К возвращению Алекса Кейси была уже готова, а Сара и Лиз при его появлении испарились – одеваться, как объяснила Сара. Алекс, в шелковой кремовой сорочке с небрежно расстегнутым воротом и в светлых полотняных брюках, показался Кейси совершенно здоровым, а он, в свою очередь, улыбался, глядя на нее. Шелковое платье из нескольких слоев нежного шифона, цветом от светло-голубого и сиреневого до белого, окружало ее воздушным облаком и было совершенно не похоже на то первое злополучное платье, как и было задумано, по словам Сары. Покрой его был слегка расклешенным, и носить его было очень удобно, а Сара принесла прелестный веночек из садовых цветов, который сама смастерила сегодня днем, и таким образом предусмотрительно устранила необходимость надевать вуаль, мысль о которой приводила Кейси в ужас.

Алекс мягко заставил ее повернуться во все стороны, чтобы получше рассмотреть, и улыбнулся.

– У меня для тебя есть еще кое-что, – нежно сказал он и, вынув нитку сверкающего жемчуга, осторожно надел ей на шею. – Я подумал, что тебе не захочется снова носить те сережки, – сказал он. – Поэтому вот тебе вместо них. – Он отступил назад и посмотрел на нее так, словно не мог оторвать от Кейси взгляда, потом взял ее за руку. – Идем, дорогая?

Смеясь ее радостному изумлению, он повел Кейси вниз по широкой лестнице через холл на лоджию. На этот раз не было никаких машин и не надо было расставаться с Алексом, как он и обещал. Алекс шел рядом, и его надежная рука обнимала ее за плечи, согревая и защищая. К удивлению Кейси, все на лоджии изменилось за время их отсутствия, а над плавательным бассейном теперь натянули тент для защиты от ночных насекомых.

Вся лоджия утопала в душистых белых цветах, стоящих на высоких подставках и сплетенных в гирлянды, свисающие с колонн; десятки свечей мигали под дуновением вечернего ветерка. Маленькие позолоченные стулья выстроились рядами там, где обычно была плетеная мебель, и сияющий местный священник в праздничном облачении стоял перед накрытым белой тканью алтарем. Дора в экстравагантной шляпке сидела за фисгармонией, улыбаясь во весь рот, и по кивку священника принялась играть, на удивление точно, свадебный марш. Оглядевшись вокруг, Кейси увидела, что здесь находятся все, кого она хотела бы пригласить на свою свадьбу. Ее тетя и дядя, все родные Алекса, Робин, Джоан, Уильям и даже Мойра; Крис Букер с женой улыбались ей из переднего ряда, а Эбби изо всех сил старалась справиться со своей ролью и прилежно разбрасывала по дорожке цветы, но дело кончилось тем, что она вывалила всю корзинку им на ноги, к огромному негодованию брата и под громкий хохот Сары. Вцепившись в руку Алекса, как в спасательный трос, Кейси прошла между рядами улыбающихся друзей и родственников и встала рядом с ним у алтаря. Ник вышел вперед, чтобы исполнить роль, которую должен был играть на их первой свадьбе.

Почтенный Себастьян Мейкпис отдавал предпочтение традиционному обряду, прочитанному по книге молитв, поэтому, к изумлению обоих новобрачных и позабавив всех друзей, Кейси дала слово не только любить и почитать своего мужа, но и повиноваться ему! Священник гулким басом провел обряд, наслаждаясь каждой его минутой и меняя интонации, чтобы подчеркнуть значение каждого слова. К концу церемонии рыдала не только мать Алекса, но слезы на глазах были у многих, и у самого Алекса тоже, когда он после целовал Кейси. Почтенный Себастьян не произнес обычных слов: «Теперь можете поцеловать невесту», – но Алекс все равно ее поцеловал – ничто на свете не могло бы помешать ему это сделать! В тот момент, когда он заключил Кейси в объятия, в мире существовали только они одни. А потом их окружили друзья с поздравлениями.

Это была идеальная свадьба, мечтательно думала Кейси, когда наконец осознала в полной мере невероятный труд, вложенный во все это великолепие Сарой и Лиз с помощью Клер Сандерсон. Неудивительно, что обе они таинственным образом исчезли и Кейси не могла с ними связаться в течение нескольких недель перед их с Алексом отлетом на Барбадос. Они находились здесь, поняла Кейси, готовили все для нее. И Алекс знал все до мелочей и ничего ей не рассказывал! Даже сегодня, на пляже, он просто держал ее подальше от дома. Но ей оставалось лишь улыбаться – ведь теперь, несмотря на все свои страхи, она наконец стала его женой. И к тому же дала слово повиноваться ему! Конечно, Алекс постарается не дать ей забыть об этом!

Об их предыдущей попытке сыграть свадьбу намеренно не упоминалось ни в короткой речи, произнесенной Алексом, а потом Ником, ни в беседах присутствующих. Словно никто не хотел нарушить окружающую их атмосферу счастья. По-видимому, Алекс заказал для всех гостей номера в отеле по соседству или разместил их у многочисленных друзей по всему острову – немалая жертва со стороны хозяев в рождественские праздники! Только его братья и Ник с Сарой остановились в их доме, а у его родителей на острове было не меньше друзей, чем у него самого, и они устроились сами. Поэтому Кейси удивилась, когда Алекс предложил ей попрощаться с тетей и дядей, как только отгремели залпы многоцветного пышного фейерверка над заливом, устроенного в ее честь.

