— А что тут? — спрашиваю у Оли.

— Авокадо, огурец, киви, лимонный сок… шпинат, если не ошибаюсь. Жутко полезная штука.

— Спасибо. Мне полегче, но главное — не хочется вернуть съеденное обратно.

* * *

— Как себя чувствуешь? — обеспокоенно спрашивает Оля спустя два дня.

— Лучше, — ничуть не вру.

За эти пару дней я даже умудрилась набрать целый киллограм. Просто заметила, что щеки стали больше, да и румянец на них появился. Взвесилась, а там — плюс один. Обрадовалась.

— Я рада. Завтракаешь по-прежнему моим смузи?

— Конечно. Без него я бы не выжила.

Я снова не вру. Утром мой желудок воспринимает только смузи, приготовленное по рецепту Оли. В обед я могу смириться с фруктами, а к вечеру начинаю есть все, что попадется на глаза. Отрываюсь за прошедшие недели недоедания.

С физической стороны мне куда легче. Голова прояснилась, мозг перестал быть в постоянном стрессе из-за голодания, да и энергии прибавилось. О моральной и эмоциональной стороне говорить не хочу, но к психологу уже записалась. Не уверена, что смогу рассказатаь хоть что-то, но начинать нужно.

— Слушай, у нас тут на днях небольшой праздник намечается. Чисто для своих. Не хочешь сходить? — спрашивает Оля.

— Можно, — соглашаюсь. Пора выходить из дома и начинать жить, я итак провела месяц в панцыре, не выбираясь на улицу.

— Отлично. Завтра за нарядом тогда поедем, бельем, украшениями.

Оля радуется, как ребенок, а еще обнимает меня за плечи, не стесняясь проявлять своих чувств. Только сейчас вдруг осознается, какой эгоисткой я была в отношении подруги. Она так ради меня старалась, присматривала, да и содержала, потому что денег у меня с собой не было, а я… Я даже не могла ее поблагодарить. Смотрела волком и жалела себя. Неправильно поступала, в общем.

От признания, какой дурой я была меня отвлекает трель дверного замка.

— Я открою, — отстранившись, говорит Оля.

Через минуту она возвращается с бумагами в руках, смотрит на них удивленно, а затем передает мне. Несколько секунд мне требуется, чтобы понять, что это результаты моих анализов. Видна сильная нехватка витаминов, но оно и не удивительно при таком образе жизни.

— Кажется, ты беременна, — говорит Оля, протягивая мне последний листок.

Там анализ уровня ХГЧ. Понятия не имею, зачем врач назначил его, но цифры впечатляют. Они слишком, слишком выше тех, которые считаются нормой.

— Ты видишь цифры, Лера? — восторженно говорит Оля. — Это же означает, что ты…

— Оль… это означает, что у меня какое-то заболевание. Не нужно радоваться.

Моей сдержанности подруга не разделяет и протягивает мне телефон.

— Звони врачу и спрашивай.

Я киваю. Оля права. Надо узнать, что за болезнь он у меня заподозрил, раз назначил этот тест. После гудков и приветствий, говорю доктору свою фамилию и прошу расшифровать полученные анализы.

— А что там расшифровывать? — удивляется он. — Вы беременны. А еще у вас авитаминоз. Но это поправимо. Придете, я вам витамины выпишу.

— Это какая-то ошибка, — лепечу я. — У меня не может быть детей.

По ту сторону трубки раздается смех.

— Валерия, никакой ошибки быть не может. Все ваши анализы указывают на беременность. Но если не верите — приходите на УЗИ. Записать вас?

— Да, запишите. Когда есть время?

— Завтра в десять есть, подходит?

— Да, подходит. Спасибо.

Я отключаюсь и растерянно протягиваю телефон подруге.

— Ну что там? Подтвердил?

— Бред какой-то, — шепчу, не в силах поверить в беременность.

Этого просто не может быть! Не может, и всё тут…

Глава 56

Лера

— Вот, видите? — доктор тычет пальцем в экран монитора. — Это темное пятнышко — ваш ребенок.

Я киваю, все еще не в силах поверить, что это правда. Там, на экране, отчетливо виден маленький комочек, появления которого я ждала долгие годы. Теперь он там, а я здесь, не в состоянии справиться с эмоциями. Плачу, стираю слезы со щек и снова плачу, потому что не могу удержаться.

— Патологий в развитии не вижу, пока все в полном порядке. Угрозы для беременности тоже нет, плодное яйцо крепко прикреплено к стенке. Но вы все же постарайтесь поберечься, — наставляет врач. — Витамины я вам пропишу, питание сбалансированное, насколько позволяет токсикоз в первом триместре, разумеется, — добавляет уже с улыбкой.

Я лишь киваю болванчиком и перехватываю салфетку, чтобы вытереть гель с еще плоского, впалого живота. Поверить не могу, что там у меня ребенок. Пока я чувствую его только сильнейшим токсикозом, который воспринимала за банальное недоедание и стресс.

— Доктор, а то, что я так ела все это время… не повлияет на ребенка?

Ответ на этот вопрос волнует меня больше всего, ведь я, сама того не подозревая, могла навредить малышу.

