- Что такое, чертенок?

- Почему ты ничего не ответил? Ты не хочешь?

Я приподнялся и пристально вгляделся в ее ярко-голубые глаза. Они блестели от слез, и нет, она не бредила.

- Глупая, - прошептал я. – Как я могу этого не хотеть. Но тебе восемнадцать.

- Мне скоро девятнадцать, - возразила она. – Картер, ты думаешь, я передумаю? Думаешь, что снова испугаюсь?

Я молчал. Да, я этого боялся больше всего на свете, но озвучивать не хотел.

- У нас все по-другому. У нас никогда не было свиданий. Мы выросли вместе, и прошли немало препятствий. Когда я пойду в колледж, я хочу носить фамилию Майлс-Холмес. Хочу быть твоей, по-настоящему. И плевать, сколько мне лет.

«Хочу» Кейли действуют на меня определенным образом. Я всегда делал то, о чем она просила. Но сейчас она проснулась среди ночи и просит на ней жениться. В ее глазах такая мольба.

- Это слишком серьезно, Кейли. Ведь я соглашусь. Я женюсь на тебе и никогда не дам развода. Ты должна понимать, что ты делаешь.

- Я много думала об этом. Поверь мне. И это не способ, чтобы показать, что я взрослая.

Она изменилась. Эта авария и выкидыш оказали на нее определенное влияние. Она многое поняла и осознала, но это предложение слишком удивило меня.

- Это вообще никакой не способ, - продолжала она. – Просто, я люблю тебя.

Кейли никогда мне не говорила этих слов. Еще один гром среди ясного неба.

- И я тебя, чертенок. Всегда любил.

Она притянула меня к себе, и я поцеловал ее. На этот раз со всей любовью и страстью, на которую был только способен.

Эпилог.

Мой учебный год на новом месте начнется с понедельника, а значит, у нас с Кейли есть еще два дня, которые я планировал провести в нашем лофте. Лукас снял его с продажи, когда мы еще находились в больнице.

Телефон издал звук, и я включил блютуз-гарнитуру.

- Лукас.

- Картер.

- Нууу?

- Ты подслушивал, кретин!

Я громко рассмеялся. Вчера я «случайно» подслушал телефонный разговор Лукаса с Эмили. Мой старший братишка, наконец-то поборол своего внутреннего альфа-самца и признался Эм в любви.

- Это ты кретин, - со смехом ответил я. – Эм слишком долго ждала, чтобы услышать это по телефону.

- Но ведь услышала же. Я итак очень старался.

- Ты молодец, Лукас. Я горжусь тобой.

Лукас хохотнул, потом спросил серьезно:

- Ты сделаешь это сегодня?

- Да.

- Вы психи. Позвони мне позже. Я прилечу только на следующий уикенд.

- Хорошо. Увидимся.


- Как Лос-Анджелес? – спросила меня Долорес, когда я вошел в парадные двери.

- По-прежнему слишком «голливуден», бабуль, - ответил я, целуя ее в щеку.

Она потрепала меня за волосы и указала рукой в сторону лоджии.

- Оуэн просил, чтобы ты зашел сначала к нему, как приедешь.

Я кивнул и прошел за стеклянные двери.

Зоуи сидела в плетеном кресле и читала книгу. Оуэн сидел у ее ног с лэптопом на коленях. Рядом, они выглядели по истине прекрасно. Рисунки на загорелом теле Оуэна и чистая идеальная кожа Зоуи сочетали безупречный контраст дерзкого и нежного. Она любила его, и он простил ее. Родители Кейли тоже имели свою непростую историю.

В последние дни, я совсем не думал о том, что видел в Оушенсайде. Эта поездка сохранила лишь страстные воспоминания о ночи, проведенной в мотеле. Думая об этом, у меня твердело одно место. Так что наша ночь полностью затмила моих настоящих родителей. И я не страдал по этому поводу и был по-прежнему спокоен.

Сон стал постепенно возвращаться, и после аварии, я даже навестил доктора Морриса. Он гордился моими успехами. Я сказал, что все равно для меня он «промыватель мозгов», на что он рассмеялся, и сказал, что надеется меня здесь больше не увидеть.

Так и будет. Потому что я буду рядом с Кейли.

- Картер.

Голос Оуэна вывел меня из раздумий. Он отложил лэптоп и встал мне навстречу.

-Ты хотел со мной поговорить? – спросил я, пожимая ему руку.

- Да. Ты же знаешь, что Кейли заявила нам о том, что вы женитесь.

Зоуи при этом слове, отчаянно вздохнула.

