– На случай, если они вернутся, милорд! – Юный конюх оглянулся через плечо. – В следующий раз они его точно убьют!

– Убьют?! Да о чем ты говоришь, черт побери? – Несколькими широкими шагами Кит приблизился к пареньку, нависая над ним, словно башня. – Объясни, о чем ты!

Парень вздрогнул.

– Они были здесь, милорд. Искали вас… и миледи Блисс.

– Да кто «они»?! – Кит понимал, что своим криком наводит ужас на и без того перепуганного мальчишку, но нетерпение в нем взяло верх над здравым смыслом.

– Милорд Холм, – выдавил наконец парень, – и тот, другой, милорд Вилльерс.

– Холм и Вилльерс! Когда они здесь были? Чего хотели?

– Искали вас и миледи Блисс. Допрашивали Айзека, выясняли, где вы. Но он не хотел ничего говорить. Тогда они… лорд Холм… он приказал своим лакеям бить Айзека. Они оба здоровенные парни, с вот такими кулачищами! – Парень потряс головой, кривясь от мучительных воспоминаний. – Господи Иисусе, милорд, я думал, они его вовсе убьют!

Кит ощутил, как захлестывает душу обжигающая ярость. Этот ублюдок посмел натравить на Айзека своих цепных псов! «Я убью Холма! – думал он. – Клянусь богом, убью!»

Парень зашмыгал носом. Похоже, только мужская гордость удерживала его от слез, готовых покатиться по щекам.

– Я им все рассказал, милорд, – признался он, краснея до корней волос. – Рассказал, куда вы уехали. Выдал вас, милорд… Но я так боялся, что они убьют Айзека! Он ведь ни за что вас не предаст – скорее умрет! Но я им все рассказал, чтобы они его отпустили. Простите меня, милорд.

С тяжелым вздохом Кит положил руку юноше на плечо.

– Ты поступил правильно, Джереми, – успокоил он конюха. – С Холмом и Вилльерсом я разберусь позже. Но что с Айзеком? Он выживет?

Молодой конюх покачал головой.

– Доктор не знает, милорд. Говорит, это станет ясно только через несколько дней.

Кит сжал кулаки. Ярость ревела и билась в нем, точно живое существо; но он знал, что должен мыслить ясно и действовать разумно, не поддаваясь безрассудным порывам.

– Оседлай мне свежую лошадь, Джереми. Поеду навестить Айзека.

– А лорд Холм и лорд Вилльерс? – воскликнул Джереми. – Они ведь поехали на север! В Барторп-Холл!

– Знаю, – угрюмо ответил Кит. – Но сейчас я не могу их остановить. Сперва выясню, что с Айзеком, затем уж буду думать о Холме и Вилльерсе.

Кит едва дождался, пока Джереми оседлает коня. Взметнувшись в седло, он поскакал к лесу, объехав деревню стороной: чем меньше людей узнает, что он в Четеме, тем лучше.

В этот самый миг, думал он, Бейзил Холм и Стивен Вилльерс, наверно, въезжают во двор Барторп-Холла. Если бы Кит в стремлении сократить путь не проехал большую часть дороги полями, то мог бы встретить их по пути. Возможно, даже сумел бы их остановить… Нет, сейчас он не будет об этом думать. Не станет беспокоиться о Блисс. Она – его жена, никогда больше она не позволит своему бывшему опекуну и этому гаденышу Вилльерсу их разлучить!

С трепетом в сердце Кит вошел в домик, где жил сам и где умер его отец. Бесс, девушка из деревни, приходившая к нему убираться и готовить еду, была здесь и кипятила воду на очаге. Услышав шаги, она резко обернулась: хорошенький ротик округлился, в глазах застыл страх.

– Милорд! – с облегчением воскликнула она. – Это вы! А я думала…

– Что это лакеи Холма? – закончил Кит.

– Да, – призналась она. – Вы привезли с собой миледи?

– Нет, она осталась в Барторп-Холле в Йоркшире.

– Ой, милорд! Ведь они прямо туда и едут! Милорд Холм и милорд Вилльерс! Они…

– Знаю, – прервал ее Кит. – Джереми мне рассказал.

– Им он тоже все рассказал, – недовольно проворчала девушка.

– Бесс, он сделал это, чтобы спасти Айзека, – серьезно ответил Кит. – Он сказал, что испугался за его жизнь.

– И правильно испугался, милорд, – вздохнула она, покосившись на кровать, задернутую старенькой занавеской.

– Как он? – с дрожью в голосе спросил Кит.

– Доктор говорит, что, наверно, выживет, хоть у стариков такие раны заживают хуже.

Кит подошел к кровати и, отодвинув занавеску, взглянул на старого друга. Айзек лежал на спине, укрытый одеялом до подбородка; но и то, что увидел Кит, заставило его содрогнуться.

Айзека едва можно было узнать. Все лицо его было в синяках и ссадинах, нос сломан. Под обоими глазами – огромные синяки. Он спал тяжело и неспокойно, морщась и постанывая во сне.

– У него сломана левая рука, – шепотом рассказывала Бесс. – И нога. Доктор говорит, что он будет хромать до конца жизни.

– Он прописал лекарства? – спросил Кит.

– Да, оставил здесь лечебное средство. Вон, видите, флакончик на камине? Не знаю, что это такое, милорд, но так пахнет – просто чудо!

Кит улыбнулся, несмотря на обуревающий его гнев.

– А оно помогает, как тебе кажется?

