– Долой сухие трусики!

– Нет сухим трусам!

– Только мокрые бикини! Только влажные киски!

Зажмурилась, протискиваясь к воротам, как вдруг меня одновременно подхватили несколько парней.

– ЭЙ, ОТВАЛИТЕ! НЕ ТРОГАЙТЕ МЕНЯ! Я ЗАСАЖУ ВАС ЗА РЕШЕТКУ!

– Извини, милочка, но у нас распоряжение Гвидона – ни одна девчонка не уйдет с вечеринки в сухих трусиках! – с этими словами меня опустили в бассейн, до краев наполненный склизким розовым желе.

– УРОДЫ! – попыталась подползти к краю, но ни черта не вышло – кто-то вцепился в горловину пижамного топа, утягивая назад.

Я изумленно раскрыла рот, обнаружив ту самую полуголую шлюху, которая несколько минут назад сидела у хозяина содома на коленях.

– Ух, какая дерзкая кошечка! А ты мне понравилась… Может, присоединишься к нам с Царем в спальне?! – обведя мою фигуру оценивающим взглядом, пережжённая брюнетка принялась играть со штангами в проколотых сосках.

Боже! Меня скрутило от отвращения. Тем временем вокруг бассейна образовалось столпотворение мужиков.

– Помогите мне вылезти! – взмолилась, пытаясь ухватиться за надувные края, но липкие пальцы то и дело соскальзывали. Это чертово желе было повсюду. Оно пропитало одежду, испачкало каждый сантиметр кожи и волосы. Хотелось кричать от бессилия, гнева и стыда. – Чего стоишь, как истукан?! Дай руку! – обратилась к татуированному парню у самого края.

– Я бы с радостью, но ни одна принцесса не уйдет сегодня в сухих трусиках, – пожал плечами качок. – Ты знала, куда шла.

– Мудак! – выставила средний палец, лихорадочно убирая липкие пряди за ухо.

– Итак, объявляем начало боя! Победительница получит право помыться под шлангом и уйти домой, а проигравшая должна будет три минуты прыгать на батуте топлес! Вы готовы, леди?! – ухмыльнулся Гвидон, размахивая рупором в воздухе.

– Я всегда готова, мой сладкий! – развязно облизнулась шлюшка.

– В чем смысл?! Она и так уже с голой грудью! – обескураженно выкрикнула в ответ, инстинктивно скрещивая ладони.

Мои щеки пылали от десятков похотливых взглядов, ноги уже еле держали, а спина покрылась испариной. Я чувствовала себя посмешищем, понятия не имея, как выбраться из западни.

– Да, но в случае проигрыша ты к ней присоединишься! ВЕДЬ ДВЕ ПАРЫ ГОЛЫХ СИСЕК ЛУЧШЕ, ЧЕМ ОДНА! ПАРНИ, ХОТИТЕ ПОСМОТРЕТЬ, КАК ЭТА КОШЕЧКА БУДЕТ ПРЫГАТЬ НА БАТУТЕ С ОБНАЖЕННЫМИ ПРЕЛЕСТЯМИ?! – не сводя с меня одичалого взгляда, хозяин дома продолжал провоцировать обкуренных гостей.

– Даешь еще одни сиськи!

– Эй, блонди, сними топ! Он и так весь промок!

– Я кончу тебе на сиськи!

– А в трусики желе уже попало?! Я хорошенько тебя вылижу…

Я стиснула зубы, сжимая кулаки, изумленно мотая головой по сторонам, пока они продолжали скандировать всякие мерзости.

Ахнула, теряя координацию в пространстве, потому что кусок желе угодил прямо в лицо…

– Г-О-О-О-Н-Г! – омерзительный голос Гвидона потонул в грохоте диджейского бита.

Я стремительно протерла глаза, отползая как можно дальше. Эта безумная уже неслась на меня, выставив когти. Пострадавшая нога мгновенно отреагировала тупой ноющей болью. Ничего, и на моем переулке перевернется «Мерседес» с Чупа-чупсами! В кошмарном сне видела, как буду прыгать перед обдолбанными уродами топлес. Выкусите!

Повернув корпус, я резко увернулась, так что девица с проколотыми сосками влетела в бортик. Под влиянием стресса начала действовать максимально сосредоточенно и эффективно. Изощренная кровожадная месть свершится чуть позже, а пока передо мной стояла задача номер один – выбраться из бассейна с клубничным желе! В голове сразу закружились образы уроков по самообороне, которые преподал мне брат несколько лет назад. Отключившись от реальности и стирая все лица вокруг, я сосредоточилась на своей сопернице, не обращая внимания на грязные реплики за спиной.

– Ты получишь, киска! – завизжала развратница, пытаясь утянуть меня за края пижамы на дно.

– Да пошла ты! – ловко уклонившись, я зарядила ей коленом в живот.

– А-а-а! – взвыла противница, распластавшись в желеобразной массе.

Судя по количеству спиртного в прямом и переносном смысле принятом ею на грудь, девица уже не контролировала свое тело и беспомощно барахталась. Но я вошла во вкус…

– Ещё раз меня тронешь… – хлестала обдолбанную шлюху по щекам, отчего в уголках глаз у неё проступили слёзы.

– Утихомирьте эту бешеную суку! Она меня убьет! – запрокинув голову, соперница хватала ртом воздух.

Занеся руку для очередного удара, я ахнула, когда чьи-то ладони сомкнулись на моей талии, а ноги оторвались от склизкого пола. Спустя мгновение я оказалась у Гвидона на плече.

– А ВОТ И НАША ПОБЕДИТЕЛЬНИЦА! КОШЕЧКУ СЕГОДНЯ ОЖИДАЕТ СУПЕРПРИЗ – ЭТО Я!

