Сондрин молчала и смотрела на девушку, которая присела за их столик, вблизи она была просто восхитительной. Смотрела и не могла отвести взгляд, большое кольцо переливалось драгоценными камнями, в чистоте которых Сондрин четко уловила – бриллианты.

– Привет, Дора, я прилетел вчера и улетаю послезавтра, – он оторвал свой взгляд от Сондрин, вздохнул и перевел его на девушку. Ему помешали, отвлекли от того, чем он занимался, и всем своим видом показывал, что ему это не понравилось. – Прекрасно выглядишь, впрочем, как всегда.

– Ты улетаешь к себе? -Дора словно не замечала его недовольства и продолжила нападение.

–Да.

–И не пригласишь меня погостить в своей империи? – она протянула руку и накрыла его ладонь своей.

– А ты не боишься? -он с улыбкой посмотрел сначала на ладонь, а затем на нее. – Насколько я помню нашу с тобой последнюю встречу, ты плакала и просила тебя отпустить?

– Да, но… Прошло столько времени… – было видно, ей стало неловко.

– Время ничего не значит, только договоренности. Если ты хочешь все вернуть на старое место, напиши мне об этом, ты знаешь правила. Ведь ты их знаешь? – в этом месте он слегка повысил голос.

Сондрин увидела, как в этот момент с лица девушки сошла улыбка, Дора опустила глаза в стол и тихонько прошептала:

– Да, я знаю правила…

– И что ты должна была сделать? – было видно, что он просто издевался, унижая ее.

– Спросить разрешения.

– Правильно, – немного устало вздохнул и улыбнулся, разрядив обстановку. – Перестань, ты для меня просто знакомая, не будем о грустном. Я думаю, что ты составишь мне сегодня пару в танцах, я почему-то уверен, что моя спутница не сможет танцевать так, как танцуешь ты.

На лице девушки было высшее счастье.

– О, Кристофер, да! Тысячу раз да!

– Сондрин, вы потанцуете со мной? – спросил ради приличия, ведь только что публично уже отмел вариант танцевать с ней, но Сондрин была только признательна ему. Подергаться с девчонками на дискотеке конечно же можно, но она почему-то сразу поняла, что танцевать он будет совсем по-другому.

– Я думаю, что вы приняли правильное решение, я не составлю вам должной пары в танце

– Я очень хочу танцевать. Мы не закончили наш разговор, сегодня мы его еще продолжим. Я думаю, что Альфред не даст вам поскучать и заменит меня, чтобы вам не было так одиноко.

Он взял за руку Дору и они пошли на танцпол. Загремела музыка и Сондрин была просто поражена. То, как они начали танцевать, можно было сравнить с ураганом, но насколько же было все профессионально, было чувство, что она присутствует на конкурсе.

– Он обожает танцевать, в свое время серьезно этим увлекался. И Дора профессиональная танцовщица, он с ней когда-то для интереса выступал, добились больших успехов. Потом все-таки тяга к закону все стерла, но хобби осталось, он расслабляется танцами и сексом. Но секс более тяжелый случай для Кристофера, он слишком жесткий, – вздохнул, глядя на брата, и констатировал:

– С ним лучше танцевать.

Альфред подошел к столику и присел.

– Вы устали, Сондрин? Я смотрю, вам тяжеловато здесь, да и если честно, полчаса или даже минут 40, можете спокойно где-то отдохнуть, он пока не устанет, с танцпола не уйдет. Тем более, сегодня он порвал защиту вдребезги… надо же адреналин куда-то скинуть…

– Кто он?

– Кристофер кто? – он перевел взгляд с танцпола на девушку и улыбнулся.

–Да, Кристофер, кто он, чем он занимается? – она улыбнулась и отпила глоток вина. – Я, если честно, совсем не в курсе.

– Да, вы не в курсе, – он молча смотрел на нее, казалось бы, подбирая слова. – Он обвинитель здесь, а у себя – верховный судья. Представитель исполнительной власти.

Альфред перевел взгляд на своего брата, было видно что он гордится им: слишком умный, слишком успешный, слишком богатый и слишком циничный для своего возраста.

Сондрин вспомнила, как Кристофер говорил о том, что незнание закона не освобождает от ответственности. Понятно теперь, откуда эти фразы.

– Скажите, Альфред, можно ли куда-то уйти из этого зала?

– Можно пройти в библиотеку. Как вы к этому относитесь?

– Я очень люблю книги.

– Это то, что вам понравится, у меня шикарная библиотека. Я вас туда с удовольствием проведу. Мало кто хочет там побыть, в основном люди убегают сюда от скуки, а не наоборот.

– Но мне не бывает скучно с книгами, если честно, я устала.

– То ли еще будет, – он подмигнул и жестом пригласил следовать за ним.

Они спустились в нулевой уровень. Под домом была огромная библиотека, там хранилось просто неимоверное количество книг. Огромные стеллажи на которых покоились книги, все пронумерованы и промаркированы, тихонько жужжали вентиляторы. И запах… Этот неповторимый запах книг…

– Боже, такого количества книг я нигде не видела!

– Да, книги слабость нашей семьи, мы все любим на досуге почитать.

– Я смотрю на вас и на вашего брата, судя по всему, вы получили очень хорошее образование и вы занимаете не последнее положение в обществе. Почему вы тогда со мной так поступили?

Альфред посмотрел на нее и прикусил нижнюю губу.

– Задайте эти вопросы Кристоферу, хорошо? Вы не хотите чаю?

