— Какие у вас планы на сегодняшний день? Вы свободны?

— В общем, нет. — Лена решила притормозить столь стремительный напор. — Мне нужно вернуться в отель, скоро придет мама.

Она поднялась и открыла сумочку, чтобы достать деньги. Однако Игорь опередил ее — он положил на столик несколько купюр и поднялся тоже:

— Я провожу вас.

Это было сказано тоном, не допускающим возражений, и Лена опять внутренне возмутилась — да как он смеет!

— Спасибо, я смогу найти дорогу сама.

— И все-таки я вас провожу.

Они вышли на Калле Валарезо и направились в сторону отеля. Какое-то время они шли молча, и Лена подумала — странный он все-таки, этот Игорь. То говорит без умолку, а то словно язык проглотил! Она искоса посмотрела на него. Он заметил ее взгляд:

— Вас удивляет, что я молчу?

Лена пожала плечами:

— Да нет, молчите, если хотите.

— Просто я не знаю, с чего начать. Я ведь к вам подсел не просто потому, что вы мне понравились — а вы мне ужасно понравились. У меня к вам есть предложение. Если хотите — деловое.

— Да?

— Я фотограф.

— Да?

— И неплохой фотограф, смею вас уверить.

— Да?

— Вы умеете говорить еще что-нибудь, кроме «да»? — не выдержал он.

Лена зловредно улыбнулась:

— Да.

Он искоса посмотрел на нее, но воздержался от ответной язвительности и продолжил:

— Так вот. Я хотел бы поснимать вас на фоне Венеции. У вас удивительное лицо. И здешний антураж — как раз то, что нужно. Что скажете? Вот теперь вы можете снова сказать «да».

— Нет.

Игорь удивился:

— Позвольте узнать, почему?

Лена улыбнулась и посмотрела на часы:

— Впрочем, может быть, и «да». Но совсем маленькое «да», просто во-от такое крошечное, с мизинчик. У вас есть полчаса. В четыре я должна быть в отеле. Справитесь?

— Это несерьезно! Что можно сделать за полчаса? Несколько пробных снимков! Что, если нам встретиться завтра? Хотя нет — завтра я весь день буду занят. Послезавтра?

— Посмотрим. А пока — на ближайшие полчаса я в вашем распоряжении.


Войдя в свой номер, Лена на ходу скинула платье и отправилась под душ — все-таки жара есть жара. В комнате, правда, было прохладно — работали кондиционеры. Но на улице уже пекло нещадно. Теперь Лена понимала, почему труд фотомодели считается нелегким, — за эти полчаса съемок она устала так, как не уставала от двух часов занятий аэробикой. Игорь поворачивал ее то в полупрофиль, то в профиль, заставлял застывать в самых неудобных позах — например, на цыпочках с закинутыми за голову руками — ну и так далее. Нет уж, дудки, больше она с ним встречаться не будет! Ну и что, что у него зеленые глаза — обращается он с ней, как с восточной рабыней!

3

Чуть тронув широкой кисточкой с румянами скулы, Лена отстранилась и вгляделась в свое отражение. Она сидела перед зеркалом уже почти час, а нужного эффекта добиться не могла — лицо казалось ей то слишком бледным, то излишне ярким. Она перепробовала с десяток вариантов макияжа — все не то.

Сегодня на четыре часа в «Гритти Пэлас» был назначен показ моделей русской коллекции, а затем — большой прием. Манекенщицы будут присутствовать среди гостей в эксклюзивных платьях, чтобы потенциальные заказчицы могли поближе разглядеть приглянувшуюся модель — такая практика давно принята на Западе. Для Лены это был первый выход в свет — и еще какой! Венеция, роскошный отель, множество красивых женщин и мужчин. Лена чувствовала себя Золушкой перед королевским балом. Слава Богу, мама будет рядом! Было бы совсем здорово, если бы она и сейчас была здесь, но Ольга Васильевна еще с утра уехала в «Гритти Пэлас» — она была организатором этого действа с русской стороны.

Ленин туалет они подробно обсудили вчера вечером. По такому случаю совершенно разорились — было куплено вечернее платье у Валентино: элегантно-простое белое платье на тоненьких бретельках и белые туфли на высочайшей шпильке.

Переговоры с невероятно вежливыми продавщицами в роскошном магазине взяла на себя Ольга Васильевна, а притихшая Лена только послушно выполняла мамины указания. Зато потом, когда они вернулись в отель и покупки доставили к ним в номер, Лена немедленно облачилась во все новоприобретенное. Ольга Васильевна с улыбкой наблюдала, как дочь крутится перед зеркалом, с восторгом оглядывая себя со всех сторон, а потом достала из сумки небольшую бархатную коробочку и протянула Лене:

— Думаю, что это замечательно дополнит твой туалет. Эта вещица принадлежала твоей бабушке.

Лена с любопытством открыла коробочку — на белом шелке лежала нитка великолепного жемчуга.

— Ой, мамочка! Как красиво! — Лена немедленно надела ожерелье и бросилась целовать мать. Ольга Васильевна немного отстранила ее от себя и с любовью вгляделась в сияющее лицо дочери.

— Я хотела подарить его тебе на восемнадцатилетие, но, поскольку завтра тебе предстоит что-то вроде первого бала, можно не ждать месяц.

— Пусть это и считается подарком на восемнадцатилетие!

Ольга Васильевна улыбнулась:

— Ладно, там видно будет.