– Мудак! – зарядила ему кулаком между лопаток. – Отпусти-и-и! – орала, стараясь перекричать грохот музыки, но Гвидон, прижимаясь щекой к моему бедру, побежал в дальнюю неосвещенную часть двора.

– Бей меня, кричи, злись! Ни в чем себе не отказывай, детка! Ну же! – подонок резко снял меня с плеча, примирительно подняв руки над головой.

И меня не нужно было просить дважды. Не обращая внимания на больную ногу, налетела на него с кулаками, нещадно молотя широкую мускулистую грудь. Царев даже не пытался укрыться, по всей видимости, получая мазохистское наслаждение от побоев.

– Моральный урод! Думаешь, это смешно?! Смешно, по-твоему?! Ты хотел, чтобы я стала всеобщим посмешищем?! – замерла, заглядывая в его пылающие орехово-коричневые глаза, бесконтрольно проваливаясь в их глубину.

В них читалось желание наброситься. Царёв кусал губы, сдерживаясь из последних сил, потому что мы оба понимали – мне с ним не совладать!

Электрический ток пронесся по спине, на коже наэлектризовались волоски. От его одичалого взгляда на пару мгновений будто выключили звук. На заднем дворе остались лишь мы вдвоем, с обнаженными телами и чувствами.

– Я полностью контролировал ситуацию, – улыбнулся Гвидон, поднимая шланг с лужайки. – А теперь не мешало бы смыть с тебя остатки сладкого…

Взвизгнула, когда упругая прохладная струя ударила в грудь. Мокрая ткань топа облепила, как вторая кожа, прорисовывая все изгибы. После омерзительного желе чистая вода показалась райской благодатью, и на мгновение я даже задрала руки, подставляя лицо под импровизированный душ.

– Шут гороховый! – расчесывала слипшиеся волосы, пока потоки продолжали обрушиваться на мои расслабленные плечи. – Ты такой же пьяный и обкуренный, как и твои гости! И это ты называешь «под контролем»?! – зажмурилась, ощущая, как вместе с водой из шланга по телу разливается приятная теплота.

Соски затвердели, чувствительные нижние губки напряглись.

– Я не выпил ни грамма, потому что знал – ты придёшь, – процедил Гвидон, направляя струю прямиком мне между ног.

– Ай! – прикусила кончик языка, расчесывая пальцами спутанные пряди, ощущая нарастающую пульсацию внизу живота.

Ещё немного, и я начну задыхаться от удовольствия. Боже, что он творит?!

– Кира меня достала, но у меня есть правило – я не бью женщин. А вот ты отлично ей наваляла! – добавил, не сводя откровенного взгляда с моей напряженной груди, обтянутой влажной тканью, всё также удерживая шланг на уровне моих бедер.

– Полудурок! – невинно улыбнулась, стараясь не обращать внимания, как топорщатся его плавки.

– А ты вулкан, только сперва его надо разбудить, тогда мы увидим, какая взрывоопасная девчонка скрывается под фасадом внешнего спокойствия! – Грудь парня поднималась и опадала от частых поверхностных вздохов.

Гвидон задыхался, так крепко удерживая шланг в руках, что костяшки побелели. Скрестила ноги: клитор подергивался под натиском прохладных упругих струй, а по телу плавными кругами расползалось возбуждение.

Время обнулилось. Всё вокруг замерло. Впервые моя грудь наполнилась коктейлем дичайших нечеловеческих эмоций. Хлопала глазами, не в силах сдвинуться с места, пока сосед ласкал онемевшую промежность струёй из садового шланга. Шорты и трусики впились в онемевшие складочки, клитор налился горячей пульсирующей кровью, запуская по кровотоку запретные желания. Ноги дрожали, а щеки покрылись пунцовым румянцем.

Он знал, я вот-вот упаду на лужайку, сотрясаясь в оргазмических конвульсиях. Этот урод всё просчитал. Он видел меня насквозь, будто я сделана из стекла…

– Гвидон, быстрее сюда! Володька и Барт сейчас тут всё перепачкают в крови!

На лице хозяина дома моментально отразилось недовольство, стоило высокому худощавому парню появиться на заднем дворе.

– А без меня никак?! – выругался, продолжая буравить меня полыхающим взглядом орехово-карих глаз.

– Там все обкурились… Лучше помоги их разнять! Барт побежал за ножом…

– Бл*ть! – медленно положив шланг на землю, Гвидон еле слышно прошептал. – Сегодня ты уснешь на моей груди… – после чего направился в сторону бассейна.

Собравшись с силами, не обращая внимания на ногу, я посеменила к запасному входу. Прошлой осенью Агния очень кстати провела мне подробную экскурсию по особняку Царевых, и мне нужно было незамеченной пробраться в кухню.

К счастью, потасовка на лужайке привлекла внимание большинства гостей, поэтому мне удалось беспрепятственно добраться до бесконечного ряда одинаковых белоснежных шкафов.

– Так-так… Где здесь чертова мука?.. – хлопала дверцами в поисках необходимого. – Бинго! – мысленно поаплодировав себе, схватила початую упаковку, на этот раз разыскивая прозрачную фасовку. – Есть! – уголки губ приподнялись, стоило обнаружить в соседнем шкафу и её.

Быстро наполнив целлофановый пакет мукой, я засунула его под резинку трусов и, миновав просторную гостиную, выпорхнула во двор. Происходящее там напоминало кровавую баню: несколько парней катались по траве, а другие, в том числе Гвидон, пытались их разнять.

– Вот и славненько! – нервно хихикая, положила пакет с мукой под надувное кресло, а сама, стараясь не привлекать лишнего внимания, поспешила к воротам.