Провожу языком вокруг соска, пока Доминик запускает руки мне в волосы и сжимает пальцы в кулак. Он не принуждает меня, но показывает, что хочет, чтобы я продолжала ласкать языком его разгоряченную кожу.

Тепло перерастает в жар, сладость становится опьяняющей.

Когда я, дразня, нежно провожу языком вокруг его соска, слегка посасывая, слышу, как гулко стучит сердце Доминика. Его хватка в моих волосах усиливается, и он удерживает меня немного дольше там, где ему хочется. Касаясь моего подбородка, Доминик поднимает мое лицо и увлекает меня поцелуем. Его язык ласкает мой, а руки тянут вверх подол моей футболки.

Наш поцелуй ненадолго прерывается, когда он раздевает меня, бросая мою футболку рядом с его рубашкой, создавая тем самым кучу брошенной одежды.

Стою в трусиках и лифчике и гляжу вниз на свои отвратительные шрамы, светящиеся на бледной коже, которая уже окрасилась возбужденным румянцем.

- Не отводи глаз, - требует он.

Я киваю и снова смотрю ему в глаза.

Трясущимися пальцами, дотрагиваюсь до его груди, спускаясь по животу вниз, к пуговице джинсов.

Мои прикосновения не такие уверенные, как его, но мне удается расстегнуть пуговицу и молнию и стянуть с него джинсы.

Я хочу его.

Он нужен мне.

Мне нужно это.

Во мне нарастает необходимость стать ближе к нему, и я хочу большего.

- Мне надо почувствовать тебя, - говорю я срывающимся голосом.

Прикрытые глаза полны желания, плещущегося расплавленным облаком в темноте его страстного взгляда.

Доминик наклоняется, чтобы расстегнуть мой бюстгальтер и, вдруг, мне уже не хочется, чтобы он видел, какая я. Как только бюстгальтер снят, я прикрываю руками грудь и делаю шаг назад, не глядя на Доминика.

- Ты же не закрывалась от меня на пруду, и я не хочу, чтобы ты пряталась от меня теперь. То, что сейчас между нами, прекрасно, как и женщина передо мной.

Меня трясет, дыхание выходит быстрым и неровным, но по другой причине. Ему не понравится увиденное. Одна из моих грудей пострадала сильнее, она полностью покрыта шрамами. Все мое тело покрыто порезами и отметинами.

- Пожалуйста, - шепчет он. - Позволь мне увидеть тебя.

Я стою, словно корнями приросла к месту, слезы катятся, а в ушах, откуда-то из глубины, звучит эхом барабанная дробь.

Опускаю вниз руки и впервые позволяю Доминику увидеть мои шрамы и все мое уродство.

- Совершенна, - нежно бормочет он, достаточно громко, чтобы я услышала его.

Спокойными, размеренными движениями, Доминик поднимает руки, чтобы дотронуться до моей груди. Держа в каждой ладони по груди, он сжимает руки вокруг них и нежно мнет своими прохладными пальцами.

- Просто совершенна, - низким голосом повторяет он.

По моей щеке скатывается слеза.

Он действительно любит меня. Иначе он бы ушел в ту же самую минуту, когда увидел меня без защищающих доспехов. Одежды, защищающей меня, словно доспехи.

- Я люблю тебя, - заявляет Доминик и берет в теплые ладони мое лицо, пристально глядя в глаза. - Можно? - спрашивает он, скользя руками вниз, к моим трусикам.

Не смея отвести от него взгляда, киваю.

Улыбаясь, Доминик запускает большие пальцы за резинку трусиков и тянет их вниз по ногам. Потом быстро проделывает то же самое со своими боксерами. Глядя вниз, я встречаю большой, восхитительный и определенно эрегированный член.

Ух ты.

- Пойдем. - Доминик протягивает руку и ведет меня к нашей постели. Я ложусь и протягиваю ему свою.

Доминик залазит на кровать, и мои ноги бессовестно раскрываются, чтобы принять его тело.

- Держи глаза открытыми и все время смотри на меня. Не отводи взгляда и не закрывай глаз.

- Хорошо, - говорю я.

- Детка, разреши мне боготворить твоё тело. Позволь любить твою душу. - Доминик целует меня с такой нежностью, а затем проводит влажными губами и языком дорожку до подбородка, покусывая и посасывая воспаленную кожу.

Когда достигает ключицы, потирает вершины грудей, а потом спускается к соску. Щекочет его языком и посасывает, передвигаясь на другую сторону, дразня своим горячим языком изуродованную кожу.

Как только мое тело реагирует на его чувствительные прикосновения, разум отключается. Дыхание ускоряется, кожа горит, и я чувствую растущее возбуждение, пока с нетерпением жду, когда он опустится ниже.

- С тобой все в порядке? - спрашивает Доминик, нежно прикусив мою верхнюю губу и всосав ее в рот.

- Со мной все прекрасно, - стону я, пока его рот танцует страстный танец с моими губами.

- Чувствуешь меня?

Его возбужденный член у самого моего входа, готовый ворваться внутрь.

- Я чувствую тебя. - Я хочу почувствовать больше.

- Продолжай смотреть на меня, - шепчет он.

- Хорошо.

- Не отводи от меня глаз, детка, мне необходимо быть уверенным, что ты в порядке.

- Так и есть, даже лучше - уверяю его я, улыбаясь.

