Джек покачал головой. Разговор с Роли ничего не даст, ведь утешить его нечем. Нужно что-то предпринять. До того, как его отвезут на Лемнос! Если делу дадут ход, остановить его уже будет нельзя.
Поэтому Джек поблагодарил приветливого коменданта тюрьмы и побежал к лазаретам.
— Полевой госпиталь… Мне нужен командующий Джозеф Бистон, где мне его найти? — спросил Джек у первого попавшегося санитара.
— Наверное, штаб-врач сейчас оперирует. Они все заняты со вчерашнего дня, — сказал мужчина, который нес в одну из палаток дезориентированного раненого с повязкой на голове.
— Все врачи вон в тех палатках, просто спросите его. Но может статься, что вам придется подождать. Там просто ад!
Джеку пришлось взять себя в руки, чтобы войти в одну из палаток, где расположились импровизированные операционные залы. Какой-то санитар как раз выносил окровавленные мешки. Джек разглядел марлевые бинты, а также отрезанные конечности, простреленные и раздробленные. Он с трудом подавил подкатившую к горлу тошноту, когда ему в лицо ударил сладковатый запах крови, смешанный с парами лизола и эфира.
В палатке весь пол тоже был в крови, санитары едва успевали вытирать. За несколькими столами работали врачи, слышались стоны и крики.
— Командующий Бистон? — Джек наудачу обратился к одному из врачей, которых за марлевыми повязками и передниками было не разглядеть. Передники мясников…
— Там, за последним столом справа… рядом с псом… — Врач окровавленным скальпелем указал в противоположную сторону.
Джек посмотрел туда и узнал Пэдди. Маленький песик лежал в дальнем углу палатки и казался совершенно подавленным. Его тяжелое дыхание и дрожь напомнили Джеку Роли, который так же прерывисто дышал, оказавшись под землей.
— Командующий Бистон? Можно… можно поговорить с вами?
Врач слегка обернулся к нему, и на Джека взглянули полумертвые от усталости глаза за толстыми стеклами очков. Передник Бистона был перемазан кровью, руки в крови по локоть. Похоже, он отчаянно пытался заштопать что-то внутри своего пациента.
— Я вас знаю?.. Ах да, рядовой МакКензи! Уже капрал! Поздравляю! — Командующий Бистон слабо улыбнулся.
— Мне нужно поговорить с вами, — повторил Джек, на этот раз настойчивее. Госпитальные суда наверняка часто ходят в Лемнос. Кому-нибудь может прийти в голову послать с ними пленников.
— Конечно, — произнес полевой врач. — Но не сейчас. Вы должны подождать. Когда я… когда я закончу с ним, сделаю перерыв. Должно прийти подкрепление с Лемноса, мы уже не справляемся. В любом случае… подождите в «казино», или как там называют эту хибарку. Это вам всякий покажет. И если можете, заберите Пэдди. Он вот-вот загнется… — И Бистон снова склонился над своим пациентом.
Джек попытался выманить ошалевшего от запахов пса из темного угла палатки. Тот завизжал. Но Джеку удалось взять животное на поводок и спокойно уговорить пойти с ним, прочь из палатки. Пэдди потянул его к кораблям.
— Умный песик, — заметил Джек. — Пожалуй, этого хотелось бы многим здесь. А где же это «казино»?
Выражение командующего Бистона как нельзя лучше подходило к сколоченному из палатки и досок для опалубки сарайчика, в котором врачи устраивали себе короткие передышки между операциями. Когда Джек вошел туда, один молодой офицер крепко спал на койке, другой темноволосый врач сделал большой глоток из бутылки виски, брызнул себе в лицо водой из умывальника и снова убежал.
Джек решил подождать у палатки и провел время за упражнениями с Пэдди. Маленький пес забыл о своих волнениях и вскоре старательно выполнял указания Джека. Последнему общение с Пэдди тоже пошло на пользу. На какое-то время он забыл о ближнем бое в окопах.
— Умный песик! — наконец с удовольствием похвалил Джек маленького метиса.
Внезапно его охватила жгучая тоска по дому. Что заставило его бросить Киворд-Стейшн, колли и овец, чтобы окопаться на другом краю мира и стрелять в людей, с которыми у него нет никаких дел?
— Да у вас талант к дрессуре собак! — удовлетворенно заявил командующий Бистон, когда спустя более чем два часа появился у «казино». Теперь он выглядел еще более уставшим, чем прежде. Наверное, у него были другие операции, кроме той, которую он должен был закончить. — Нужно было оставить Пэдди на судне. По большей части мы спим там… Но вчера…
— Вчера мы все были на пределе, — произнес Джек. — Некоторые больше, чем другие…
— Входите же! — Командующий Бистон приоткрыл ему полог палатки и тут же отправился на поиски виски. В любом случае он был вполне вменяем, чтобы наполнить два бокала. — Вы ведь будете?
Джек кивнул.
— И что я могу для вас сделать? — спросил штабной врач.
Джек вкратце рассказал о Роли.
— Не знаю… Да, я, конечно, в долгу перед вами, но мне здесь трýсы не нужны. А трусость перед лицом врага…
Командующий Бистон отпил виски.
