– Какой ты неженка, – шутливо бросила она.

– А ты сама это пробовала? – возмутился Уилл.

– Конечно! – ответила она с лёгким укором, зажигая толстую оплавленную свечу рядом с постелью. – Я все лекарства проверяла на себе.

– И как? – немного удивился он.

– Как видишь, пока жива, – засмеялась девушка.

Юноша на секунду замер, заворожённый её мимолётным смехом, наполнившим комнату необъяснимой радостью, подобно лёгкому звону хрусталя. «Действительно, особенная, – пронеслось в голове, но он тут же опомнился, прогоняя наваждение. – Красивый смех ведь не повод нарушать закон…»

– Это радует, – чуть отрешённо проронил он. – Так что, теперь, после всех мучений, которым ты меня подвергла, согласишься просто поговорить?

– С удовольствием, – мило улыбнулась Мари. – Только если снова почувствуешь жар, ты обязательно скажешь об этом и придётся ещё немного пострадать от моего лечения.

– Согласен, – кивнул Уилл, усаживаясь на кровати. – Сейчас я чувствую себя удивительно хорошо. Так что даже неловко валяться полуголым в кровати, когда рядом одетая девушка.

– И что ты предлагаешь? – усмехнулась она. – Вставать пока нельзя, придётся терпеть.

– Ты могла бы тоже раздеться, – абсолютно серьёзно произнёс он.

– Знатные мужчины все такие бесцеремонные? – спросила Мари без доли обиды, лишь слегка удивившись.

– Ты точно не мужчина? – наигранно испугался Уилл.

– Нужно было дать тебе пощёчину и с визгом убежать? – она усмехнулась, доставая из шкафа ещё пару свечей.

– Наверное, большая часть дам из моего окружения так и поступила бы, – юноша напустил на лицо задумчивость.

– Я же простая крестьянка, – засмеялась Мари, – нас такими шутками не напугаешь.

– А могу я хотя бы штаны надеть? – чуть смущенно спросил он.

– Тебе помочь с этим?

– Нет, я сам, только верни мне их.

– Я даю тебе одежду, а ты больше не шутишь так, – с укором предупредила девушка.

– Как скажешь, – усмехнулся Уилл в ответ, мысленно ругая своё красноречие.


– Так ты из знатного рода? – отвернувшись и давая гостю возможность одеться, как-то неловко спросила Мари. – Из какого?

– Я… – юноша замялся. – Мой отец барон и хороший друг советника Северина. Но… он погиб почти год назад.

– Понимаю, – чуть тише произнесла девушка, стараясь вложить в одно это слово всё сочувствие, что только было возможно в него уместить. – Поэтому Северин взял тебя в ученики? Он наверное очень тебя любит.

– Что? – Уилл непонимающе нахмурился. – Какая связь между этим?

– Раз уж он взял тебя под свою опеку, то очень ценит дружбу с твоим отцом и, наверное, любит тебя. Ты говорил, что он волнуется.

– Сделать учеником и взять под опеку, это совершенно разные вещи, – покачал головой парень, усаживаясь поудобнее. – Хотя, ты права, ведёт он себя чаще как опекун.

– Не вижу большой разницы, – Мари повернулась, услышав, что он затих. – Мой учитель тоже был мне почти как отец, дедушка ему очень доверял.

– А что это был за учитель? Ты говорила, что он врач.

– Да, это был очень старый доктор с востока. Однажды он приехал лечить мою маму, а потом остался здесь учить меня, так сильно я просила его.

– Сколько же тебе было лет?

– Не помню точно… Наверное, пять или шесть, – она улыбнулась. – Я так боялась, что мама умрёт, и вцепилась в спасшего её доктора железной хваткой. Поклялась, что стану такой же как он.

– А знахарь?

– Знахаря я встретила сама. Случайно, – покраснела вдруг девушка.

– Тебя это так смущает? – усмехнулся Уилл. – Почему?

– Я тогда убежала из дома, чтобы… почитать одну книгу, которую мне тогда ещё не разрешали читать, – она отвела взгляд. – И встретила его. Он обещал, что никому не скажет, если я не буду больше убегать. В лесу было опасно для десятилетней девочки.

– Тебе повезло, что он не оказался разбойником.

– Да, он собирал травы. И я, конечно же, не могла оставить его без сотни вопросов. А когда знахарь узнал, что меня обучает «заморский лекарь», как он его назвал, то попросил познакомить со старым доктором. Они всё время ругались. – Мари улыбнулась милым воспоминаниям, – но оба дали мне много полезных знаний.

– Дай угадаю, – усмехнулся собеседник, – один всё делал чётко по книгам, а второй по наитию?

– Не совсем, – задумчиво покачала головой девушка. – Они всё спорили о том, что служит причиной всех болезней. Один говорил, что слабость души, а другой, что слабость тела. Так и не сошлись во мнениях, хотя и оба, как мне кажется, были по-своему правы.

– Старики всегда упрямы, – махнул рукой юноша. – Ощутил на себе. Они считают, что всё знают лучше молодых и не дают нам самим идти вперёд.

– Они лишь пытаются уберечь нас от падений, – пожала плечами Мари. – Но, ты прав, наверное, иногда это огорчает куда больше, чем ошибки.

– Ошибки нас хоть чему-то учат, – хмыкнул Уилл, – а наставления и ограды в конце концов оказываются бесполезны.

