Засмотревшись на какое-то ток-шоу, которое раньше никогда не видела, я настолько погрузилась в него, что не заметила, что экран моего телефона мигал уже, по крайней мере, минут пять после того, как я сделала себе кофе.

Когда шоу прервалось на рекламу, я выбросила бумажную тарелку и взяла в руки телефон и кофе. Усевшись на диван и поставив кофе на столик, я включила экран телефона.

На нем было только одно входящее сообщение, и я, пожав плечами, отложила телефон, не читая его.

Следующие тридцать минут я провела на диване, попивая кофе и щелкая каналы на телевизоре. Это был мой типичный выходной, когда я сидела дома, ничего не делая. Большинству людей это могло показаться скучным, но возможность сидеть на одном месте и не бегать повсюду являлось для меня хорошим отдыхом.

Встав, чтобы поставить свою чашку в раковину, я увидела, что экран телефона снова замигал. Подняв бровь, я упала на диван и, наконец, открыла свои сообщения.

Оба были от Джекстона. Одно пришло прошлой ночью, а другое — пять минут назад.

ДЖЕКСТОН: Я не хотел напугать вас. Простите, если я это сделал.

Это было ночное сообщение. Присланное этим утром содержало фотографию его грустного лица.

Улыбнувшись, я набрала ответ.

Я: Простите, если произвела впечатление стервозной особы. Просто показалось странным, что вы узнали мою фамилию и номер телефона в первый же день нашей встречи. Без обид?

Положив телефон, я подошла к раковине. Вымыла чашку и налила в нее свежего кофе и, увидев, что экран снова замигал, я поставила чашку на стол и помчалась к дивану.

ДЖЕКСТОН: Абсолютно никаких, мисс Райли. :)

«Он должен перестать называть меня так. Я могу привыкнуть к этому и буду ожидать такого обращения от всех», — подумала я иронично.

Я: Как ваше утро, мистер Джекстон?

ДЖЕКСТОН: Можно просто Джекс. Сейчас лучше.

Я: Хорошо.

Никакого ответа. Он молчал до конца дня, а я все это время бездельничала на диване, будучи счастливой от лентяйничества. Когда он, наконец, ответил, его сообщение содержало просьбу.

ДЖЕКСТОН: Мисс Райли, не могли бы вы отправить мне свою фотографию, пожалуйста.

Приподняв бровь, я ответила не сразу. Это снова стало странным. Я решила побыть остроумной и посмотреть, клюнет ли он на это.

Я: Уверена, что вы можете погуглить.

ДЖЕКСТОН: Это будет уже не то, глупышка.

Прочитав это сообщение, я поняла, что не могла вспомнить, когда моя фотография была нужна кому-то, кроме моей матери, поэтому, поднявшись, я прошла в спальню и встала перед зеркалом в полный рост. На мне была белая майка и черные трусики. Я оглядела свое отражение в зеркале и размышляла, не пересеку ли черту, отправив ему подобную фотографию, но прежде чем передумать, я подняла телефон, сфоткала себя и нажала кнопку «Отправить».

Сказать, что я нервничала из-за его реакции, было преуменьшением. Во всяком случае, я действительно хотела выкинуть телефон в мусорное ведро и больше никогда его не видеть, но мое любопытство не позволило мне этого сделать. Вместо этого я села на кровать и смотрела на свои сообщения, словно женщина, одержимая желанием узнать его мнение.

Но он не отвечал. До конца дня и даже когда я легла спать, экран телефона больше не включался.

Проснувшись на следующее утро, я приняла душ перед работой. Хотела смыть с себя сожаление, что послала ему эту чертову фотографию, но, к сожалению, не могла. Единственное, что я могла сделать, это молиться, чтобы эта фотография не оказалась в сети.

Вытершись, я зашла в свою комнату и выбрала свободную светло-голубую блузку и черные брючки. Надев пару черных носков до лодыжек, я достала из-под кровати светло-голубые туфли с бантиками по бокам от Мэри Джейн и снова повернулась к зеркалу. Быстро проведя руками по волосам, я прошла в гостиную за сумочкой и, заперев дверь, ушла из своей квартиры, не зная, что моя жизнь изменится навсегда.

Глава 4

Работа прошла без приключений. Всю смену я вела регистрационный учет и просматривала книги на компьютере. Сегодня у меня была вечерняя смена, и я не знала этого, приехав на шесть часов раньше, поэтому решила прогуляться по магазинам, хотя знала, что у меня нет денег, которые могла бы потратить. Потом я пообедала, затем еще немного прогулялась по магазинам и, наконец, вернулась на работу.

Зевнув, я прислонилась к полкам позади меня, ожидая, что покупатель, какой-нибудь покупатель, подойдет ко мне, чтобы я могла сделать что-то стоящее. Вместо этого ко мне подошла один из моих менеджеров с очень серьезным выражением лица.

— Райли, пойдем со мной. Нэнси подменит тебя до конца твоей смены, — говорит Аня.

Я уволена. Я, нахрен, уволена.

