В первый раз за долгое время она вспоминала их без боли и даже с некоторой долей юмора. В конце концов, по сравнению с маминым выздоровлением все казалось такой мелочью! Даже ее странные и ни на что непохожие отношения с Игорем Гончаровым.

Самое забавное, никто в классе об их прошлом знакомстве и не подозревал. Даже не в меру любопытная Наташка. Оба держались ровно, и не обращали друг на друга видимого внимания. Правда, Лена частенько ловила на себе задумчивый взгляд странных серебристых глаз, но…

Может быть, ей это казалось. Рядом же сидела Наташка! И буквально весь класс был уверен: именно к ней новичок неровно дышит. Что, собственно, никого и не удивляло, а принималось как должное.

Сама же Лена в сторону Игоря старалась лишний раз не смотреть. С нее вполне хватало и тех моментов, когда Гончарова вызывали к доске. Лена сидела за вторым столом в среднем ряду и не видеть его просто не могла. Даже при всем желании. И злясь на себя, невольно рассматривала его смуглое, жестких, совсем уже юношеских очертаний лицо. А поймав его насмешливый взгляд, вспыхивала и поспешно опускала глаза.

Простить его девочка до сих пор не могла. Вспоминая их летние отношения, она только ежилась — так было стыдно. Без вины виноватая, она чувствовала себя такой же попрошайкой, как и многочисленные нищие у церковной паперти.

Ей тоже подавали из жалости!

Именно — подавали!

К тому же, Игорю это ничего не стоило: те копейки наверняка выдавались заботливым богатеньким папенькой на карманные расходы. Интересно, сколько получают сынки банкиров на разные мелочи? Вряд ли литровая банка с мидиями Игоря разоряла.


Девочка тяжело вздохнула. Смешно, она-то думала: он чем-то похож на нее. И поэтому все понимает. И уважает ее независимость. И самостоятельность. Вот дурочка…

Надо же, считать, что он чуть ли не из-за нее таскается почти каждый день на море за мидиями! И это вместо того, чтобы высыпаться по утрам, а потом валяться до одури на пляже!

Напридумывала.

Тоже, романтик!

Лена проводила взглядом слетевший с акации лист: осень. Скоро город вообще оголится. Особенно, когда заштормит. Ветра у них на Керченском полуострове тогда страшенные, никакая листва не удержится. Даже если едва тронута позолотой.

Девочка вспомнила Наташкин день рождения и грустно улыбнулась: и зачем она только пошла? Знала же, что та обязательно пригласит и Игоря.

А с другой стороны: под каким предлогом она бы отказалась? Она и так попыталась было сослаться на срочную работу, но ничего не вышло. Упрямая Наташка тут же заявила, что перенесет «сабантуйчик». Мол, назови только дату, на какой день, а ей — раз плюнуть. В конце концов, лучшая подруга у нее, у Наташки, одна единственная, и уж ради нее…

Упираться Лена не рискнула. Наташка запросто могла и догадаться о чем-нибудь. И так в последнее время слишком часто приставала с расспросами и требовала познакомить ее с «мифическим азиатом». Причем, была упорна и никак не хотела забывать о летних приключениях подруги. А ведь обычно Кудрявцева занята лишь собой.

«Вот цирк, — усмехнулась девочка. — Знала бы Наташка, КОГО она так называет!»

Пришлось пойти. Лену настолько раздражала ее невольная зависимость от Гончарова, что она сумела разозлиться. И решила назло всему не лишать ни себя, ни Наташку праздника. И даже пообещала одеть то привезенное тетей Лидой из Польши платье, что так нравилось подруге. В конце концов, Наташке исполнялось пятнадцать!

ГЛАВА 19

ДЕНЬ РОЖДЕНИЯ

Тот вечер у Кудрявцевой гораздо больше, чем Лене, запомнился Игорю. И по нескольким причинам. Вообще-то Игорь согласился пойти туда только из-за Артемьевой. Он надеялся все же объясниться. В школе Лена его к себе не подпускала, а там…

Не могла же она проигнорировать день рождения ближайшей подруги! Как бы ни злилась на него, Игоря. Впрочем, с таким-то характером…

Игорь успокоился лишь когда увидел ее. К сожалению, успокоился ненадолго. Потому что, наконец, понял: он влюблен. И, кажется, безнадежно. А обманывать себя…

Игорь впервые видел Лену одетой в вечернее платье и был искренне поражен: перед ним уже не ребенок, девушка!

Тоненькая, хрупкая Лена за этот месяц сильно повзрослела. Особенно резко изменилось лицо: оно теперь почти постоянно было грустным и из-за этого казалось особенно одухотворенным. А огромные, выразительные, светло-карие глаза невольно приковывали внимание каждого. Они буквально освещали личико девочки.

Темно-зеленое, бархатистое, короткое платье с оголенными плечами и узенькими рукавами до локтей; высоко приподнятые заколкой кудрявые, пушистые волосы; стройные ножки в модельных туфельках на высоких каблучках — делали Лену неузнаваемой и поразительно женственной.

Да уж, это не привычные для всего класса джинсы с каким-нибудь балахонистым, стареньким джемпером!