– Ты мыслишь глубже, чем кажется на первый взгляд, – она шутливо покачала головой.

– Что? – возмутился собеседник. – По-твоему я кажусь глупым?

– Сначала мне показалось, что ты совсем как ребёнок, – с улыбкой призналась она, – но…

– Да ты младше меня на четыре года! – вспылил вдруг он. – И эти твои, – он затряс руками не в силах подобрать слова. – Жуткие иголки! Знаешь ли, это пугало по началу! Как ритуал какой-то! Я даже решил в один момент, что ты ищешь дьявольскую метку!

– Метку? – искренне удивилась девушка. – Это что ещё такое?

– Так раньше узнавали ведьм и колдунов, – нахмурился Уилл, вспомнив, к чему привёл разговор о колдовстве в прошлый раз. – Считалось, что дьявольская метка не видна глазу простого смертного, но место, где она поставлена, совершенно не чувствительно к боли.

– И что же, человека протыкали иглами, чтобы найти такое место? – удивилась Мари.

– Да, – пожал плечами парень, – и находили.

– Это не удивительно, – совсем посерьёзнела она, – ведь ты и сам почувствовал – есть точки, куда игла входит легко и почти без боли. А если человека опоить, то он и подавно ничего не поймёт.

– Ты встаёшь на защиту ведьм? – усмехнулся Уилл.

– Нет, я не верю, что существуют ведьмы. Иначе были бы и противоположные им по силе люди. Но что-то я не слышала о них.

– А как же священники? Они занимаются изгнанием злых духов.

– Ты думаешь, что действительно есть люди продающие душу Дьяволу? – Мари неуютно повела плечами.

– Я таких не видел, – усмехнулся юноша, – но думаю, что не все используют знания подобные твоим во благо. Что это, как не сделка с Дьяволом?

– Никогда не задумывалась об этом, – она боязливо покосилась на открытое окно, за которым уже поднималась тонкая луна. – Но ведь умение лечить травами – это ещё не колдовство.

– Откуда нам знать, в какой момент это умение переходит черту и становятся чёрной магией, – нарочито зловеще произнёс юноша. – Если даже ты не колдунья, то как можешь быть уверенна, что их нет в этом лесу?

Мари нехотя сплела руки на груди и, отойдя подальше от окна, села на край кровати.

– Страшно? – усмехнулся собеседник, довольный результатом своих слов.

– Вовсе нет, – отвернулась она. – Но не по себе…

– Не переживай, если и были когда-то ведьмы, наверняка инквизиция всех их уничтожила. Иначе епископ не упразднил бы её.

– Инквизиция? Это те, кто сжигал колдунов?

– Да, но его преосвященство уже давно запретил всяческие казни без одобрения высшего суда. Какое-то время всех подозреваемых в сделках с нечистым ещё возили в святой город, но из них так никто и не был казнён. Так что инквизиция постепенно перестала существовать за ненадобностью. Так мне рассказывали в детстве.

– Значит, все они были обвинены без причины? – задумчиво спросила девушка.

– Наверное, – пожал плечами Уилл. – Ведь епископ отпускал их с миром.

– А… епископ… – Мари смущённо опустила глаза. – Кто он?

– Что? – юноша непонимающе глянул на неё. – Что значит «кто»? Он глава церкви. Не считая герцога, высшая власть в Ладлере.

– Высшая власть?… – она совсем раскраснелась.

– Ты когда-нибудь была в церкви? – вкрадчиво спросил Уилл.

– Нет, – она отвела взгляд. – Я не помню такого… Это очень плохо?

– Почему ты так смутилась?

– Ты говоришь так, будто это преступление.

– Не думаю, – усмехнулся юноша, – но ты всё больше походишь на ведьму, в таком случае.

– Но я не колдую! – Мари наконец подняла на него уверенный взгляд. – Дедушка учил меня всему о Боге, и я верю, что не Дьявол движет мной!

– Ты относишься к этому так серьёзно? – нахмурился Уилл. – А сама никогда даже не была в церкви.

– В нашей деревне уже давно нет священника, – произнесла девушка сердито, но всё же это походило на оправдание. – А никуда дальше я не ездила.

– Нет священника? – удивился он. – Погоди-ка, – парень подозрительно глянул на целительницу, – если ты никуда не ездила, откуда тогда знаешь, что от имения графа до Волдрена целый день пути?

– Откуда? – Мари чуть опешила от резкой смены течения разговора. – У меня есть карта.

– Карта? Карта Ладлера? – удивился юноша.

Вместо ответа, она быстро поднялась и, взобравшись на низкий табурет, достала из шкафа длинный свёрток жёлтого пергамента.

– Вот, – девушка развернула карту перед гостем, – здесь отмечены все города и деревни королевства. Я рассчитала примерный путь по расстоянию.

– Удивительно, – покачал головой Уилл.

– Что удивительного?

– Твой дом походит на сундук с сокровищами! – рассмеялся он. – Такие точные карты – большая редкость!

– Я и не знала, – нахмурилась Мари. – Её мне подарил учитель вместе с книгами. Сказал, что купил в столице.

– Да тут даже небольшие дороги есть, – не унимался юноша, ведя пальцем по шершавой бумаге. – Учитель был не из бедных людей.

– Дороги отмечал он сам, – улыбнулась девушка. – Все, по которым проехал.