Привлеченная изумительным видом, Диана вышла на галерею, чтобы полюбоваться пенной лазурью моря. Неровную береговую линию защищали изрезанные утесы и опасные рифы. Форты и смотровые башни строго взирали на многочисленные заливчики и бухточки. Мягкие холмы соседствовали с горными вершинами, покрытыми лесами. Цветущие сады в долинах, виноградники, оливковые рощи… Руки зачесались от желания тут же, немедленно, перенести всю эту красоту на бумагу или холст.

Увы, с этим придется подождать, с сожалением подумала Диана.

Она вернулась в комнату, а затем спустилась по изогнутой лестнице в огромный холл, где столкнулась с дворецким Торна, Тот сообщил, что во внутреннем дворе накрыт стол к чаю, и подвел Диану еще к одним французским дверям, которые открывались на квадратную площадку в центре виллы.

Здесь везде царила красота. Солнечный свет струился сквозь трепещущие веера пальм. В воздухе висел аромат цветов и кустарников – бугенвиллей, гибискусов, олеандра, герани. А в самом центре мелодично звенел мраморный фонтан.

Чайный столик устроился в углу, и Диана с трудом усидела на месте, когда несколько одетых в ливрею лакеев подали чай, пшеничные лепешки, сандвичи, а также кувшин с фруктовым соком.

Она откинулась на спинку, отдавшись чувству новизны и счастья и, не беспокоясь ни о чем, закрыла глаза.

– Рад, что вы освоились в доме, мисс Шеридан, – послышался в тишине веселый мужской голос.

Диана открыла глаза и увидела, что перед ней стоит Торн. В этот раз на нем были сапоги и бриджи. Расстегнутый ворот батистовой сорочки открывал сильную шею. Чуть ниже золотился шелк волос на груди. Невольно ее взгляд проследовал вниз вдоль торса, сужающегося к талии, и дальше, туда, ниже пояса.

Вспыхнув от нескромных воспоминаний, пришедших на ум, Диана отвела глаза и посмотрела Торну в лицо. Это было второй ошибкой.

Просохнув, его волосы превратились в копну, сияющую золотом, а несколько непослушных локонов беззаботно свесились на лоб, словно он только что поднялся из постели. В уголках чувственного рта пряталась ленивая усмешка, от которой сердце у Дианы заколотилось как сумасшедшее. Торн с искренним интересом разглядывал ее.

Он был великолепен и притягателен. Смертельно опасное сочетание, предостерегла себя Диана.

Когда она сообразила, что снова пялится на него, она выругалась про себя и села, выпрямив спину. В свою очередь, Торн тоже изучал ее с полным вниманием, совсем не так, как когда она передавала ему письмо от Натаниеля. Испытывая неловкость под его пристальным взглядом, Диана отпила глоток сока и прочистила горло.

– Приношу извинения, милорд, за то, что вторжением нарушила ваше уединение в бухте. Мне, конечно, нужно было дождаться более удобного момента.

– Я не в обиде, – отмахнулся Торн, усаживаясь за столик напротив нее. – После того как мы так… близко познакомились, можно отбросить церемонии. В конце концов, вы кузина моей подопечной, что, наверное, предполагает определенные родственные связи. – Он налил себе сока и снова глянул на Диану. – Натаниель рассказывал мне о вас, но не упоминал, что вы красавица.

Ее губы сложились в усмешку.

– Интересно, как я должна отнестись к такому выпаду?

Торн сверкнул довольной улыбкой:

– Вы слишком умны для моей тактики. Жаль. – Торн разглядывал Диану поверх своего стакана. – Признаюсь, вы вызываете во мне любопытство, мисс Шеридан. Я знаком с семейством Лансфорд еще с моей учебы в университете, когда завязалась наша дружба с Натаниелем. Но никогда вас не видел. Все это время вы жили в Лансфорд-Холле?

– Да. Дядя с теткой ребенком забрали меня к себе после гибели моих родителей в дорожной катастрофе.

– Вероятно, вы старательно скрывались, как какая-нибудь отшельница. Вам не приходилось выезжать в Лондон вместе со своими кузенами и кузинами? Они ведь участвовали в каждом сезоне, даже после смерти миссис Лансфорд. Когда это было? Лет восемь назад?

Диана замерла, поняв, что он проверяет ее. Она всегда ездила в Лондон со всей семьей, вплоть до того самого фатального сезона, когда сама себя обесчестила. Можно было не сомневаться, что Торн кое-что слышал о ее печально известном прошлом, пусть и вскользь. Но обсуждать эту тему еще раз не было никакого желания.

– Мне больше нравится в деревне, чем в Лондоне.

– Наверное, вы болели в тот раз, когда я приезжал в Лансфорд-Холл.

Вот это была ложь, и она не собиралась поддерживать ее.

– Я не была больна, – ответила Диана с преувеличенной любезностью. – Дядя просто не пожелал показывать меня вам. Ваша репутация обгоняла вас.

Брови Торна поползли вверх.

– Как мило, вы, оказывается, осуждаете меня за случай на пляже. Я никогда бы не позволил себе поцеловать вас, если бы вы так пристально не разглядывали меня.

Отпивавшая в это время сок из своего стакана, Диана поперхнулась. Закашлявшись, она прикрыла рот рукой и метнула на Торна потемневший взгляд.