– Разве мы не остаемся здесь? – спросила она, когда он взял ее за руку.

– Ни в коем случае! – улыбнулся Алекс. – Я не доверяю Робину – как и своим братьям – ни на грош! Зная их, могу предположить, что нашу комнату уже начинили жучками. Мы уезжаем!

Они умчались из дома на «рейнджровере», украшенном гирляндами из цветов и консервных банок. Кейси от всей души надеялась, что им не придется ехать на автомобиле далеко в таком виде, и Алекс вскоре исполнил ее желание и съехал с дороги на узкий проселок. Она знала, что эта дорога ведет к морю, но все равно ахнула от восхищения, когда Алекс наконец затормозил возле крохотного пляжного домика, примостившегося над серебристым песком окаймленного пальмами берега. Это самое идеальное и романтичное местечко на свете, подумала Кейси, когда Алекс помогал ей выйти из машины. Правда, Алекс из-за своей раны не перенес новобрачную через порог на руках, но компенсировал это всевозможными, тщательно продуманными удобствами, заранее подготовив домик.

– И все это здесь я подготовил один, – торжественно заявил он ей, наливая в бокалы шампанское. – Хотя этот дом принадлежит Клер и Джулиану.

Кейси с восторгом оглядывала освещенную свечами комнату. В ней стояла только накрытая муслиновым покрывалом кровать, снабженная противомоскитной сеткой, чтобы можно было открыть окна и впустить ночной бриз, а единственным источником света являлись свечи, которые зажег Алекс, когда они вошли.

Он открыл французские окна и повел ее на балкон, где их ждали стулья из тростника. Не торопясь, поскольку теперь все время было в их распоряжении, Алекс облокотился на перила и с улыбкой смотрел на залитый лунным светом пляж.

– Та прогулка по пляжу – все еще одно из моих самых дорогих воспоминаний о тебе, – сказал он.

Кейси подошла к нему, и он обнял ее одной рукой.

– Никаких прогулок по пляжу сегодня, – рассмеялась она. – Мне слишком нравится это платье, чтобы им рисковать! Кто его создавал? Кроме Марко?

– Я… принимал некоторое участие, – признался Алекс. – Именно такой я мечтал увидеть тебя, и ты выглядела точно так, как я надеялся. Ты прекрасна, любимая.

– Это была изумительная свадьба, – вздохнула Кейси. – Как хорошо, что это стало сюрпризом, меня просто приводила в транс мысль о свадьбе.

– Сара такая молодчина! – заметил Алекс. – Бог знает, как она выкроила время, чтобы приехать сюда, когда ей предстоят съемки в нескольких фильмах, но она это сделала. Мы должны непременно просить ее стать крестной матерью нашего первого ребенка!

– Ребенка! – Кейси вздрогнула. – Алекс, мне нужно время, чтобы к этому привыкнуть.

– Не нужно! – Алекс развернул ее к себе лицом. – Я согласен, чтобы ты снялась в фильме у Ника, но после него у нас уже не будет настоящего предлога, не так ли? Я думал, что мы с тобой единодушны в этом вопросе.

– Я согласна, конечно, согласна. – Кейси поспешно отпила глоток из своего бокала, чтобы набраться мужества. – Просто…

– Ты все еще беспокоишься о том, чтобы не навредить моему плечу, да? – упрекнул ее Алекс. – Кейси, тебе больше нет нужды беспокоиться. Раны зажили, и на спине, и на плече. Я опять совершенно здоров, и я хочу больше всего на свете любить тебя!

– Да, я знаю, Алекс… и я тоже хочу, я не этого боюсь больше всего.

– Тогда что же тебя тревожит? – спросил Алекс. – Кейси, ты не обязана мне рассказывать, если не хочешь, но… этот парень тебя изнасиловал? В этом все дело?

Кейси медленно вернулась назад в спальню и присела на край широкой кровати.

– Алекс…

Он последовал за ней и сел рядом, мягко обнял ее за обнаженные плечи и повернул к себе лицом. Кейси со стоном припала к его груди и горько разрыдалась, уткнувшись в сорочку.

– Я… я чувствовала себя такой грязной после того, как побывала в обществе этого человека. О… я уговорила его, и он меня не изнасиловал. Бог знает, как мне это удалось! Но я позволила ему прикасаться ко мне – не могла его остановить, так с ним легче было справиться. Но… я все еще чувствую вину перед тобой, – наконец призналась она сквозь слезы. – Ты так много выстрадал из-за меня!

– Ради Бога, Кейси! – Алекс в отчаянии встряхнул ее. – То, что со мной произошло, случилось по моей собственной глупости, и никто в этом не виноват! Я сам снял бронежилет, а мне этого делать не следовало! Я был так уверен в себе, что совершил большую ошибку. Я считал себя неуязвимым, но очень быстро обнаружил, что это совсем не так. Теперь буду умнее. Крис меня здорово отругал, когда со мной уже можно было спорить, поверь мне! И я это заслужил! Я больше никогда не буду таким упрямым, обещаю тебе.

– Но ты сделал это, чтобы спасти меня, – возразила Кейси. – Ты все равно прошел через все это только ради меня.

– И прошел бы через гораздо худшее, честное слово! – Он бережно снял с ее головы увядающие цветы. – Ты – мой мир, Кейси, – тихо сказал он. – Весь мой мир. Кроме тебя, мне ничего не нужно.