– Он сказал, что не может меня взять, потому что я маленькая и хрупкая, – уныло проговорила Джейми.

– Хрупкая? Что он этим хотел сказать? – в унисон воскликнули обе девушки.

Джейми безнадежно махнула рукой.

– Он думает, что я не гожусь для такого длительного и трудного путешествия. Я не выдержу, а он, видите ли, не собирается со мной возиться. Как будто я его об этом прошу. Посмотрите на себя, вы рослые, сильные, поэтому он вас принял. А меня он назвал воздушной крошкой или чем-то вроде этого, – обиженно закончила свой рассказ Джейми.

– Ей-богу, он ненормальный, – нахмурилась Элла.

Помолчав, Ханна сказала:

– Мне кажется, я могу понять его. Это действительно будет очень трудный поход. Представляете, он займет целых шесть месяцев, нужно пройти две тысячи миль, в день по пятнадцать-двадцать миль. С ума сойти. Говорят, что в пути нас подстерегают и индейцы, и бандиты. Случаются песчаные бури, снежные заносы. И Бог знает что еще! – Она вздрогнула, перечисляя все ужасы, и призналась: – Честно говоря, я сама задним числом испугалась.

– Но ведь он совсем не знает Джейми, – возразила Элла. – Она работает наравне с нами и никогда не жалуется. Она такая выносливая! После того, как мы заканчиваем здесь эту адскую работу, ей еще приходится чуть не всю ночь батрачить на тетку. А потом опять возвращаться сюда, едва рассветет. И хоть бы что, даром что мала ростом. Нет, что касается ее, он был не прав.

– Я-то с тобой согласна, но вся ответственность лежит только на нем. Придется ей подождать следующей весны, когда приедет не такой придирчивый человек.

– Значит, этот обоз действительно последний в этом году? – спросила Джейми. Она совсем упала духом.

– Боюсь, что да. – Сердце Ханны сочувственно дрогнуло. Как безнадежно должна была чувствовать себя ее подружка. Как нелепо и печально все складывается.

– Когда же вы уезжаете? – вопрос Джейми, прозвучал в полной тишине.

Девушки еще немного помолчали, затем Элла неохотно ответила:

– Через неделю.

Боже, как Джейми расстроилась. Она была готова разрыдаться. Девушка уже всем сердцем чувствовала свое одиночество.

Преодолевая эгоистичное, но такое естественное желание обхватить их руками и со слезами умолять не покидать ее, она собралась уходить.

– Что ж, я счастлива за вас, нет, в самом деле, я рада, – с трудом выговорила она, видимо пытаясь убедить в этом не только их, но и себя. – Пожалуй, мне пора идти. Тетя Эриста, наверное ума не приложит, где я сейчас. Спасибо за то, что вы старались мне помочь с одеждой и вообще… – она растерянно замолчала. А что тут еще скажешь?

Джейми медленно обернулась, готовая в отчаянии ухватиться за любую сумасбродную идею. Может быть, несмело подумала она, им удастся уговорить мистера Остина изменить свое решение. В конце концов, желающих уехать из родных мест оказалось не так уж много. Девушки слышали, как он выражал по этому поводу свое недовольство.

– Ты думаешь, что говоришь? – спросила Ханна, не желая, чтобы Элла понапрасну обнадеживала Джейми. – Остин сказал, что не возьмет ее. Похоже, он человек твердый в своих решениях.

– Забудь о нем, – Элла загадочно улыбнулась. – Джейми поедет с нами, а он даже не узнает об этом.

– Ты с ума сошла! – возмущенно воскликнула Ханна.

– Вот еще! Ничуть, – засмеялась Элла. Она начала поспешно излагать свой замысел. – Честное слово, девочки, это может получиться. Послушайте.

Элла пришла в полный восторг от собственной сообразительности. Она предложила Джейми спрятаться в их фургоне.

– Говорят, в каждом фургоне разместятся по четыре женщины. Мы посадим ее в наш и попросим остальных никому ничего не говорить. Джейми будет прятаться в течение дня, а по ночам выходить из фургона, ну, чтобы привести себя в порядок. Пищу мы будем для нее припрятывать. А Остин ничего и не узнает, потому что просто не увидит ее! Правда, здорово!

– Да, но если он ее обнаружит, то отправит назад, – быстро возразила Ханна. Она была гораздо более рассудительной.

– Вот нужно сделать так, чтобы этого не произошло. Во всяком случае, пока не отъедем достаточно далеко. Тогда Остину придется оставить ее в обозе до конца путешествия, куда он ее денет посреди дороги-то? А когда она окажется в Калифорнии, то совершенно не важно, что там ее не встретит муж. Это даже к лучшему. Она же едет искать своего отца, не правда ли?

– Боюсь, ничего у нас не получится.

– А ты не бойся! Попытаться-то можно. Что она теряет?

Джейми печально ответила на вопрос Эллы:

– Все! Сестры Руперт с ума сойдут от злости, что я пыталась сбежать, и ни за что на свете не возьмут меня снова в дом. Мистер Кайзи вряд ли снова даст мне работу. А даже если и даст, то у меня не хватит денег, чтобы платить за комнату в другом месте. Выходит, я могу потерять то немногое, что у меня есть.

Джейми уже не чувствовала в себе сил сопротивляться течению жизни. Она была готова покорно идти своей дорогой.

