– Так меня учил отец, – ответила Кейси. – В море я предпочитаю плавать именно этим стилем. Мне кажется, я бросаю вызов морю.

Алекс улыбнулся.

– Тогда у нас все же есть нечто общее. У меня дом на Барбадосе, и там я заплываю далеко в бухту, иногда даже плыву к соседней, а это больше мили.

– Дом на Барбадосе? И дом в Лондоне?

– Боюсь, что да. И еще один в Суссексе, недалеко от Чичестера.

– Боже! Алекс, ты, наверное, сказочно богат!.. – изумилась Кейси.

– Я очень много работал, чтобы достичь этого. И у меня очень умный консультант по размещению капитала. – Он вдруг смутился. – Но дом в Суссексе достался мне в наследство от крестной, его я не покупал.

– Ты не обязан оправдываться передо мной в том, как ты живешь. – Кейси подняла взгляд, когда официант поставил на стол первые блюда. – Я не сужу о людях по их достатку. Папа часто был недоволен тем, что мальчики испорчены материальными благами, он был в некотором роде социалистом или очень близок к ним. Наверное, был. А у меня, боюсь, нет собственных политических взглядов.

– Неужели? У такой прекрасно образованной женщины, как ты?

– Это делает меня более приемлемой? – с вызовом спросила Кейси. – То, что я ходила некоторое время в частную школу?

– Конечно, нет! Не говори глупостей, Кейси. Если откровенно, то я очень уважаю тебя за то, что ты так много работала в школе. Больше, вероятно, чем я; я предпочитал спортивные площадки классным комнатам.

– Ну, тебе это было не нужно, – возразила Кейси.

– Кто теперь говорит как социалист? – пошутил он.

Кейси сунула в рот немного салата и стала задумчиво жевать.

– Я много работала в школе, а ты много работал после ее окончания, – заметила она. – Вероятно, это лучший сценарий, учитывая то, где ты сейчас и где я по сравнению с тобой. Догадываюсь, что умение писать эссе о достоинствах Джейн Остин и Шарлотты Бронте немногого стоит в мире, где делают деньги.

– Я заметил у тебя на тумбочке довольно умные книги.

– Вот как? А что ты еще заметил? – Ее голос стал заметно холоднее.

– Что ты спишь, свернувшись калачиком, как младенец, – улыбнулся Алекс. – И у тебя вверху на бедре родинка, вот здесь! – И он пальцем провел интимную линию.

– Алекс! – Кейси покраснела до слез при мысли о том, что он наблюдал за ней, пока она спала, наклонялся над ней, прикасался к ней. – Ты… ты не имел права!..

– Проверить, как ты себя чувствуешь? Убедиться, что с тобой все в порядке? Конечно, имел! Я страшно за тебя волновался.

– Я прекрасно себя чувствую, спасибо, – сказала Кейси. – И в следующий выходной собираюсь отправиться в пеший поход по Большому Каньону. Его легко можно совершить за один день.

– Черта с два! Кейси, ты это не серьезно. Это кольцевой маршрут длиной примерно в девятнадцать миль по Каньону. Все путеводители указывают, что опасно пытаться делать его за день, особенно по такой жаре!

– Вовсе нет – и я говорю совершенно серьезно, – возразила она. – Папе всегда хотелось пройти этот маршрут, но он так и не смог. Ты пытаешься мне запретить, Алекс? – Склонив голову к плечу, она с вызовом посмотрела ему прямо в глаза.

– А что толку? – вздохнул он. – Ладно, Кейси, если тебе необходимо идти, я пройду маршрут вместе с тобой. Для меня это тоже будет нелегкой задачей. Только в таком варианте я позволю тебе это сделать, милочка! Так что или так – или никак!

– Ты собираешься мне запрещать, да? – сказала Кейси. – Ведь предполагалось, что у нас перемирие.

– Если путешествие вместе с тобой по Каньону не является перемирием, то я не знаю, что же тогда им является! – Алекс доел свой хлеб и вытер масло с пальцев. – Из-за этой аварии мы изменили расписание. Решили снимать кадры с двумя машинами в Финиксе вместо Невады и вместо запланированного отдыха перегнать туда грузовики. Поэтому можем пойти в Каньон в пятницу, если хочешь. Или тебе больше хочется провести этот день в магазинах Лос-Анджелеса?

– Ни за что! Можешь отступить, если хочешь, но я не собираюсь.

Алекс тяжело вздохнул.

– И почему я не заставил их выбрать Бриджит? Тогда самым трудным физическим упражнением было бы махать вместо нее руками, чтобы у нее на ногтях высох лак.

– Да. И тебе не пришлось бы прикладывать таких усилий, чтобы затащить Бриджит к себе в постель, не так ли? А со мной это гораздо труднее!

– Не надо бросать мне подобный вызов, Кейси, – предупредил он со смехом. – Особенно посреди ресторана.

Кейси снова покраснела, внезапно поняв, что она только что сказала.

– Я не имела в виду… ох, Алекс… я не хотела сказать, что… я только…

Теперь он расхохотался.

– Ты хотела сказать, что мне придется много трудиться, чтобы завоевать тебя? Пусть будет так, Кейси. Если тебе этого хочется, ты это получишь!

Кейси улыбнулась ему, а потом опустила взгляд и сосредоточилась на своей тарелке.

– Думаю, что откажусь от десерта, – пробормотала она.

