесия.
— Да что вы? — Брови Питера взлетели вверх.
Холли надеялась, что краска, прилившая к ее щекам, не очень бросилась в глаза. Он явно намекал на алкоголь, бушевавший в ее крови в ту ночь, которую они провели вместе в постели, занимаясь любовью час за часом.
В ту ночь собственное душевное равновесие ее нисколько не заботило. Холли откровенно наслаждалась взрывной реакцией их тел. И любовью они занимались не только в постели, а и на стуле, и на полу, и в ванной… Холодная поверхность огромного зеркала ударялась о ее спину и ягодицы, покрываясь паром от жара разгоряченной плоти. А когда Ромео стянул ее вниз, на пол, чтобы усадить на себя, на зеркале остался огромный отпечаток ее тела, медленно исчезавший, словно стиравший ее грех…
"Поймать удачу" отзывы
Отзывы читателей о книге "Поймать удачу". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Поймать удачу" друзьям в соцсетях.