Джек покачал головой.
— Рядовой О’Брайен не трус. Напротив, после битвы за мыс Геллес он получил награду, поскольку вынес из-под вражеского огня двух раненых. И во время штурма той проклятой горы он тоже сражался в первых рядах. Но у этого парня боязнь закрытого пространства. В траншеях он сходит с ума.
— Нашим спасательным отрядам тоже приходится работать в траншеях, — заметил Бистон.
— Но и под открытым небом они тоже работают. Именно поэтому к вам не так-то рвутся, верно? — спросил Джек. — Не считая уже того, что вряд ли вам придется использовать этого парня в спасательном отряде. Роли — опытный санитар…
Бистон нахмурился.
— У этого парня действительно есть опыт работы санитаром?
Полчаса спустя командующий Бистон официально попросил майора Холлендера перевести рядового Роланда О’Брайена на санитарную службу.
— Слишком жаль отдавать его в штрафбат, майор! По словам его друга, этот человек — обученный санитар, учившийся у медсестры, прошедшей Крымскую войну. Флоренс Найтингейл[8] в мужском обличье. Нельзя его губить во Франции!
Еще через час Джек МакКензи вздохнул с облегчением. Роли был спасен. Тем не менее Джек написал Тиму Ламберту в Греймут. Лучше иметь два шанса на успех.
После этого он написал Глории. Он не хотел надоедать ей и не был уверен, стоит ли отправлять письмо, но в то же время понимал, что если не расскажет кому-то о сражении, то сойдет с ума.
7
Когда несколько месяцев спустя Глория наконец добралась до Сиднея, она была готова возненавидеть весь мир. В душе она злилась на клиентов, которые использовали ее без зазрений совести, а потом не хотели платить дополнительно за «особые услуги», о которых договаривались с девушкой. Не раз бывало так, что Глории приходилось обнажать нож, чтобы заставить мужчин заплатить, — причем чаще всего она удивлялась, что это работает. По большей части безобидные жители маленьких городков, которые просто хотели использовать еще более слабое существо, тушевались при виде блеска стали. Такой негодяй, как стюард, легко вырвал бы его у девушки и, возможно, даже отомстил бы кровью. Но, скорее всего, мужчин пугала ненависть и кровожадность во взгляде Глории, когда она хваталась за нож. Пока Глория подчинялась им, она казалась тихой и слабой и молча прятала деньги за свои услуги. Если же они отказывались платить, она превращалась в фурию.
Ненавидела Глория и других проституток, которые были настроены против новенькой, решившей подзаработать в чужих охотничьих угодьях. Поэтому ее нож шел в дело довольно часто. Впрочем, девушки слишком очерствели, чтобы реагировать на обычные угрозы, и многие из них дрались лучше, чем Глория. Дважды она, сильно избитая, оказывалась в придорожной грязи, а один раз соперница украла у нее весь дневной заработок. При этом Глория не составляла серьезной конкуренции другим проституткам. Мужчины, которые шли с ней, чаще нуждались в особых, нежели обычных услугах.
Поначалу девушка не понимала, что именно привлекает к ней некоторых мужчин, пока до нее не дошло, что их возбуждает ее бритая голова. А ведь поначалу она опасалась, что столь радикальная стрижка повредит делу. Но оказалось, что голая кожа на ее голове возбуждает как раз склонных к извращениям мужчин. Поэтому, как только волосы отросли, Глория тут же снова побрилась. Кроме всего прочего, это было очень практично для борьбы с паразитами. Несмотря на то что она занималась своим ремеслом не в таких ужасных условиях, как на «Ниобе», в сараях и портовых складах, куда ей приходилось водить клиентов, все равно было полно блох. Впрочем, она предпочитала ходить на какой-нибудь пляж. Там было чисто, а шум моря убаюкивал ее, пока клиенты развлекались на ней.
Глория ненавидела и честных женщин, и владельцев магазинов, у которых покупала какие-то продукты. Девушку раздражала их самоуверенность, когда они встречались с проституткой Глорией, их нежелание помочь ей. Она завела себе привычку путешествовать в образе мальчика и превращаться в женщину только по ночам. В мужской одежде она чувствовала себя увереннее и ей было легче прятаться от других проституток, которые днем обычно занимались охотой на «бродячих» конкуренток. Переодевшись мальчиком, Глория — в надежде сэкономить деньги на продукты и тем самым больше отложить для путешествия в Новую Зеландию — постоянно искала работу. Мальчику было бы нетрудно отремонтировать пару заборов, разгрузить автомобиль или постричь траву для мелкого лавочника или жены фермера с попавшейся по дороге фермы, чтобы заработать себе на пропитание. Но лишь немногие уступали просьбам, по большей части ее прогоняли и кричали вслед:
— Иди с богом, иди себе!
Бродяг в мелких австралийских городках не любили. «Джеку» то и дело советовали присоединиться к армии, вместо того чтобы бесцельно бродить по округе.
"Под парусом мечты" отзывы
Отзывы читателей о книге "Под парусом мечты". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Под парусом мечты" друзьям в соцсетях.