– Все когда-то случается впервые. Ты должен сделать выводы из этого урока.

– У меня впереди целая жизнь, чтобы делать выводы. Особенно, когда она встретит какую-то смазливую мордашку и это ушлепок будет воспитывать моего ребенка, – Джексон начал представлять, что будет, когда они с Рейной станут жить по отдельности.

– Бедный мой мальчик. Не изводи себя. Я поговорю с ней.

– Вряд ли она к тебе прислушается. Ты вроде как моя бабушка, а значит не можешь быть беспристрастной.

– Зато я умею говорить от чистого сердца. Однажды я забыла об этом и упустила свою девочку. Больше подобной ошибки я не повторю.

Роза забрала у внука стакан, отставила его в сторону, а затем потрепала Джексона по волосам.

– Позволь мне вмешаться, – попросила она.

– А что? Попробуй. Хуже все равно не будет.

– Только пообещай больше не пить.

– Ба! – возмутился Джекс. – Я давно не ребенок.

– А ведешь себя так словно им остался, – улыбнулась женщина.

– Я прослежу за ним, дорогая, – подал голос Сейн. – Иди к нашей строптивице, а то эта угнетающая атмосфера в доме сводит меня с ума.

Роза прищурилась, бросив подозрительный взгляд на мужа.

– Хорошо, доверяю его тебе.

Мужчина дождался, пока супруга не покинула комнату, а потом подмигнул внуку:

– Для меня бокал найдется?

– Дед, ну ты даешь, – хмыкнул Джекс, поднимаясь с кресла, чтобы открыть бар и налить мужчине порцию.

Янтарная жидкость полилась в прозрачную емкость, два кусочка льда плюхнулись следом, после чего парень протянул Сейну наполненный алкоголем бокал.

– Ба меня убьет, если узнает, – предупредил Джекс.

– Меня, кстати, тоже. Так что мы в равных условиях.

– Это вряд ли. Ты свою женщину завоевал, а я только все испортил, – делая очередной глоток, пожалился внук.

– Ты думаешь, это было просто? – смешок слетел с губ Сейна. – Я, как и ты, наделал много ошибок, но не сдался. В тебе течет моя кровь, хоть в ней и есть грязная примесь твоего отца, ты в первую очередь – мой внук, поэтому снова и снова будешь добиваться Рейну, пока она не простит тебя.

– Но она права. Я знал, что делал, когда использовал ее, – признался Джексон, – И поступил бы так снова.

– Ярость плохой советчик, а ты слишком долго ее слушал. Я рад, что ты и отпустил это гнилое чувство и приехал к нам. Давно нужно было убедить тебя это сделать.

– Тогда бы я не встретил ее, – констатировал парень.

– Значит, все идет своим чередом. Подожди, я уверен, твоя бабушка сможет достучаться до Рейны, а когда это случится, сделай все правильно. Не упусти свой шанс.

– Я постараюсь, – с твердостью в голосе пообещал Джекс.

В это время Роза тихонько постучала в спальню девушки.

– Да?

– Рейна, мы можем поговорить, – обратилась она к ней, проходя внутрь.

– Да, конечно, – улыбнулась девушка, но ее улыбка тут же увяла, когда женщина пояснила:

– О Джексоне и тебе.

– У нас все хорошо, – быстро ответила Рейна, отводя взгляд.

– Я же не слепая. Вижу, что это не так.

– Пожалуйста, не надо…

– Я не вмешалась в судьбу своей дочери и она закончилась трагично. Прошу, не дай мне совершить ту же ошибку. Выслушай меня.

На глазах Розы навернулись слезы. Девушка не могла им противостоять. Закусив губу, она кивнула согласием, хотя знала, что этот разговор сильно потревожит ее израненное сердце. Итак она все время находилась в сомнениях по поводу Джексона и их будущего. Принять решение было тяжело. Ко всем ее чувствам еще додавался тот факт, что у них будет совместный ребенок, потому, это несомненно свяжет их на всю жизнь, несмотря на личные отношения.

– Не позволяй гордости руководить собой. Когда-то мы с мужем были слишком горды, чтобы узнать, как там наша сбежавшая дочь. Она же в это время жила с мужем-тираном, страдая изо дня в день. Душевные муки развились в болезнь, которая привела к ее гибели. Столько лет прошло, а мне все еще не верится, что моя светлая девочка наложила на себя руки, – Роза задрожала.

Эмоции, захватившие женщину, скручивали ее душу в тугой узел, но она снова должна была пережить свои страдания, надеясь, что это поможет молодым людям снова найти дорогу друг к другу.

– Моя дочь была слабой, – с трудом выговорила женщина. – Она не смогла вырваться, не обратилась за помощью ни к специалистам, ни к нам – ее родителям. Она выбрала самый эгоистичный путь, тем самым оставив своего ребенка расти в гневе и ярости. К счастью, Джексон сильнее ее. Да, он натворил кучу ошибок, но все же сумел переступить сжигающую его ненависть и приехал к нам. Главное, он привез тебя, представил нам и пытается отречься от прошлого, чтобы жить нормальной жизнью. Мой внук не умеет должным образом проявлять свои чувства, потому что у него не было того, кто бы научил его этому. Теперь у него есть ты и ваш будущий малыш. Не лишай Джексона смысла его существования.