Виконт все так же вежливо и совершенно невинно смотрел на нее. Только искорки в глазах говорили, что он рассчитывал нарушить ее равновесие.

Чтобы сохранить самообладание, Диане пришлось сбавить тон.

– Не сомневаюсь, вам нравится провоцировать людей.

– Да. – Он не стал оправдываться. – Я прекрасно осведомлен о границах пристойного поведения. И ничуть не жалею о том, что поцеловал вас. Но сумел бы удержаться, знай, кто вы. Я абсолютно серьезно утверждаю, что веду себя в соответствии с джентльменским кодексом чести.

Диана склонялась к тому, чтобы поверить Торну на слово, хотя не сомневалась, что у него имелись свои собственные представления о чести.

– Чтобы избежать скандала, если вы остановитесь у меня, – продолжил он, – я намерен нанять какую-нибудь пожилую компаньонку на то время, пока вы будете находиться здесь. Две молодые незамужние дамы в доме холостяка, пользующегося дурной славой, сразу дадут пищу слухам. А я не желаю никакого скандала, связанного с именем моей подопечной. – Затем без паузы он сменил тему: – Итак, расскажите мне про прилипалу, который преследует Эми.

– Не уверена, что его так можно назвать, – откликнулась Диана. – Больше всего он похож на охотника за приданым. Это Реджинальд Нили. Вы его знаете?

Она увидела, как Торн нахмурился.

– Мы едва знакомы. Он что-то вроде игрока с вечно пустыми карманами.

Диана кивнула.

– У мистера Нили есть дальние родственники в Дербишире, и в первый раз он появился там на Рождество. Совершенно определенно, чтобы скрыться от кредиторов. Я не знала, что он начал обхаживать Эми, и им довольно долго удавалось держать свои встречи в тайне. Вне всякого сомнения, Эми знала, как я на это отреагирую. – Диана поморщилась от воспоминаний. – Мне, конечно, нужно было бы разобраться во всем быстрее, но к тому времени, когда я раскрыла их хитрость, было уже поздно. Эми уверила себя, что влюблена.

Торн поморщился так же, как и Диана.

– Я подумала, что необходимо немедленно увезти Эми от него, – продолжила она. – Нужно было бы привезти ее в Лондон, но вы куда-то исчезли. А так как сезон не начнется раньше середины апреля, пришлось приехать с ней сюда.

– Но вы планируете выпустить ее в свет этой весной?

– Она уже пропустила свой выход в прошлом году из-за траура по Натаниелю. Так что дело не во времени. Я рассчитываю, что выход в свет поможет ей избавиться от своих фантазий и обратить чувства на кого-нибудь более подходящего. Надеюсь, она найдет мужа, который полюбит ее за то, какая она есть, а не за ее деньги. Если она полюбит ровню или хотя бы выйдет замуж за человека, который будет заботиться о ней и защищать ее, тогда она перестанет быть мишенью для охотников за приданым. Или для соблазнителей. – Говоря последние слова, Диана пристально смотрела на Торна.

Тот проигнорировал ее насмешку и сразу перешел к делу:

– Что вы, собственно, хотите от меня?

– Уговорите свою тетку Хеннесси, чтобы она оказала ей покровительство.

– Сами вы не можете оказать ей такую поддержку?

Диана покачала головой. У нее не только не было никакого положения в обществе, более того, на ней до сих пор лежала тень того скандала. И ее подмоченная репутация свела бы на нет шансы Эми на достойную партию.

– У меня нет ни влияния, ни связей, какие есть у вашей тетки. Вы сами тоже не лучший вариант, чтобы вывести ее на люди. Уже достаточно разговоров насчет уместности вашего опекунства.

– Совершеннейшая правда, – согласился Торн.

– Есть еще одна польза от моего предложения. Эми жила в одном пансионе с вашей кузиной Сесили. Она тоже впервые выезжает в свет этой весной, и леди Хеннесси будет оказывать ей протекцию. Если они вместе будут появляться во время сезона, то для Эми компания той, которая ближе ей по возрасту, будет намного интереснее, чем моя.

Задумавшись, Торн побарабанил пальцами.

– Согласен. Эми мне всегда нравилась, и я хочу достойно выполнить свои обязательства перед Натаниелем. Конечно, нужно защитить ее от охотника за приданым.

– Значит, вы попросите за нее вашу тетку?

– Мне сначала хотелось бы переговорить с Эми, чтобы самому оценить ситуацию.

– Вне всякого сомнения, – грустно улыбнулась Диана. – Вы увидите, что она ведет себя несколько… вызывающе. Она все еще злится на меня за то, что я пресекла ее приключение.

– Могу представить, – не скрывая насмешки, улыбнулся Торн. – Но вы поступили правильно, привезя ее сюда.

Именно в этот момент во дворе появилась Эми и, не сдерживая радости, воскликнула:

– Торн!

Когда он встал поприветствовать ее, она, весело смеясь, кинулась к нему на шею. Торн позволил поцеловать себя в щеку, но потом расцепил ее объятия и отстранил на расстояние вытянутой руки.

– Привет, дитя, – ласково сказал он.

Голубые глаза Эми заискрились, когда она глянула вверх на него.

– Можете больше не называть меня так, я уже выросла.