– Да, милорд, от этого лекарства он все время спит – а для него сейчас лучше всего спать. Я кормлю его, чем могу. Вон там, в горшке, каша-размазня. Сами понимаете, жевать он сейчас не может, но кашу можно просто глотать…

– Ты молодец, Бесс, – похвалил Кит, ласково беря ее за руку. – Вижу, ты хорошо о нем заботишься.

– Как же иначе, милорд? – просто ответила она. – Ведь он мне родня! Да и все мы здесь, в Четеме, – как одна семья.

– Верно, – согласился Кит. Он заметил, что розовые щечки девушки побледнели, а под глазами залегли темные круги. – Ты устала, – заметил он. – Почему бы тебе не переночевать дома? А я посижу с ним.

– Но, милорд! – запротестовала девушка. – Это неправильно! Вы не должны утруждаться…

– Глупости, Бесс, – улыбнулся он. – Разве я не живу с вами? Разве не превратился за последнее время в простого крестьянина? Или все изменилось оттого, что теперь я женат на владелице замка Четем?

– Женаты? – расширила глаза Бесс. – Вы, милорд? На леди Блисс?

– Да, Бесс, и теперь Четем снова вернулся к де Уайлдам.

По личику девушки расплылась широкая счастливая улыбка.

– А теперь иди домой и отдыхай. Я посижу с Айзеком, а завтра, когда ты вернешься, уеду в Йоркшир. Доброй ночи, Бесс.

– Доброй ночи, милорд.

Девушка накинула шерстяной плащ и, завязав тесемки на башмаках, вышла на улицу, в холодную, ветреную ночь.

– Бесс! – окликнул ее Кит с крыльца. – Матери можешь сказать, что я здесь, но больше об этом не должен знать никто.

– Как скажете, милорд, – без лишних вопросов согласилась Бесс и растаяла в ночи.


На следующее утро, вскоре после рассвета, Кит отправился в обратный путь. Теперь он не так волновался за Айзека. Ночью старик очнулся и обрадовался до слез, увидев у своей постели молодого лорда. Узнав, что Кит и Блисс поженились, он не стал скрывать радости и потребовал от Кита немедленно вернуться в Йоркшир, чтобы сэр Бейзил и Стивен Вилльерс не успели как-нибудь там напакостить. Кит, в свою очередь, пообещал Айзеку, что скоро вернется в Четем хозяином – а хозяйкой в замке станет прекрасная Блисс.

Но уверенность Кита в счастливом будущем растаяла, едва он ступил во двор Барторп-Холла. Здесь было пустынно и тихо: казалось, в воздухе пахло бедой. Где же Блисс? – думал Кит, спешиваясь. Почему не спешит ему навстречу?

Дверь была заперта. Кит постучал, и на пороге появился дворецкий Валентайн, но вместо того чтобы впустить молодого хозяина, слуга преградил ему путь.

– Прошу прощения, милорд, но у меня приказ не впускать вас в замок.

– Приказ? – ошарашенно повторил Кит. – О чем вы говорите, Валентайн? Где леди де Уайлд?

– Миледи уехала, милорд. Возвратилась в Лондон вместе с милордом Холмом и милордом Вилльерсом.

– Холм и Вилльерс увезли ее! – взревел Кит. – Почему же ты их не остановил?!

– Она уехала по своей воле, милорд. И я выполняю ее приказ. Простите, милорд. Ваши вещи упакованы и сложены в экипаж на конюшне.

– Но, Валентайн, – воскликнул Кит, – не могу поверить, чтобы Блисс…

– Простите, милорд, – отводя глаза, ответил дворецкий, – но у меня приказ. Прощайте, милорд.

И он захлопнул тяжелую дверь перед носом у Кита.

24

– Я начал дело о расторжении брака, – сообщил сэр Бейзил за ужином вскоре после возвращения в Лондон.

– И как долго оно продлится? – тихо спросила Блисс, не отрывая взгляда от нетронутой тарелки. Она боялась выдать себя выражением лица.

– Суды работают медленно, – ответил опекун. – Но не думаю, что дело затянется. Благодари бога, что ты была помолвлена со Стивеном! Поскольку брачный контракт был нарушен, мы можем требовать признания брака недействительным. В противном случае пришлось бы просить о разводе – а для этого необходимо разрешение парламента. – Он печально покачал головой. – Но даже так это нам дорого обойдется.

Блисс встала, отложив салфетку.

– Если не возражаете, сэр…

– Ты даже не притронулась к ужину! – заметил сэр Бейзил. – Почти ничего не ешь с тех пор, как мы вернулись!

Блисс вяло махнула рукой и пошла прочь из столовой… но сэр Бейзил остановил ее.

– Блисс! – Он отложил нож и вилку. – Стивен сказал мне, что ты согласна выйти за него замуж после расторжения брака.

– Да, согласна, – ответила Блисс.

– Отлично. – Сэр Бейзил благожелательно улыбнулся. Наконец-то, думал он, его подопечная повзрослела и взялась за ум! – Из вас получится прекрасная пара!

Блисс кивнула и вышла. Прекрасная пара… Да, наверно. Она принесет в семью богатство, Стивен – имя и связи. Именно по такому принципу заключаются браки среди аристократов. «Прекрасная пара!» – скажут о них все вокруг.

В их семье не будет лишь одного, думала Блисс, поднимаясь в спальню, чтобы переодеться к предстоящему балу, куда должна была ехать со Стивеном. Любви. Она не чувствует к Стивену ничего, кроме – в лучшем случае – дружеского расположения. Он не способен тронуть ее сердце, взволновать душу. А значит, не способен ранить ее так, как ранил Кит. С ним Блисс будет в безопасности.