– Роза…

– Ты можешь сейчас позволить своей обиде и гордости руководить собой, – продолжила женщина. – Уйти. Строить жизнь заново. Но что будет через год, два и десять? Не пожалеешь ли ты, что не попыталась наладить ваши отношения, ведь если ты его любишь так сильно, и, как я вижу, это чувство останется с тобой навсегда. Толлько представь – проживать каждый день, любя его, но не иметь возможности сказать об этом. Понимаешь ли ты, насколько это будет больно? Несмотря на то, что ребенок навсегда объединит вас, часть вас станет чужой друг другу.

– Я боюсь, – смахивая рукой текущие по щекам слезы, призналась Рейна.

Она не желала плакать, но эмоций было слишком много.

– Здесь вам никто и ничто не мешает начать ваши отношения заново. Ненависть осталась там, – Роза махнула рукой в сторону. – Пусть этот его поступок будет последней оплошностью. Послушай умудренную жизнью женщину. За свои ошибки я заплатила самым ценным. Я потеряла дочь и не видела, как растет мой внук, но каждый день я молилась, что Бог пошлет ему ангела, который приведет его к нам и тогда Джексон встретил тебя.

Рейна уже откровенно плакала. Всхлипывая покрасневшим носом, она сжимала руки этой прекрасной женщины и не знала, что сказать. Ее слова прошли сквозь стену отчуждения, которую возвела вокруг своего сердца девушка, всколыхнули убежденность в своей правоте и приглушили обиду. Что их ждет дальше, если она не простит, ведь скоро у них появится совместный ребенок? Она сама росла без отца, каждый день мечтая о нормальной семье. Неужели и своего малыша обречет такую жизнь из-за собственной обиды?

– Мой мальчик ничего не ест, – грустным голосом продолжила Роза. – Он осунулся, перестал походить на себя. Такое чувство, что внутри него не осталось ничего. Ни ярости, ни жизненной энергии. Мне больно смотреть, как вы разрушаете свои отношения, а я ведь так надеялась, что в этот дом вернулась радость.

Женщина отвернулась, вытирая собственные слезы. Рейна понимала, что она права. Тактика, которую девушка выбрала в своих отношениях с Джексоном вела их в никуда. Это пропасть, и если Рейна продолжит, то она только увеличится.

– Вы правы. Нам нужно поговорить. Так не может продолжаться, – приняла решение девушка..

– Вне зависимости от твоего решения, ты – наша семья, как и Джексон. Не забывай об этом.

– Спасибо вам. Спасибо, – сквозь душившие ее рыдание проговорила Рейна, после чего кинулась в объятия женщины,  ставшей такой родной.

***

Рейна глубоко вздохнула, прежде чем зайти в гостиную. Первым ее заметил Сейн и улыбнулся, подбадривая. Девушка вернула ему улыбку, а после перевела взгляд на Джексона. Парень сидел, устало прикрыв глаза. Только сейчас она отметила, что у него образовались темные круги, а лицо выглядело бледным осунувшимся. Невооруженным взглядом видно, что он сильно переживал. Это еще раз подкрепило убежденность Рейны в том, что пришло время разрулить повисшее между ними напряжение.

– Спасибо, внучок, за компанию. Я, пожалуй, пойду к твоей бабушке, пока она меня не спалила, – проговорил Сейн, поднимаясь.

Джексон открыл глаза, чтобы посмотреть на деда, но тут же заметил застывшую в проеме Рейну. Он моментально выровнялся в кресле. Его глаза встревоженно прошлись по девушке, что он даже не обратил внимание на то, как Сейн покинул комнату.

– Что-то случилось, зайчонок? – в его голосе звучало неприкрытое волнение.

– Я думаю, нам надо поговорить, – она тяжело сглотнула, после чего двинулась к Джексону.

Парень хотел было подняться с кресла, но Рейна подошла достаточно быстро, остановившись впритык к его коленям. Джексон встревоженно посмотрел на нее снизу-вверх. Руки так и чесались от желания прикоснуться, провести ладонями по ее бедрам, прижать к себе, и чтобы не сделать это, он до боли в костяшках вцепился пальцами в подлокотники.

– Я хочу, чтобы мы были вместе, – она сделала паузу, чтобы уже уверенно продолжить, – Не из-за планов твоей мести, моей беременности или других причин, а просто потому, что любим друг друга.

Джексон слушал любимую со всей внимательностью, не отводя от ее лица пристального взгляда. Такая сосредоточенность дала Рейне силы, чтобы продолжить:

– Хочу не сомневаться в твоих чувствах, не бояться, что ты снова будешь использовать меня и поступишь во благо мотивов, которые известны лишь тебе. Хочу полного доверия и открытости. Скажи, ты можешь мне это дать?

– Дам. Обещаю, – не сомневаясь ни минуты с надеждой выдохнул Джекс.

В уголках глаз Рейны скопились слезы. Она вытерла их и снова заговорила:

– Я хочу, чтобы у нашего ребенка, – рука девушки скользнула вниз, накрывая то место, где рос малыш, – Была настоящая семья с любящими родителями, чтобы он никогда не испытал такой ярости, которая съедала тебя, и такого разочарования, как чувствовала я.

– Я тоже этого хочу. Больше всего на свете.

– Для этого тебе нужно отказаться от гнева и ненависти, перестать жить прошлым, а принять его. Я знаю, это не легко…