– Хочу… Можно я похожу пока здесь?

– Да, пожалуйста, я сейчас вернусь.

Огромная библиотека. Она ходила и поражалась насколько громко было наверху и какая тишина была здесь. Тихо воркотали вентиляторы, библиотека была в идеальном состоянии. Посреди всего периметра, внутри стеллажей, она отыскала уютную опушку, как ее назвал Альфред. Это были 4 больших кресла вокруг небольшого столика. Девушка взяла с полки Коэльо и открыла книгу, наверное не слишком подходящий выбор – сейчас нужно что-то легкое, а не умное. Да и нужно ли что-то вообще? Нужно просто расставить события по полочкам в голове, сейчас бы на беговую дорожку, там быстро все приводится в порядок.

На опушку вошел Альфред, а следом за ним официант с подносом, на котором были сладости, немного закусок и фарфоровый чайник.

– Я сам разолью, ступай.

Официант поставил чайник, а Альфред взял пульт и включил музыку, она полилась откуда-то с потолка. Высокое сопрано выплетало кружева классической итальянской оперы.

– Вы ничего не хотите у меня спросить, Сондрин? – Альфред разливал чай и беседовал.

– Нет, ничего, – она немного растерялась. Если человек задает вопрос такого характера, скорее всего, он хочет чтобы его о чем-то спросили.

– Сделайте это пока я спрашиваю, – его тонкие пальцы изящно изогнулись, разливая чай.

Она видела, что этот мужчина был совсем не таким, каким хотел казаться, его напускная забота была не совсем искренней, она это хорошо видела. Но также она видела, что он испытывал чувство вины за то, что был косвенно причастен к тому, что сейчас происходило, и, в отличии от нее, он знал к чему все шло и какими могут быть последствия.

– Потому что позже я не отвечу на ваши вопросы, этим я хочу загладить вину за то, что я тогда с вами так поступил…

– О чем я должна спросить? О Кристофере?

– О чем хотите, сейчас я могу ответить практически на все вопросы или могу дать несколько советов, выбирайте, что бы вы хотели?

– Я не знаю о чем спрашивать, но советы я бы послушала… Если можно, конечно.

– Правильное решение, у нас есть совсем немного времени.

В это время в комнату вошел Кристофер.

– Как у вас здесь хорошо, тихо и мирно, прекрасное место чтобы продолжить следующий этап моего вечера, – он был уставшим, расслабленным и довольным.

–Где твоя попутчица?

– Дора… Я устал от нее, – он снял пиджак и бросил его в одно из кресел. – Обожаю классику, у тебя божественная музыка.

– Да, я знаю твои предпочтения. Что ж, с Вами, Сондрин, мы еще поговорим, а пока мне нужно к гостям, – Альфред еще раз взглянул на брата, вздохнул и, развернувшись, скрылся среди стеллажей с книгами.

Музыка изменилась, в динамиках звучал голос мужчины, без музыки просто звучала песня: низкий голос на фоне звуков шагов.

– Это «Песня ангела» в исполнении Бенедикта. Он гениальный актер.

– Не знаю, – она немного смутилась и нервничала, оставшись с ним наедине.

Он подошел.

– Я устал, но у меня прекрасное настроение и я хочу целоваться, – стоял возле ее кресла и смотрел на девушку сверху вниз. – Мы не договорили там, за столиком, ты целовалась со своим другом – лаборантом?

– Нет, – она сказала это, выдохнув нервное напряжение.

Девушка подняла глаза и посмотрела на него.

– Я не целовалась с ним, мы друзья не более того, возможно, он мной немного сильнее увлечен чем я…

Он услышал то, что хотел , больше ему не нужно было ничего. Кристофер отвернулся и начал читать что-то, он погружал ее в сказку, красивая история « Ода соловью». Его голос звучал то чуть выше, то совсем глухо, посылая ей каскады электронов, которые врезались в кожу и неслись по крови зажигая ее. Он поднял ее с кресла и, взяв за руку, поставил в центре комнаты. Конец своего повествования он почти прошептал ей в ухо, стоя за спиной и она почувствовала, как его руки держали ее за запястья. Стоял сзади и, наклонившись, аккуратно терся о ее висок губами, не целовал просто водил, опускаясь к шее; он вдыхал ее запах и растворялся в нем. Сондрин хотела отойти, немного стушевалась от такого старта, но он взял ее чуть выше локтей и не позволял.

– Нет… Я не разрешал… Я хочу целовать тебя, об этом я говорил в самом начале, не мешай мне, я ничего от тебя не требую сегодня, я хочу получать удовольствие от того, что я озвучил, не более.

Он оставил ее и отошел , вздохнул, затем посмотрел на нее:

– Сондрин, я хочу внести ясность в наши отношения, за один раз я все объясню. Я не имею привычки менять манеру поведения. О том, что я собираюсь делать вечером или в определенный промежуток времени, я обычно сообщаю своей спутнице и никогда, подчеркиваю, никогда не меняю планов, ну, может быть, крайние обстоятельства. Так вот, если сегодня я сказал что хочу целоваться, значит буду просто целоваться и хочу чтоб ты не напрягалась, я не стану делать чего-то еще, только то о чем говорил. И мне не нравится когда ты напрягаешься или замираешь, отрезаясь от эмоций. Главное видеть и чувствовать твои эмоции, от них я завожусь, по ним я читаю тебя. Я не зайду дальше того, что обозначил в беседе ранее, не бойся.