– Не узнает? О чем? – спросил Джеймс с порога.

Глава 51

При виде внезапно появившегося мужа Джорджина немедленно вскочила и стала стеной между ним и братом. Вряд ли, конечно, это помешало бы Джеймсу при желании наброситься на Бойда. Поэтому тот напрягся и приготовился к драке.

Но Джеймс заверил жену:

– Успокойся, дорогая, я не собираюсь пускать ему кровь в твоем присутствии.

– Значит, мне придется весь год не отходить от него? – раздраженно осведомилась Джорджина.

Джеймс вскинул золотистую бровь:

– Значит, я не знаю чего-то очень страшного?

– В зависимости от того, как на это взглянуть, – уклончиво пробормотала жена.

– И что же ты от меня утаила?

Джорджина уже хотела ответить, но поспешно сжала губы и упрямо уставилась на мужа. Джеймс пожал плечами и, войдя в комнату, снял перчатки и швырнул на ближайший столик. Подобная манера вести себя была обманчивой. Этот человек мог сгорать от ярости и выглядеть абсолютно бесстрастным.

Он остановился перед Бойдом. Джорджина не тронулась с места. Муж дал слово, что не тронет его. Однако ничего не упомянул о поломанных костях. Бойд не встал в оборонительную стойку, но и не расслабился.

– Я слушаю, – коротко бросил Джеймс.

– Мы говорили о Кейти, как ты, возможно, уже догадался, И наверное, ты лучше сможешь ответить на один вопрос: она охотно перешла на твой корабль, чтобы вернуться в Англию, но так ли уж спешит снова отправиться в путешествие?

– Вовсе нет. Она счастлива с новой семьей и готова остаться в Лондоне по крайней мере на зиму, чтобы получше нас узнать.

– В самом деле?

Джеймсу явно не понравился радостный тон Бойда.

– Какое значение это имеет?! – рявкнул он.

– Потому что это дает мне надежду на то, что теперь она выйдет за меня.

– Вот как? И почему ты считаешь, что мы готовы принять тебя?

– Джеймс Мэлори… – предостерегающе начала Джорджина.

Но Бойд только рассмеялся:

– Достаточно плохо уже то, что мне приходится сражаться с Кейти не на жизнь, а на смерть, чтобы заставить ее признаться в любви ко мне. Придется драться и с Мэлори?!

– У меня для тебя новость, янки. Мы вовсе не собираемся признаваться тебе в любви.

Бойд покачал головой:

– Ты знаешь, о чем я. Хочу, чтобы Кейти стала моей женой. По-моему, я дал понять это еще до того, как покинул Англию вместе с ней.

– Это было прежде, чем она стала моей племянницей. Теперь ты ее не получишь!

– А вот это зависит не от тебя. А от нее.

– Хочешь побиться об заклад?

Бойд не вышел из себя: слишком важным был разговор.

– Единственным ее доводом против брака было проклятое кругосветное путешествие. Вбила себе в голову, что как только выйдет замуж и нарожает детей, никогда больше не сможет путешествовать. Но если она готова забыть о путешествии на всю зиму, возможно, воссоединение с семьей, которую только что узнала, заставило ее изменить мнение, или по крайней мере теперь она стала выше ценить родственные отношения.

– Полагаешь, будто это что-то изменит?

Бойд вздохнул:

– Джеймс, она спросила, дождусь ли я ее. Тебе это ничего не говорит?

– Говорит, что между вами был серьезный разговор. А что еще было между вами?

Бойд не ответил. Джорджина поспешно втиснулась между ними и сжала ладонями лицо мужа. Джеймс отнюдь не дурак. Молчание Бойда – и есть тот ответ, которого он не хотел слышать.

– Знаешь, это все меняет, – сказала она. – Как тогда для нас и моих братьев. Они позволили нам пожениться…

– Настояли, – перебил Джеймс.

– Вот как? Но если вспомнить поточнее…

– Лучше не надо, – предупредил Джеймс.

Джорджина ослепительно улыбнулась, не обращая внимания на хмурую физиономию мужа. Бойд сдержал смех.

Неужели эти двое считают, что он и его братья так ничего и не поняли? Джеймс буквально вырвал у них согласие, дав понять, что все знают: их милая невинная сестричка делила с ним каюту… Причем сделал это намеренно.

– А как насчет Эми и Уоррена? – продолжала Джорджина. – Как только вы с братом обнаружили их в постели, мгновенно забыли о вражде. И сразу потащили бы их к алтарю, если бы Эми не стала упираться и настаивать, что никуда не пойдет, пока Уоррен не сделает предложения!

– Ты права, Джордж, – пробормотал Джеймс и тут же набросился на Бойда: – Надеюсь, ты не овладел Кейти против ее воли?

– Ты это всерьез? Подобные шутки вряд ли можно назвать смешными.

– Я не собирался шутить. И поскольку твое негодование можно назвать искренним, к несчастью, это меняет все. Но не воображай, что ты также легко убедишь Энтони. Он крайне чувствителен во всем, что касается его старшей дочери. Потерянные годы, сожаления, угрызения совести… все это по-прежнему давит ему на плечи, несмотря на то что Кейти сразу же стала своей в семье Мэлори.

– Да, но ведь ты будешь на стороне Бойда в этом споре, верно? – уточнила Джорджина.

Золотистая бровь Джеймса снова взлетела вверх.