Сейчас платье висело на плечиках, коробочка с жемчугом стояла на подзеркальнике, а Лена безуспешно пыталась понравиться себе в зеркале. Наконец, поняв, что времени остается совсем немного, она остановилась на самом простом варианте макияжа: чуть тронутые прозрачно-розовыми румянами скулы, бледно-розовая помада на губах. Волосы после долгих попыток сделать прическу Лена в конце концов оставила распущенными — волной белого золота они струились по плечам и сбегали по открытой спине. Ровно в половине четвертого она стояла на ступеньках отеля — водное такси, как карета феи, должно было доставить ее на бал в «Гритти Пэлас».

Как прошел показ моделей, Лена впоследствии вспомнить не могла — великолепие окружающей обстановки совершенно подавило ее, все было как в тумане. Вспышки блицев, музыка, подиум, недоступные, как мечта, манекенщицы, блеск украшений и множество народу — женщины в открытых вечерних платьях и мужчины в смокингах. Ольга Васильевна усадила Лену в кресло и вернулась к своим обязанностям хозяйки — к ней все время подходили какие-то люди, она улыбалась, что-то рассказывала по-английски и по-итальянски.

Только-только Лена начала приходить в себя и более-менее осмысленно воспринимать окружающее, как кто-то тронул ее за плечо.

— Не ожидал вас здесь встретить. Опять судьба.

Она стремительно обернулась и увидела своего вчерашнего знакомого. Выглядел он весьма импозантно: вместо футболки и линялых джинсов на нем был смокинг, светлые волосы аккуратно приглажены, от вчерашней небрежной щетины не осталось и следа — побрит безупречно. Светский лев, покоритель девичьих сердец! А зеленые глаза смотрят все так же пристально. Почему ее так смущает этот взгляд?

— Можно узнать, какой счастливой случайности я обязан встречей здесь с вами? — спросил Игорь.

— Это не случайность. Я здесь с мамой.

— А можно узнать, кто же наша мама?

«Говорит со мной, как с младенцем: гули-гули, мы совсем большие», — с раздражением подумала Лена, но сдержалась и ответила:

— Можно. Ольга Васильевна Трофимова.

На лице Игоря промелькнуло удивление, однако он быстро справился с ним и посмотрел в сторону Лениной мамы, занятой беседой с каким-то важным итальянцем.

— Вообще-то я мог бы и сам догадаться. А я-то думал, кого вы мне напоминаете? Вы с мамой очень похожи. Та же северная красота.

Лена через силу вежливо улыбнулась:

— Спасибо за комплимент.

— Это не комплимент, а чистая правда.

Ольга Васильевна, оставив толстого итальянского бизнесмена, направлялась к ним. Подойдя, она приветливо улыбнулась Игорю:

— Я вижу, вы уже познакомились. Очень рада. Игорь, я могу поручить тебе свою дочь на сегодняшний вечер? Если ты, конечно, свободен.

— Разумеется. Все деловые вопросы уже улажены. Я с удовольствием присмотрю за Еленой… — Он сделал многозначительную паузу.

— Григорьевной, — продолжила Лена. — Но если вы будете хорошо себя вести, я разрешу вам называть меня просто по имени.

— Я ваш верный раб. — Игорь склонился в шутливом поклоне. — На сегодняшний вечер и на всю жизнь.

Ольга Васильевна посмотрела на них и усмехнулась:

— Ну, я вижу, что скучно вам не будет. Леночка, Игорь отвезет тебя домой, когда ты захочешь, а я, вероятно, вынуждена буду пробыть здесь до утра.

— Не волнуйтесь, — Игорь придал своему голосу солидность, — ваша дочь в надежных руках.

Он проводил глазами Ольгу Васильевну и повернулся к Лене. В глазах у него плясали смешинки.

— Ну что, прекрасная Елена, не желаете ли пройти в банкетный зал? Бродетти на этот раз вам не обещаю, но будет шампанское и икра.


Лена лежала в своей роскошной постели под легким покрывалом. Четыре утра — сна ни в одном глазу. И мама все еще не вернулась. В памяти всплывали подробности сегодняшнего вечера: сверкающий зал, множество людей… Но все заслоняли зеленые глаза ее нового знакомого. Странно — такое чувство в ней еще не вызывал ни один человек. Чувство постоянного раздражения и в то же время ощущение какой-то неодолимо-притягательной силы. Очень часто в течение этого вечера ей хотелось убежать от него, наговорить ему гадостей — так ее злила неизменная ласковая насмешка, звучавшая в его голосе. Но стоило ей встретиться с ним взглядом, и она чувствовала себя укрощенной. И то, что произошло потом… Ох нет, лучше сейчас об этом не думать!

Манящая, зовущая глубина его зеленых глаз опять напомнила ей море. Когда она была маленькой, мама возила ее кататься на морском пароходике. Лена любила, перегнувшись через перила, смотреть на тяжелые темные волны и с трудом боролась с искушением прыгнуть им навстречу. Многие испытывают то же завораживающее чувство, когда смотрят с высоты, — сочетание ощущения смертельной опасности и неодолимого желания пренебречь ею. То же самое чувствовала Лена, когда смотрела Игорю в глаза. Сегодняшний вечер действительно был бы сказочным, если бы не… Лена почувствовала, как к глазам подступили непрошеные слезы. Глупости! Надо отнестись к этому как к романтическому эпизоду и поскорее забыть!