Это были единственные мысли, которые возникли у меня в голове, когда я следовала за ней мимо комнаты отдыха в ее кабинет. Добравшись, она закрыла дверь.

— Присядь, — тихо сказала она.

Я нервно села на краешек стула напротив нее и сцепила руки.

— Я сделала что-то не так? — спросила я надрывным голосом.

— Нет. Райли, звонила твоя мама. Твоя бабушка скончалась, — мягко произнесла она.

Я смотрела на нее мгновение. «Твоя бабушка скончалась». Она действительно только что сказала это?

— Но... она не болела, — запнулась я.

— У нее был сердечный приступ.

Мое тело онемело, когда я попыталась осознать, что моя бабушка, один из самых любимых людей в мире, была мертва.

— Я должна идти, — сказала я, неуверенно поднимаясь на ноги.

— Конечно, — ответила Аня. — Сделай перерыв и дай мне знать, когда будешь готова вернуться. Твоя место будет ждать тебя.

Кивнув, я открыла дверь. Подошла к сумочке и взяла ее трясущимися руками. Поскольку она была не застегнута на молнию, я заметила свет, идущий внутри. Нащупав телефон, я вышла из комнаты отдыха в слезах, затуманивающих зрение.

Я надеялась, что это моя мама, но это было сообщение от Джекстона.

ДЖЕКСТОН: Красивая фотография, мисс Райли. Извините за поздний ответ.

Я не ответила. Нажав на маленькую иконку телефонной трубки рядом с его именем, я слушала гудки вызова. Один, второй, пока он, наконец, не ответил.

— Соскучились по мне? — спросил он со смехом.

— Моя бабушка умерла, — ответила я дрожащим голосом, открыв двери и вдыхая вечерний воздух.

— Что? Где вы? — спрашивает он беспокойно.

— Я только что вышла с работы. Стою на тротуаре снаружи. Я не знаю, что делать, Джекс, — проговорила я, когда, наконец, начали течь слезы.

— Я буду через минуту, нахожусь ниже по улице, — сказал он и повесил трубку.

Бросив телефон в сумочку, а сумочку на тротуар рядом с собой, я заплакала, закрыв лицо руками. Покупатели входили и выходили из магазина, а некоторые останавливались, чтобы спросить, все ли у меня в порядке. Все, что я могла сделать, — это кивать в надежде, что они уйдут.

Пять минут спустя я услышала шаги, быстро приближающиеся ко мне. Кто-то сел рядом со мной, и я почувствовала, как сильная рука обняла меня за плечо.

— Я здесь, мисс Райли. Все будет хорошо, — сказал Джекс, прижимая меня к себе.

Я положила голову ему на плечо и просто рыдала до тех пор, пока больше не могла этого делать. До тех пор, пока слезы не высохли, пока мне стало тяжело дышать. Джекс гладил меня по волосам и в какой-то момент прижался к ним щекой, делая глубокий вздох.

Наконец, я отстранилась от него и вытерла лицо тыльной стороной ладони. Пару раз всхлипнув, поднялась на ноги, и он встал рядом со мной.

— Хотите знать, почему я на самом деле плачу? — спросила я.

Он кивнул, заправляя мои волосы за уши.

 — Потому что у меня нет денег. Я не могу позволить себе поехать на похороны, — объяснила я, вновь чувствуя, как подступали слезы.

— Я могу помочь, мисс Райли. Если вы позволите, я могу помочь вам с этим. Но у меня будет несколько условий, — сказал он мягко.

— Вы даже не знаете меня и хотите помочь посетить на похороны бабушки? — спросила я, саркастично смехом.

— Да, мисс Райли. Но, как я уже сказал, у меня есть пара условий.

— Хорошо. Назовите их. Я сделаю все, чтобы поехать, — ответила, смаргивая слезы.

— Во-первых, вы позволите мне поехать с вами. Я не буду мешать, а ваша семья даже не узнает, что я там. Я просто... мне было бы очень грустно знать, что вы проходите через это без меня.

Неважно.

Я киваю.

— И во-вторых, по возвращению вы проведете со мной немного времени. Я хотел бы узнать о вас больше, прежде чем приму решение, — произнес он.

— Хорошо, — согласилась я с кивком. — Я разрешаю вам поехать со мной и проведу с вами время, если вы сможете отвезти меня на похороны.

— Договорились, — сказал он с торжествующей улыбкой.

Глава 5

Через два дня мы стояли в аэропорту. Джекс молчал до сегодняшнего дня, когда утром позвонил и сказал, что заедет за мной. Также он молчал все время, пока мы стояли у нашего выхода на посадку.

— Еще раз спасибо, — сказала я, отчаянно пытаясь нарушить тишину.

— Пока не благодарите меня, мисс Райли, — ответил он. — Поблагодарите меня после, когда у нас будет время побыть наедине.

Вздохнув, я отвернулась. Не знала, чего он ожидал, но не планировала ничего другого, кроме общения и, возможно, просмотра каких-то фильмов. Я бы не позволила зайти этому дальше.