– Я же тебя люблю… и всегда любил… но жена, она такая ранимая, я не мог ее просто бросить. Но теперь все кончено, мы разводимся. Ну, прости меня, а… любимая, – нежный, как прикосновение бабочки, поцелуй коснулся сомкнутых губ, скользнул по подбородку и спустился к открытой шее.

Вытянувшись в струну, Юлька прислушивалась к своим ощущениям, пытаясь отыскать в душе хоть каплю вдребезги разбитой любви. Ни-че-го. То есть, совсем ничего. Ни капли, ни просвета, ни крохотной искры. Только все отчетливее звучит в ушах искренний смех… все яснее встает перед глазами широкоплечая фигура, и укоризненный зелено-карий взгляд как будто просит – ну же, оттолкни… зачем он тебе, если есть я? И не важно, что это лишь воображение… важно то, что вместо нежности и забытого желания в Юлькиной груди вспыхнуло внезапное отвращение, заставившее девушку со всей силы толкнуть Андрея в грудь, вырываясь из душного плена.

– Убирайся! – вытерев рот тыльной стороной ладони, Юлька брезгливо спрятала руки за спину.

– Пожалеешь, – приподняв верхнюю губу в презрительной усмешке, бывший любовник направился к двери, – только поздно будет.

– Никогда! – шепнув в удаляющуюся спину яростное обещание, Юля захлопнула дверь.

Прижавшись лбом к шершавой стене, девушка немного постояла, приходя в себя, а потом… беззаботно распевая незатейливую мелодию, снова взялась за тряпку.


Егор появился не один, а вместе с Олегом.

Пока мужчины что-то обсуждали вдали от женских ушек, Юлька успела накрыть на стол.

– Ого! По какому случаю праздник? – округлил глаза Олег, первым появившийся в кухне.

– Да так, есть повод. – Подумав мгновение, девушка выпалила, – Андрей приходил.

– Вот как? – прищурившись, мужчина по-новому оглядел цветастую скатерть, уставленную блюдцами, тарелочками и салатницами, и грустно усмехнулся. – Не думал, что у него хватит наглости заявиться после всего, что он сделал. Вижу, ты уже знаешь?

– Про развод? Да, – вопреки ожиданиям Олега, Юлька не сверкнула на него радостно сияющими глазищами, а улыбнулась с таким холодом, что он невольно поежился. – И про развод сказал, и про то, что меня любит, упомянуть не забыл…

– И ты поверила? – с непонятным выражением протянул мужчина. – Оксана ушла, потому что поймала его с другой… в собственной спальне. А ты – удобный вариант, чтобы жить так, как он привык.

– Олежка, – подойдя к другу вплотную, Юлька взъерошила отросшие в мелкие волны волосы и со смехом чмокнула друга в нос, – неужели, ты меня такой дурой считаешь? Визит Андрея помог мне понять одну очень-очень важную вещь – он не стоит моих слез и воспоминаний. Было. Но прошло. И поэтому сегодня праздник – я избавилась от последних иллюзий. Все-все, марш руки мыть!

Порывисто стиснув смеющуюся девушку в крепких объятиях, Олег вернул ей поцелуй и пошел в ванную, прихватив по дороге освободившегося Егора. А Юлька, поспешно натянув толстые рукавички, открыла духовку и вынула запеченный до золотистой корочки мясной рулет, обложенный молодым южным картофелем…


И снова закружили июльские дни…

Назойливый преследователь, как в воду канувший после памятной поездки в магазин, так и не объявился, и Юлька все чаще задумывалась, как долго еще Егор будет продолжать играть ненужную роль телохранителя. За прошедшие недели их отношения так и не вышли из рамок «клиент-исполнитель», и девушка смирилась.

Маруська с Денисом, время от времени заходившие проведать подругу, наконец-то решились и подали заявление в ЗАГС, Олег познакомился с родителями Дарьяны, пришелся ко двору и теперь разрывался между работой, любимой девушкой, заканчивающей обучение на факультете журналистики в главном ВУЗе города, и Юлькой, которую, не смотря на постоянную охрану Беркутова, продолжал опекать на правах лучшего друга.

Егор, не веривший в то, что неизвестный исчез окончательно, продолжал отрабатывать с подопечной приемы самообороны, со строгостью армейского сержанта следя за ее успехами и физической формой. Которая, к слову сказать, все больше радовала и саму девушку.

И все же Юлька тосковала.

Ей не хватало того ощущения нужности, которое дарила ей любимая работа. Посоветовавшись с собственной Тенью, как в шутку стала называть Егора, она разослала резюме по частным клиникам своего района, надеясь на скорый ответ.


– Юль, мне нужно уехать.

– Оторвавшись от книги, в которую безуспешно пыталась вчитаться уже второй час, Юля вопросительно посмотрела на Егора:

– Что-то важное?

– В моей профессии по-иному не бывает. Но это не связано с твоим делом. Шеф попросил кое-что проверить по текущему расследованию коллеги, сам он уехал, поэтому отдуваться мне. Ты как, справишься?

– Конечно, – Юлька улыбнулась, – не волнуйся.

– Если что, звони, хорошо? – в глазах Беркутова промелькнуло беспокойство.

– Егор, он не появлялся почти месяц, ты зря переживаешь. Я вообще не понимаю, почему ты все еще со мной возишься.

– Боюсь, Селиванов думает так же, – Егор с досадой качнул головой. – Ничего, ни одной зацепки. Все поиски среди тех, кто попал в твой список, ничего не дали, и мы все еще не знаем, кто и зачем преследовал тебя.

