Он медленно поднял на нее взгляд:

— Удачного второго брака? В Калифорнии? С американцем?

— Только посмотри, как она сияет! — воскликнула Александра и взяла жениха за руку. — Я знаю, ты ведь хочешь, чтобы герцогиня была счастлива, любима и окружена заботой.

Стивен посмотрел на Джулию, медленно поднимаясь.

— Ты действительно счастлива? Я пытался навести справки об этом Джефферсоне. К сожалению, поскольку он — американец, моим людям понадобится несколько месяцев, чтобы выяснить, нет ли у него сомнительного прошлого. Но одну вещь я знаю наверняка: у него нет средств, мама, тем более таких, как у тебя.

— Меня не волнует то, что у него скромные доходы! И у него нет никакого темного прошлого. Он — хороший человек, Стивен, и мне бы хотелось, чтобы вы с Александрой присоединились к нам за ужином сегодня вечером. У тебя будет возможность узнать его лучше. Всего одного вечера будет достаточно, чтобы ты убедился, насколько он силен и надежен.

Стивен мрачно посмотрел на мать.

Взгляд Александры метался между ними. