Она целует меня в щёку, затем хватает сумку и прощается с папой. Папа улыбается мне, берет термос с кофе и отправляется на работу. Я стою ещё несколько секунд, пытаясь понять их реакцию. Я чувствую, как улыбка медленно растягивает моё лицо, и понимаю, что всё прошло очень хорошо. Я справился. Несмотря на то, что я знал Лили меньше суток, она значила для меня больше, чем я мог себе представить. Но я бы предпочёл попадать под её очарование снова и снова, чем совсем ничего не чувствовать.

Прошлой ночью я поздно уснул, лежал в кровати, прокручивая в голове прошедший день, думая о каждом её движении, каждом прикосновении к ней и о жажде вновь увидеть её.

Я схватил сумку, вышел на улицу и сел в джип. Я направился прямо к дому Лили. Выехав раньше, я подумал, что, возможно, смогу войти внутрь и познакомиться впервые с её родителями или что-то ещё. Узнав меня, они бы поняли, что их дочь подвозит не какой-то сумасшедший, а тот, кто будет о ней заботиться. Я также хотел бы сказать им, что встречаюсь с Лили, так как она теперь будет много времени проводить со мной. Подъезжая к её дому, я увидел, как Лили уже шла вниз по тротуару. Злость вспыхнула во мне, когда я увидел её здесь, на холоде. Подъехав к обочине, я остановился и выпрыгнул из салона.

- Привет, - говорю я, возникнув перед Лили. Она испуганно смотрит на меня, как будто не ожидала здесь увидеть. – Снова решила удрать?

- Нет, я просто подумала, что ты, возможно, забыл про меня. – Она не сводила глаз с земли, и мне пришлось подойти к ней ближе, протянуть руку и обхватить её подбородок.

- Я никогда не забуду про тебя, Лили. Никогда. – Я увидел, как слёзы заполнили её глаза, и притянул её в свои объятия. – Всё хорошо, малышка? – Она кивнула, но я не мог отделаться от мысли, что что-то было не так. – Эй, давай в джип, там тепло, и ты согреешься. Держу пари, что ты не завтракала сегодня, не так ли?

Я взял её руку, открыл перед ней дверцу джипа и посадил её внутрь, подняв. Схватив с заднего сиденья сумку, я положил её на колени Лили. Они были всё ещё теплыми.

- Моя мама готовит самые лучшие маффины с шоколадными кусочками, я подумал, что ты, возможно, захотела бы съесть один. Или три.

Я подмигнул ей и увидел, как её лицо, уставившееся на сумку, загорелось. Закрыв дверь, я обошел джип, к тому времени, когда я забрался внутрь, то ощутил запах, разлившегося в воздухе кабины, тёплого шоколада.

- Это сделало мой день, - говорит Лили, откусывая маффин.

Я наблюдаю за ней и вижу, как начинают блестеть её глаза, когда она улыбается – и всё это делает не просто мой день, а целый год. На уголке её рта от маффина осталось шоколадное пятнышко, и я не смог сдержать себя.

Наклонившись вперёд, я прижимаю ладонь к её щеке, поворачивая голову к себе. Она выглядит немного испуганной, но не боится меня.

– Я хочу поцеловать тебя, Лили Паркер. Потому что ты самая сладкая и самая прекрасная девушка, которую я когда-либо встречал, и если я этого не сделаю, то умру. Но как только я тебя поцелую, ты будешь принадлежать мне.

Она облизывает губы и смотрит на меня. Когда в её ярких голубых невинных глазах появляются огоньки, я могу заметить в них желание.

Нежно касаюсь её губ, мягких как шёлк, своими. Они полные и сладкие, и когда она чуть приоткрывает губы, мой язык врывается внутрь. Она на вкус как мята и шоколад, и у меня возникло желание съесть её. Но это всего лишь наш первый поцелуй – один из многих, и я стараюсь продвигаться медленно и осторожно.

Недостаточно его одного, но я отодвигаюсь назад и, прислонившись своим лбом к её, вдыхаю аромат Лили. Она пахнет Рождеством и домом одновременно. Волнение, уют и головокружительное чувство охватывают меня с ног до головы.

Я ждал её всю мою жизнь.


Глава 11

Лили

Я снова хотела почувствовать его губы на моих и потянулась к нему. Весь мир растворился в его поцелуе, и я хотела, чтобы он никогда не кончался. Как вчера в столовой, он окружил нас защитным пузырём, который я никогда бы не захотела покинуть. Мне не было никакого дела до остального мира в этот момент, всё сузилось до одного поцелуя. Я всего лишь девушка, которая впервые поцеловала мальчика. Хотя я не уверена, что Рэна можно назвать мальчиком.

Я хотела, чтобы он узнал, как плохо мне было этим утром, и боялась его реакции, если он узнает. Не желая столкнуться с ним, я решила пойти пешком. Это было неразумно и глупо, не имело никакого смысла, но я испугалась. По необъяснимой причине. Он пришёл, и у меня возникло чувство, что он всегда будет приходить за мной.

Я придвигаюсь к нему вплотную, углубляя поцелуй. Его губы раскрылись, и мне захотелось попытаться подарить ему то же мягкое прикосновение языка, что и он мне раньше. Звук вылетел из его горла или, может, из моего. Я прижалась к нему крепче, не желая оставлять между нами никакого пространства. Он обвивает мое тело руками, а ладони кладет на спину.