– Не надо менять тему разговора, – потребовал Алекс. – Ты действительно этого хочешь? Чтобы за тобой ухаживали?

– А разве не этого хочет большинство женщин? Твой стейк остынет, Алекс!

Алекс полагал, что она не сможет осилить заказанный ужин, но, к его изумлению, Кейси наслаждалась каждым глотком, каждым кусочком и прикончила и ребрышки, и салат плюс громадную печеную картофелину со сметаной.

– Я знаю несколько ресторанов, которые были бы от тебя в восторге! – заметил он, когда официант наконец убрал их тарелки.

– Боюсь, у меня всегда здоровый аппетит, – призналась Кейси. – Наверное, это вина моей матери. Она постоянно что-то готовила и заставляла меня все съедать!

– Ты любила своих родителей, не так ли? – спросил Алекс.

– Очень! Наверное, потому, что была единственным ребенком, и довольно поздним. – Она прикусила губу. – Я скучаю по ним. Мама так гордилась бы моей теперешней работой. Она любила смотреть, когда я участвовала в школьных спектаклях.

– А я самый старший из четверых, – сказал Алекс. – У меня два брата и сестра.

– Не рассказывай, я сама… Школа с пансионом, пони и загородный дом? И наверное, дом приходского священника?

– Снова в тебе заговорил социалист, – запротестовал он.

– Но я ведь угадала?

– Нет, не угадала! Это был дом фермера, он и сейчас существует, и если хочешь знать, раз уж мы открываем друг другу душу, я ненавидел пансион. Ну, начальную школу, во всяком случае. И часто плакал в ванной, когда родители меня в ней оставляли.

– Не верю! Ты?

– Да, я!

– Некоторые мальчики в «Силвервуде» тоже плакали. Тогда мама приводила их в наш дом и варила им какао, – вспомнила Кейси.

– В таком случае я жалею, что не учился в «Силвервуде», – улыбнулся Алекс. – Как ты себя сейчас чувствуешь? Мы могли бы потанцевать в другом баре, если хочешь.

– Со мной все в порядке. – Тут Кейси заколебалась, поняв, что может означать танец с Алексом. – Если только танцы не слишком быстрые. Я не уверена, что справлюсь.

– Нет, будут обычные танцы, – заверил ее Алекс. – Попробуем?


Играла медленная музыка в стиле кантри и вестерн, и он привлек ее к себе. Они еле двигались на переполненной танцплощадке. Поскольку Кейси была в джинсах, ее ноги оказались в гораздо более тесной близости к его ногам, чем если бы она надела платье, и она со страхом ощущала, как прижимаются к ней его твердые бедра, ощущала его тепло, мерное биение его сердца у своей груди. Когда его руки ласково стали поглаживать ей спину, она задрожала и пожалела, что не надела лифчик. Но тогда было еще так жарко, что ей не хотелось надевать ничего лишнего, а теперь Алекс открыл для себя его отсутствие, прижав ее к себе. Постепенно вопреки своим благим намерениям Кейси начала расслабляться под его руками, и Алекс вздохнул от удовольствия, когда ему удалось прижаться щекой к ее щеке.

– Это лучше, чем ссориться? – прошептал он ей на ухо.

– Ммм… думаю, да. – В тесном кольце его рук, прижавшись к нему каждым дюймом тела, она чувствовала, как это тело предает ее, наслаждаясь каждым мгновением объятий. Кейси с ужасом почувствовала, что ее соски отвердели и упираются в его грудь и что Алекс это знает, – по тому, как эротично он терся о ее тело. Его пальцы переместились по ее спине вверх, двинулись по затылку и сомкнулись на подбородке, приподняв лицо вверх.

Целоваться с Алексом – совсем другое дело, чем с кем-либо другим, решила Кейси, когда его рот нашел ее губы. Тут, посреди танцевальной площадки, она забыла обо всем, кроме мужчины, который ее обнимал, и его губ; его поцелуй, казалось, проникал прямо ей в душу.

– Ну и ну! Кто бы мог подумать?

Алекс и Кейси в ужасе отпрянули друг от друга при виде Росса и Донны, которые в танце приблизились к ним в толпе. Это восклицание Росса прервало их мечтательную задумчивость.

– О, продолжайте, ребята! – с ухмылкой прибавил Росс. – Приятно видеть, что Алекс проявляет такую преданность долгу!

– Прекрати, Росс! – рявкнул Алекс. – Господи спаси, а остальные тоже здесь?

– Нет, успокойся! Я просто привел Донну выпить после напряженной ночной работы, – пожал плечами Росс.

– Слава Богу! – На лице Алекса отразилось облегчение. – Тогда присоединяйтесь к нам.

Кейси была поражена тем, что почувствовала себя обманутой, когда они вернулись в бар, где ужинали с Алексом. Неожиданно началась вечеринка; с Донной и Россом было очень весело, но все равно – в глубине души ей хотелось снова остаться с Алексом наедине. На этот раз он сел не напротив нее, как сделал раньше, а рядом, его рука небрежно лежала на спинке ее кресла – молчаливая демонстрация его прав на нее. Он не хотел отпускать ее потанцевать с Россом, когда тот ее пригласил, но Кейси спокойно настояла на своем, весело вскочила и оставила Алекса с Донной.

– Определенно, это достойно книги рекордов, – насмешливо сказал Росс. – Извини, что помешал вам обоим. Я же ни о чем не подозревал.