— Думаю, нет. Главное, дальше так не продолжайте. И успокоительные пропейте, чтобы больше не нервничать.

— Я не буду, — обещаю скорее себе, чем врачу. — Точно не буду.

— Отлично. Я напишу вам рекомендации.

Пока врач что-то пишет в моей карте, я с улыбкой смотрю перед собой и думаю, что пора менять свою жизнь. Записаться в бассейн и на курсы беременных, купить книжку о беременности и детях, а еще больше гулять и попытаться не думать о прошлом.

— Мне ведь можно в бассейн? — уточняю у доктора.

— Да, можно, — кивает он. — Вам вообще все можно в разумных пределах. Занимайтесь спортом, гуляйте, ешьте, заряжайтесь позитивными эмоциями. Делайте то, что вам хочется. Вот рекомендации. Если что — звоните.

Я беру листочек с его рук и улыбаюсь. Благодарю за осмотр и прощаюсь, покидая кабинет. Уже на улице вспоминаю, что не задала слишком много вопросов, но сдерживаю себя от звонка. Вряд ли доктор, у которого таких мнительных пациентов сотня, обрадуется, если я начну звонить ему каждый час.

Сегодня Оля отпустила меня одну. Мне гораздо легче, и я перестала быть беспомощной, поэтому вызываю такси с приложения и жду, когда оно приедет. Дверь клиники за моей спиной открывается. Я оборачиваюсь и вижу доктора, который только что меня осматривал. Думаю, стоит ли подходить к нему, тем более что он явно собрался кому-то звонить.

— Простите, — наконец, нахожу в себе силы обратиться к нему. — Я могу спросить у вас?

— Да, — он радушно улыбается.

— Я забыла просто там в кабинете спросить, — виновато говорю. — Как часто мне приходить на осмотр?

— Там в листочке я все написал. В идеале — раз в две недели, но если вам нравится со мной общаться, можете приходить хоть каждый день.

Я чувствую, как мои щеки покрываются румянцем, а на лице блуждает идиотская улыбка. Определенно, она появилась потому что я чувствую себя глупой. Ну почему не прочитать все рекомендации до конца?

— Извините, я просто не дочитала.

— Ничего страшного, — доктор снова улыбается. — Я действительно не против, чтобы вы приходили каждый день.

Хорошо, что от необходимости отвечать меня спасает прибывшая машина такси. Я тактично прощаюсь и позорно сбегаю от разговора, который мне показался флиртом.

Дома меня ждет тщательный расспрос от Оли. Она перехватывает меня у порога, тянет на кухню и, усадив за стол, спрашивает:

— Ну что? Беременна?

— Да, — улыбаюсь и кладу снимки узи и рекомендации на стол.

— А я говорила! — восклицает она и хлопает в ладоши. — Говорила ведь, что ты беременна! Эх, Лерка, поздравляю! Ты так давно этого ждала.

После радостных воплей и разговоров по душам, повисает неловкая пауза. Оля молчит и не задает вопросы, которые ее безусловно интересуют, и на которые я пока не могу дать ответов. А еще я пока не знаю, что мне делать дальше. Как быть с деньгами, которых теперь потребуется немало. Устроиться на работу я не смогу из-за беременности. Можно, конечно, рассчитывать на помощь от государства, ведь здесь платят неплохие деньги, но их не хватит на все потребности. Брать деньги у Оли мне неудобно.

— О чем задумалась? — спрашивает подруга. — Ты аж побледнела.

Я выдавливаю из себя улыбку и честно говорю:

— О деньгах думаю. Я итак здесь за твой счет живу, а теперь… я на работу хотела устроиться, но видимо — не выйдет.

— Господи, да успокойся ты, — отмахивается Оля. — Я тебя к себе в магазин возьму консультантом, хочешь? Плачу я очень хорошо, работы не так много, к тому же, тебе я разрешу сидеть на рабочем месте и отлучиться на обед.

— Правда возьмешь?

— Ну, конечно. Что за глупости? Ты же мне как сестра родная. Мы вместе столько пережили.

— Спасибо тебе, — я обнимаю подругу за плечи и чувствую какое-то дикое облегчение.

Я смогу быть полезной, зарабатывать денег и быть не лишней в доме подруги, хотя, если честно, меня слегка напрягает то, что я вынуждена жить с Олей. У нее, конечно, пока никого нет. Она свободная мать-одиночка, но так ведь будет не всегда. Не хочу, чтобы она стеснялась привести мужчину в собственный дом, о чем тут же ей сообщаю.

— Господи, вот даже не думай об этом, — смеется подруга. — Если я захочу привести мужика, так тебе и скажу, а вообще… — она делает паузу. — Нахрена мне мужик, которого звать домой должна я?

Мы смеемся. Я окончательно расслабляюсь. Оля права — она не из стеснительных. Если захочет привести кого-то домой — с легкостью попросит меня побыть в своей комнате и не мешать ей устраивать личную жизнь. Это я в таких делах профан и стесняшка, а она — кремень.

Глава 57

Лера

— Вес набираете отлично, — хвалит доктор на очередном приеме.

— Да, мне даже кажется, что много, — отвечаю с улыбкой, прикладывая руку к животу.