– Разве не довольно и того, что я не буду его убивать?

Глава 52

Кейти выглянула в окно экипажа. Впереди маячил особняк Миллардов. На деревьях, росших по обе стороны подъездной аллеи и вокруг дома, уже не было листьев. И во дворе, и в доме – никаких признаков жизни. Сегодня ее привез сюда отец. Розалин и Джудит очень хотели поехать с ними, но Энтони не позволил. Объяснил, что это касается только его и Кейти. Но она полагала, что отец просто боится скандальных обличений со стороны Летиции и не хотел расстраивать жену и среднюю дочь. Что ни говори, а придется одолеть сопротивление Летиции, если они хотят увидеть Софи.

Всю дорогу Кейти сжимала руку Энтони и твердила себе, что эта вторая семья, Милларды, больше ничего для нее не значит. Теперь у нее полно родных, которые с радостью ее приняли, С того момента, когда она вошла в их дом на Пиккадилли, а Джудит обхватила ее за талию и прижалась своим маленьким тельцем, покой и мир наполнили душу Кейти.

– Я знала! Знала! – восклицала бурлившая восторгом Джудит. – Должна же быть причина, по которой я так полюбила тебя! Вот она, эта причина!

– Откуда тебе известно? – удивилась Кейти. – Я думала, тебе никто не сказал.

– Тони послал весточку уведомить нас, что вы вернулись, – пояснила вошедшая Розалин. – Я посчитала, что должна подготовить Джудит, но какое счастье, что вы не задержались в дороге! Добро пожаловать, Кейти!

Она обняла девушку. Та зарыдала. Только в этот момент она ощутила, что наконец-то оказалась дома. Тут появился Энтони, что-то бормоча о женщинах, которые вопреки здравому смыслу способны плакать от счастья.

Прием ей оказали самый теплый. Весь этот день и следующий двери в доме не закрывались. Мэлори приезжали и уезжали, но все заверяли нового члена семьи, как рады ее появлению. Кейти ни разу не усомнилась в их словах. Вчера вечером Розалин устроила семейный ужин, на котором присутствовал Уоррен Андерсон, брат Бойда, с которым она теперь тоже породнилась через Эми, племянницу Энтони, и младшую дочь Эдварда.

Каким сюрпризом стала для нее эта встреча! Уоррен был ничуть не похож на Бойда. Намного старше и выше… она бы ни за что не узнала в нем брата Бойда и Джорджины! И, судя по пренебрежительным репликам Мэлори в его адрес, никогда не подумала бы, что он тоже член семьи.

– Ты опять здесь, янки? Какая жалость! – бросил Джеймс.

– Тебе следовало бы подольше бывать в море и оставлять Эми и детей дома, – подхватил Энтони. – Может, они и будут немного скучать по тебе. В отличие от нас.

– Можешь не стараться, – посоветовал Джеймс брату. – Он слишком туп, чтобы понять намеки.

Все это произносилось так серьезно, что пораженная Кейти отвела Розалин в сторону.

– Почему Мэлори насмехаются над Андерсонами?

– Не все, – заверила Розалин. – Только Тони и Джеймс. Эти двое всегда выступают заодно и не терпят ни малейшей оппозиции, а Андерсоны при первой встрече действительно пытались повесить Джеймса. Да еще избили его до потери сознания. Мало того, несмотря на горячую любовь Джорджины к Джеймсу, они всячески старались их разлучить.

– Об этом я слышала, – призналась Кейти.

– Ну ты уже немного знаешь Джеймса и должна понять, почему Андерсоны не спешили отдать ему сестру. Но хотя Тони и Джеймс продолжают измываться над Уорреном, все мы знаем, что это не всерьез.

Кейти понимала… хотя и с трудом. И поскольку Уоррен смеялся вместе со всеми, Розалин ничуть не преувеличивала и мужчины Мэлори действительно не имели намерений его оскорбить.

Значит, это тот брат, которого Бойд приводил ей в пример? Человек, бравший, в море жену и детей. И Эми, живая, энергичная, веселая, очевидно, ничуть не возражала против такого положения вещей. Она была второй женщиной в семье, унаследовавшей цыганскую красоту от предков. Но она обладала весьма странным качеством.

– Я не предсказываю будущее, – смеясь, объясняла Эми, – но наделена чем-то вроде дара предвидения.

– Ну да, а потому заставила меня поспешить в Англию, потому что у Мэлори вскоре должен появиться новый член семьи, – добавил Уоррен. – И, как обычно, оказалась права.

– Я все думала, у кого же родится малыш? – хихикнула Эми. – Но рада, что «новорожденная» – это ты, Кейти. Вот увидишь, мы станем лучшими подругами.

Похоже, она была совершенно уверена в своих словах. Кейти не успела ничего сказать, как Эми, наклонившись к ее уху, прошептала:

– Не стоит так страдать, дорогая. Ты и не представляешь, сколько счастья ждет тебя впереди. Я уже побилась на это об заклад.

Только когда Эми и Уоррен уехали, Кейти обнаружила, что Эми в жизни не проиграла ни одного пари. Стоило ей побиться об заклад, и все происходило по ее желанию! Это Джереми рассказал Кейти о необычайных способностях Эми и пожаловался, что Эми постоянно этим пользуется. Кейти нашла всю эту историю малоправдоподобной. Может, это семейная шутка или ее решили разыграть?