– Все правильно, – сказала Ханна. – По-моему, мы не должны ее уговаривать. Это слишком серьезное решение, и Джейми сама должна его принять.

Элла вынуждена была признать, что Ханна права, но все-таки спросила:

– А если она все же решит ехать, ты станешь ей помогать ей?

– Конечно, о чем ты спрашиваешь?! – Ханна даже повысила голос.

– Спасибо вам за все, что вы пытаетесь для меня сделать, но это слишком рискованно, – Джейми слабо улыбнулась и направилась к двери.

– Разве попасть в Калифорнию и оказаться рядом с отцом не стоит всех твоих потерь? – с вызовом спросила Элла.

Но дело в том, что Остин показался Джейми человеком жестоким и непреклонным. Пожалуй, еще и сумасбродным. Ведь, с ее точки зрения, он отказал ей безо всяких к тому оснований. Может быть, он вообще выкинет ее в любом безлюдном месте, обнаружив по дороге. Страх совершенно сковал ее волю.

– Я просто не могу, – прошептала Джейми, сдерживая слезы, и выбежала вон.


Следующая неделя прошла словно в дурмане. Каждый промелькнувший день неумолимо приближал отъезд подруг. Джейми ожесточенно работала, чтобы чрезмерная усталость не оставляла ей времени думать о безрадостном будущем.

Тем временем Эриста стремилась как можно скорее устроить свою свадьбу, пока Джодиаш Слоусон не изменил своего намерения. Видимо, у нее были основания поторапливаться. Весь дом ходил ходуном от приготовления к тому, что тетка называла милым скромным праздником.

По иронии судьбы, бракосочетание должно было состояться в субботу, как раз накануне отправления из города обоза. С ним уезжали Элла и Ханна, а значит, полностью изменялась жизнь Джейми. Всего за один день, будто одну картину меняли на другую.

В довершение всего за два дня до свадьбы Говард Руперт заявил о своем намерении жениться на Джейми. Оказывается, тетушки пообещали ему завещать дом и весь оставшийся капитал, если он остепенится. По словам Руперта, он и сам устал от холостяцкой жизни, а Джейми кажется ему самой подходящей женой. Еще бы – и хорошенькая, и в работе двужильная.

– Она сможет оценить мужчину, который захотел на ней жениться. Я спасу ее от участи старой девы, – самодовольно сказал он Эристе, нимало не смущаясь присутствием самой Джейми.

Вся извиваясь в ханжеском умилении, Эриста благословила его.

– Теперь я с чистой совестью могу начать новую жизнь. Моя дорогая племянница будет под опекой такого замечательного человека, как вы Руперт. Я буду твердо знать, что ничего плохого с ней не случится. Это была единственная тучка на небосклоне моего счастья. Ведь я торжественно поклялась дорогой невестке, что всегда буду о ней заботиться.

– Но я вас предупреждаю, – поспешила она добавить яду к этой наглой лжи, – что Джейми буквально помешана на своем отце. Если он еще жив, в чем я, конечно, сильно сомневаюсь, он может прислать ей письмо и позвать к себе. Тогда – боюсь, она таки сбежит в Калифорнию.

Лицо Руперта стало жестоким.

– Заверяю вас, этому не бывать, – конечно так он и упустит даровую рабочую силу.

– Вы позволите продолжать ей работу в прачечной? – поинтересовалась Эриста, с трудом подавляя злорадство.

– Разумеется. Ведь я оставляю свою работу в сыромятне, так что сам смогу следить за порядком в доме.

Джейми охватило полное отчаяние. Отказ выйти за него замуж означал, что ее попросту выгонят из дома. И все же она никогда не согласится стать его женой. Хотя она и собиралась выйти замуж за совершенно незнакомого человека, только чтобы попасть на Запад, но это совсем другое дело. Там у нее хотя бы оставалась надежда, что с ней будут хорошо обращаться. Может быть, ее даже будут любить. Но в том, что Руперт превратит ее жизнь в сплошной кошмар, не было никакого сомнения.

Элла и Ханна больше не пытались убедить ее переменить свое решение. Она видела, что они намеренно избегают ее. Впрочем, это естественно, девушки взволнованы предстоящим приключением да и не хотят причинить ей лишнюю боль.

Но однажды утром они отозвали ее в сторонку и сообщили, что сегодня работают последний день. Джейми показалось, что вокруг нее обрушился мир.

Только накануне вечером Руперт известил ее о своем решении жениться немедленно после свадьбы тетки, в воскресенье. Тогда они смогут воспользоваться ее цветами и закусками. Таким образом, удастся избежать лишних расходов. За ночь они переберутся в освободившуюся квартиру Эристы. Джейми не придется пропускать ни дня работы в прачечной. В общем, по мнению Руперта, все складывается очень удачно. Жизнь, конечно, не часто улыбалась Джейми, но это было уже последней каплей.

Девушка решила, что ей необходимо покинуть дом как можно скорее. Поэтому, придя на работу, она обратилась к мистеру Кайзи и попросила разрешить ей занять комнату Эллы и Ханны. Он с сожалением ответил, что уже нанял на работу своих родственниц, и те готовы переезжать в комнату, как только она освободится.

Получив очередной удар, Джейми не могла больше сдерживаться и разрыдалась. Она не видела выхода, ничего сделать, кажется, уже была нельзя. Подруги бросились обнимать ее, успокаивая.