– Может, ему надоело? Или нашел себе другую жертву?

– С одной стороны, тогда твоя жизнь наладится, а с другой… не добравшись до тебя, он может отыграться на ком-то еще. И как это будет… Я бывший опер, Юль, и знаю, к чему может привести его одержимость.

– Будем надеяться на лучшее? – склонив голову к плечу, Юля задумчиво прикусила губу.

– Будем. Ладно, я поехал.

– Когда тебя ждать?

– Если ничего не изменится, то к утру.

– До встречи, – махнув сыскарю рукой, Юлька, чтобы скрыть невольное разочарование, вновь уткнулась в шуршащие страницы.

Звонок раздался ближе к обеду, когда девушка, устав от бесплодных попыток отвлечься, взялась за отложенную на неопределенный срок глажку.

– Да?.. Да-да, это я… Сегодня?.. Конечно, смогу… Хорошо, к шести буду у вас… Пишу, – схватив ручку, Юлька прямо на ладошке нацарапала продиктованный собеседником адрес и, попрощавшись, нажала отбой.

Настенное зеркало безжалостно отразило сияющие радостью глаза, и девушка тихонько рассмеялась – будущее начало обретать ясные очертания…


Невысокое, белоснежное здание, со вкусом отделанное кораллово-розоватой плиткой, утопало в густой тени раскидистых вязов. Тихий, огороженный кованым забором двор примыкал к стекольно-прозрачному фасаду с низеньким крыльцом, по обеим сторонам которого в треугольных трёхъярусных клумбах буйно цвели разноцветные петуньи. Легкие, колышущиеся от залетающего сквозняка, персиковые шторы придавали почти домашний уют.

Приоткрыв застекленную дверь, Юлька проскользнула в прохладный холл.

– Здравствуйте, – из-за стойки администратора поднялся и поспешил навстречу девушке улыбчивый молодой человек в форме медбрата. – Вы, наверное, Юлия Дмитриевна? Алла Владимировна вас ждет, я провожу.

Кивнув, Юля с интересом оглядела светлое помещение с удобными кожаными диванчиками и небольшими круглыми столиками и поспешила за провожатым.

– Вы не смотрите, что сейчас так пусто, просто в пятницу приемный день сокращен на час. Поэтому вас и позвали к вечеру, чтобы спокойно все показать. Вы же у нас будете работать?

– Не знаю. Сначала нужно поговорить с руководителем, обсудить детали.

– Вам у нас обязательно понравится! – ведя гостью по длинному, освещенному лампами дневного света коридору, убежденно заявил парень.

– Хорошо, я подумаю, – не выдержав, рассмеялась Юлька.

– А мы уже пришли, – останавливаясь напротив приоткрытой двери, он просунул голову в кабинет, – Алла Владимировна, тут к вам пришли. Проходите, – посторонившись, молодой человек пропустил Юлю во владения главврача и незаметно ушел.

– Добрый вечер, – приглашающе махнув рукой, улыбнулась немолодая, чуть полноватая женщина, не вставая из-за стола, – Юлия Дмитриевна Вересова, я ведь не ошиблась?

– Здравствуйте. Да, мы разговаривали с вами днем.

– Что ж, рада, что вы настолько пунктуальны. Давайте для начала немного познакомимся, а после осмотрим клинику, хорошо? Я главврач этого замечательного лечебного учреждения, Горелова Алла Владимировна, буду вашим непосредственным начальником.

– Звучит так, как будто вы уже приняли решение взять меня на работу, – немного удивленно посмотрела на нее Юлька.

– У вас блестящие рекомендации, к тому же я лично знаю как минимум двоих человек, которые отзывались о вас как о весьма добросовестном и высококвалифицированном специалисте. Наш центр весьма заинтересован в тех, кто готов не просто отрабатывать зарплату врача, но и по-настоящему заботиться о своих пациентах.

– Мне очень приятно слышать столь лестную оценку, – смутилась Юлька, – надеюсь, что вы не разочаруетесь.

– Юлия Дмитриевна..

– Можно просто Юля.

– Хорошо. Юля, если не секрет, почему вы уволились из больницы? Насколько я знаю, вас и там высоко ценили.

– Скажем так… немного не сошлась с новым начальником во мнении, связанном с дополнительными обязанностями в свободное от работы время.

– Вот как, – проницательный взгляд Гореловой прошелся по стройной фигурке девушки и вновь вернулся к привлекательному личику. В темно-серых глазах главврача мелькнуло презрение к незнакомому коллеге, а губы уже сложились в сочувствующую гримасу, – к счастью, у нас коллектив преимущественно женский, и вам с этой стороны ничего не грозит. Немногие мужчины, работающие в клинике, глубоко порядочные люди, ручаюсь, что никто из них не доставит вам неприятностей.

– Рада слышать, – Юлька с облегчением улыбнулась.

– Оставим формальности на завтра – если вы, конечно, решите принять мое предложение – а пока идемте, посмотрим, где вам предстоит работать…


… «Егор, не смогла до тебя дозвониться. Олег тоже недоступен, Маруська с Денисом у родителей в деревне. Мне позвонили из клиники, предложили работу. К шести часам еду на собеседование. Обещаю, буду осторожна. На всякий случай высылаю адрес…», – прочитав прорвавшееся сквозь то и дело теряющуюся связь смс-сообщение, Беркутов чертыхнулся и, взглянув на часы – стрелки неумолимо показывали четверть восьмого – круто развернул машину…