- Ты дашь мне благословение?

Оуэн улыбнулся.

- Вы и без него это сделаете.

Он был прав. Но мне нужна была его поддержка. Он отец Кейли и она его боготворит.

- Твоя поддержка много для нас значит, - сказал я.

- Так. – Зоуи с грохотом положила книгу и посмотрела на меня и Оуэна. – Похоже, мое мнение здесь никого не волнует.

Оуэн снова улыбнулся.

- Скажи ему, милая. Скажи Картеру, что не ненавидишь его.

Я слегка опешил. Зоуи поджала и губы и посмотрела мне прямо в глаза.

- Как бы я себя ни вела и чтобы ни говорила, ты часть нашей сумасшедшей семейки, Картер. Ты появился тогда, когда нужен был. Я жалею о многом, в том числе и о словах, сказанных в твой адрес. Ты был звеном, объединяющим моих детей. Все, я сказала. – Она развела в сторону руки. – Но я все равно против того, чтобы они женились так рано.

Пока я подбирал челюсть от сказанных слов Зоуи, Оуэн, хлопнув меня по плечу, рассмеялся.

- Детка, ты сделала меня папашей и мужем в восемнадцать. И я вполне справился с обеими ролями. Так что, тут причины разные. Но, Картер. – Его голос вдруг стал серьезным. – Кейли сложная и импульсивная. Не мне тебе говорить. И я верю, что ты с ней справишься. Честно говоря, я тоже не в восторге от раннего брака единственной дочери, но запрещать я не буду. Мне не все равно, но решайте это сами.

Не находя слов, я крепко его обнял. Потом, обойдя стеклянный стол, подошел к Зоуи и оставил легкий поцелуй на ее щеке. Она слабо улыбнулась и просто кивнула.

Я вышел из лоджии, и, перепрыгивая ступеньки, кинулся в комнату Кейли.

* * *

- Чертенок…

Я спустился к ее ногам и стал покрывать поцелуями бедра. Кейли тихо стонала, запустив пальцы мне в волосы.

Мы только что зашли в лофт и накинулись друг на друга. Я так хотел ее, что буквально поедал ее кожу, стягивая с нее шорты. Пальцы коснулись влажного треугольника между ног Кейли и она громко охнула.

- Боже мой, Картер. Как я хочу тебя.

Я встал на ноги, и Кейли пришлось высоко поднять голову, чтобы посмотреть на меня. Я накрыл ее губы и, почувствовав у себя во рту ее язык, подхватил за попу. Кейли мигом обернула вокруг меня свои ножки. Я прислонил ее к стене и, оторвавшись от сочных губ, стал прокладывать дорожку поцелуев к ложбинке ее груди. Кейли стянула с себя майку. Я освободил одну грудь из чашечки лифчика и прососался к соску. Кейли уже не сдерживалась, открыто демонстрируя, как она меня желает. Ее ручка спустилась с моей шее и поползла к паху. Я был тверд, что терял рассудок.

- Стой, чертенок, подожди.

Тяжело дыша, я оторвался от груди и спрятал ее обратно, чтобы было меньше соблазна.

- Что? – громко спросила она. – Мы так долго ждали.

- Ты будешь подо мной и на мне всю ночь, любимая. Но сначала, я должен кое-что тебе показать.

Она вскинула идеальные брови.

Все так же держа ее на руках, я поднялся на верх, и опустил Кейли на кровать.

- Посмотри туда.

Она посмотрела туда, куда я указывал. Прямо над кроватью висел тот самый рисунок, когда она мне позировала. Я заказал для него раму и подписал.

- «Обреченные», - прочитала Кейли. – Так же, как и твое тату.

Она взяла мою руку и поцеловала каждую букву на ней.

- Почему?

- Это в самом хорошем смысле, какой только может быть у этого слова. Я обречен, Кейли. Как только я увидел тебя, я пропал.

- Обречены на любовь – звучит так романтично. Спасибо. – Она встала на колени и поцеловала меня.

- Это еще не все.

Я уложил ее на кровать и, встав на колени, расставил свои ноги между ее телом. Я скрестил руки и рывком снял с себя футболку.

- Стриптиз, - прикусив губу, сказала Кейли, но увидев то, что я ей демонстрировал, замолчала.

Она привстала и провела пальцем по свежей татуировке на моем животе.

- Настоящая?

Кейли, уже обеими руками водила по чернильным буквам, составляющим надпись – «Merry Me» («Выход за меня» с англ.).

- Самая настоящая, - ответил я.