Игорь с невольной досадой отметил, что он не один здесь такой зрячий. Около девочки моментально закружились пара одноклассников и новенький — Степан Вьюнник.

Новичок вызывал у Игоря двойственные чувства. Он держался очень уверенно, прекрасно одевался, выделялся своими знаниями практически на всех уроках…

Игорь был не из тех, кто игнорировал подобное. Он отлично знал: умение всерьез трудиться сейчас — залог успеха в будущем. Это, на его взгляд, значило гораздо больше, чем просто способности. И если способности давались от Бога, то уж трудолюбие — зависело исключительно от тебя. А ломать себя умел редкий. Пахать, когда можно развлекаться…

И все-таки Вьюнник ему не нравился. Игорь подсознательно улавливал в нем странно циничный, совсем не юношеский подход к жизни, и относился к новенькому настороженно. А увидев, как Степан умело обхаживает Лену, окончательно понял: они никогда не станут друзьями.

Раздраженно наблюдая за девочкой, Игорь злился все больше и больше. Ему казалось: Лена едва ли не флиртует с этим чертовым Вьюнником.

Да как она может ТАК смеяться над его плоскими шутками?! И разрешать, будто невзначай, касаться своих волос!

Когда же Наташа включила светомузыку, Игорь не выдержал и решительно направился к Лене: не хватало еще видеть, как она будет танцевать с этим самоуверенным придурком!

— Ты? Меня? — Лена подняла на него свои удивительные глаза и отрицательно покачала головой. — Да никогда! И вообще, меня уже пригласили! Правда, Степа?

И этот скотина, эта пародия на джентльмена, естественно, с готовностью кивнул и вскочил с дивана.

— А ты бы, Гончаров, о хозяйке не забывал, что ли, — насмешливо посмотрела на него Лена.

Она нашла глазами веселую, нарядную Наташку и улыбнулась ей. И тихо сказала Игорю:

— Ну, что же ты? Она ждет. И это именно у нее сегодня день рождения. Не у тебя. И не у меня.

Лена демонстративно положила руки на плечи слегка опешившего Вьюнника. Степан переводил странно напряженный взгляд с Игоря на Лену и явно пытался что-то понять. Игорь еще успел услышать небрежный вопрос Степана:

— Вы давно знакомы?

— С кем?

— Да с этим банкирским сыночком!

— С чего ты взял? — не менее небрежно протянула Лена, даже не оглядываясь в его сторону.

— Показалось, — мрачно буркнул Вьюнник. — Ты ведешь себя так, будто вы поссорились. И он тоже.

— Вот еще! Было бы с кем. Он мне даже не нравится…

— Знаешь, меня это радует!

Кипящий от злости Игорь направился к действительно ожидавшей его Кудрявцевой. Наташа с его приближением расцветала прямо на глазах, и Игорь заставил себя успокоиться. Хотя бы — внешне.

В конце концов, Наташка ни в чем не виновата. И она, как правильно заметила Артемьева, именинница. Так какое он имел право портить ей праздник? Тем более, принял приглашение…

Игорь расстегнул ворот рубашки и раздраженно подумал: с чего он дергается? Он что, марионетка, отзывающаяся на каждое движение нитки? А эта противная, упрямая девчонка — кукловод?

И все же, вечер был безнадежно испорчен. Сияющая, липнущая к нему Кудрявцева никак не могла исправить положение. Хотя была хороша необыкновенно. И все же…

Несмотря на откровенную зависть большинства одноклассников, Игорь был мрачен. А уж когда Лена подошла к Наташе попрощаться, и именно Вьюнник вызвался ее проводить, Игорь чуть не сорвался.

Он и сейчас не понимал, КАК ему удалось сдержаться. Но он все же в достаточной мере владел собой и даже сумел равнодушно отвернуться в сторону. И пока девочки разговаривали, Игорь успешно делал вид, что с интересом рассматривает небольшой пейзаж на стене.

Вот только совсем не видел его. И ни в жизнь сейчас бы не сказал, что же на полотне изображено. Лицедействовал, короче, как умел.

Так что Лена в тот вечер ушла раньше всех, а его планы объясниться — накрылись. Если честно, в энный раз. Не везло, что поделаешь.

* * *

И все же, о субботнем вечере Игорь не жалел. Он оказался не таким уж нерезультативным. Его решение растрясти Наташку Кудрявцеву, и хоть таким образом выяснить, наконец, что происходит с Леной, принесло свои плоды. Хотя и пришлось потратить на это кучу времени.

Черт, да он пересидел тогда всех одноклассников! Что, кажется, никого и не удивило.

Зато он узнал историю с Лениным перстеньком. В первом приближении, естественно.

В Наташкином изложении это звучало примерно так:

— Представляешь, продала свое любимое колечко, реликвию, можно сказать, из-за какого-то паршивого долга. Пятьсот гривен, подумаешь, сумма! А ведь это — память об отце. Его последний подарок. Вот и ходит теперь, как в воду опущенная, слово ей не скажи. Подумай, еле-еле уговорила на день рождения прийти!

И Наташа сердито добавила:

— Гордячка — просто жуть. Даже у моих родителей отказывается взять хоть копейку!