- Если хочешь, я могу остановиться, - говорит он, снова предоставляя мне возможность отступить.

- Пожалуйста, не останавливайся. Люби меня.

Нежно улыбнувшись, он глубоко и страстно целует меня.

Доминик проталкивает кончик своего члена внутрь и останавливается, позволяя моему влагалищу привыкнуть к его размеру. Продолжая целовать меня, толкается дальше.

Я делаю глубокий вдох у его губ. Немного щекотно и чуточку жжет. Закрыв глаза, пытаюсь сконцентрироваться на переполняющих меня ощущениях. Нет ужасных ощущений и боли, лишь слегка неудобно. Но я полностью принимаю его, и дискомфорт исчезает, оставляя чувство тепла и наполненности.

- Открой глаза, чтобы я мог понять, когда остановиться.

- Все отлично, я просто привыкаю к тебе.

Доминик толкается дальше, и мои ноги открываются шире. Он переплетает пальцы наших рук, лежащих по обе стороны от моей головы, а губы не оставляют моих. Он растягивает меня, и я обхватываю его, мы словно созданы друг для друга.

Он входит на всю длину, и я тихонько стону. Доминик продолжает целовать меня, и его рот поглощает мой всхлип. Мое дыхание становится его, его вдох сливается с моим. Прямо сейчас мы единая душа. Соединенные вместе, движущиеся в унисон, влюбленные.

Отпустив мои руки, он переносит вес на локти; лицо Доминика невероятно близко к моему.

Он начинает двигаться, и моя собственная влажность покрывает его член, который с легкостью скользит туда-сюда. Пока бедра Доминика не находят устойчивый ритм, его движения настолько медленные, похожие на пытку.

Мои ногти царапают спину Доминика сверху вниз, и я отдаюсь новым, неизведанным ощущениям.

Мое тело сдается ему. Он владеет мной. Каждой частью меня. Разум. Тело. Дух. Все принадлежит ему.

Удовольствие в моем животе усиливается. Сердце стучит в восторге. Горячая кровь неистовствует в невыносимой жажде большего.

Он восхищает меня сильными ритмичными ударами бедер. Я приподнимаю свои над кроватью, и Доминик нажимает на точку, которая невероятно увеличивает мое наслаждение.

Мое желание большего исчезает в дикой греховной необходимости.

- Больше, - стону я, подстраиваясь движениями бедер под темп Доминика.

Он крутит ими по кругу, пока я содрогаюсь под ним.

Ускоряется, и я сильнее трусь об него. Касание его лобка моего клитора подводит меня к краю.

Ни разу его темные, обжигающие глаза, не оставляют мои.

В животе развязывается тугой узел, посылая по всей коже восхитительные волны удовольствия.

Я дышу быстро и глубоко. Пальцы ног начинает покалывать, и я наконец-то чувствую себя освобожденной.

Глубокими, тягучими движениями Доминик усиливает свои толчки.

Вена на его шее набухла, и я знаю, что ожидая меня, он сдерживает свое высвобождение. Я уже близко, и чем быстрее становятся его толчки, тем сильнее мне хочется отпустить все это.

- Я так сильно люблю тебя, - голос Доминика напряжен.

Он врезается быстрее. Теперь примитивная жажда кончить поглощает все остальные эмоции.

Наши тела так близки, ведут один на двоих страстный диалог, разговаривая без слов. Поглощенные любовью.

Я широко открываю рот, чтобы глотнуть воздуха. Доминик наклоняется и целует меня. Его язык командует и подчиняет меня. Его тело требует полного обладания.

Наконец, меня накрывает, и я вскрикиваю. Мое тело дрожит под Домиником. Он сильно врывается в меня и крепко прижимает к своему сильному, потному телу.

Рычит в мой рот, останавливаясь, и я знаю, что только что он кончил внутри меня.

Доминик остается во мне, нежно подрагивая, и долго-долго целует, наполняя любовью. Я ощущаю насыщенную, всепоглощающую связь между нами. Раньше я никогда ничего подобного не чувствовала.

Выходя из меня, он ложится на спину рядом, протянув руку и притягивая меня.

- Доминик, спасибо. Я боялась снова заниматься сексом. А ты сделал для меня все это волшебным.

- Детка, это был не просто секс. Это гораздо больше. Мы стали единым целым.

Он тоже ощутил это. Любовь, которую мы разделили. Доминик теперь полностью владеет мною, как и я им. Он уже произносил эти слова раньше, но только теперь я по-настоящему прочувствовала их.

Я встаю и иду в ванную, освежиться. Доминик идет в гостевую ванную. Когда мы возвращаемся в кровать, я уверенно лежу в его руках и все время прокручиваю в уме его слова.

- Я люблю тебя, - говорю я, зевая, совершенно счастливая и удовлетворенная.

- Ты сделала мне подарок, когда впервые призналась в своих чувствах, а теперь подарила мне кое-что, что я буду беречь до самой смерти. Ты отдала мне своё сердце, свою душу и свое тело, - отвечает он.

Закрывая глаза, я улыбаюсь.

Но перед этим слышу, как Доминик тихонько похрапывает, и мое собственное дыхание выравнивается.

И вдруг меня озаряет. Вот она я, прижимаюсь к боку возлюбленного и своего прекрасного партнера. Я преодолела препятствия и, расправив крылья, лечу ввысь.