Я дернулась от боли, пронзившей всё моё тело, но не могу пошевелиться, так как руки Рэна всё ещё обнимают меня. Мои глаза встречаются с его, и я вижу беспокойство на его лице.

- Извини, - шепчу я, надеясь, что он не будет задавать вопросов. Но надежда быстро угасла.

- Повернись, - приказывает он.

- Ничего страшного, я просто упала и ударилась о стол. – Сегодня утром я не стала рассматривать свой синяк, поэтому не знала, насколько плохо он выглядел. Не могла заставить себя посмотреть на него, но я его чувствовала. Мне не хотелось лишний раз вспоминать события прошлой ночи. Я бы предпочла забыть об этом или попытаться притвориться, что ничего не произошло.

- Повернись, малышка. – Он говорит так нежно, что я сдаюсь. Медленно развернувшись на сиденье, я слегка наклоняюсь вперёд и чувствую, как он приподнимает пальто и рубашку, чтобы осмотреть нижнюю часть моей спины.

- Чёрт, - слышу я его бормотание. Его большая рука мягко касается синяка, а потом я чувствую его губы. Прикосновение настолько нежное и сладкое, что на глаза наворачиваются слёзы. Кто же знал, что такой гигант может быть настолько нежным?

- Болит, малышка? – спрашивает он, и моё сердце начинает сильнее колотиться в груди. Каждый раз, когда он называет меня «малышкой», внутри становится очень тепло.

- Нет, всё в порядке. – Он поправляет рубашку и пальто, и я поворачиваюсь к нему. Беспокойство написано на его лице. – Я в порядке, правда. – Пытаюсь его успокоить. Приятно, когда кто-то заботится о тебе. Даже если речь идёт о каком-то синяке.

Он наклоняется ко мне и мягко целует.

– Дай мне знать, если он начнет тебя беспокоить.

Я киваю и улыбаюсь. Я так рада, что, увидев синяк, он не просит рассказать меня больше.

Джип съезжает с бордюра, и мы направляемся в школу. Снег такой обильный, хорошо, что мне не придётся идти пешком. Я не могу остановиться и всю дорогу бросаю взгляды на Рэна. Я откусила ещё чуть-чуть от маффина, который он дал мне, наслаждаясь его сладким вкусом.

Он поймал меня в тот момент, когда я в очередной раз бросила на него взгляд, он улыбнулся мне, от чего его глаза заблестели, а я покраснела. Боже, какой он красивый. У меня дыхание перехватывает из-за него. Интересно, для него наш поцелуй тоже был первым, но из-за застенчивости не решаюсь спросить. Возможно, что нет. Если учесть, что девочки в школе не сводят с него глаз. А он сам является звездой футбола. Впрочем, я бы предпочла не знать о каких-либо других поцелуях.

- Не двигайся, - говорит он мне, когда въезжает на школьную парковку. Он хватает мой рюкзак, вылезает из джипа и направляется к моей стороне. Открыв дверцу, он помогает мне спуститься вниз, и я протягиваю руку, чтобы забрать рюкзак. Он качает головой и снова дарит мне одну из своих умопомрачительных улыбок. – Я возьму его, малышка. Кроме того, у тебя спина болит.

Рюкзак не мешал бы моей травмированной спине, но я знаю, что он всё равно его не отдаст. Он берёт меня за руку, после того как закрывает дверь джипа, и мы идём в школу. Я замечаю взгляды, обращенные на нас. Несколько человек приветствуют Рэна. Он кивает им в ответ, но ничего не говорит. Понятно, что он популярен, но я не уверена, что ему это нравится.

Когда мы доходим до его шкафчика, я всё ещё чувствую взгляды вокруг себя. Не уверена, смотрят ли они на него или же на меня. Я не обращаю никакого внимания, пока Рэн расстегивает моё пальто, помогает мне его снять вместе с шапкой и перчатками. Он убирает все мои вещи внутрь, затем свои и захлопывает дверцу.

- Мифология? – спрашивает он меня, закрыв дверцу шкафчика, и мне требуется минута, чтобы понять, о чём идет речь.

- Да, у тебя тоже? – не свожу я с него глаз, надеясь.

- Может быть. – Он хватает мою руку снова и ведёт меня вниз по коридору.

Может, у нас одинаковое расписание? Как он может не знать, одинаковые у нас уроки или нет? Мы проходим мимо хихикающих Кристен и Керри, которые, увидев нас, тут же замолкают. Глаза Кристен сузились, прежде чем она разочарованно покачала головой. Я не знаю, что значит этот жест. Рэн же вообще не смотрит на них, продолжая идти. Он, если честно, вообще ни на кого не смотрит, кроме меня. Люди расступаются перед ним, поскольку он идёт в центре коридора, но он, похоже, этого не замечает.

Он заводит меня в класс, и я выбираю свободное место в конце класса. Он ставит мой рюкзак рядом со стулом, на котором я сижу. Затем кладет обе руки на стол, наклоняется ко мне, будто защищая меня от чьих-либо взглядов и заполняя всё пространство вокруг меня собой.

- Не уходи без меня. Если меня не будет в классе после звонка, подожди меня.

Я кивнула ему. Его гиперопека зарождает что-то глубоко во мне.

- Скажи мне, малышка, - говорит он, приподнимая бровь.

- Я буду ждать тебя.

Он наклоняется ко мне, быстро целует, и вот уже я смотрю, как он решительно выходит из класса. Я сижу и чувствую сладость от его губ ещё долгое время, после того как учитель начал урок.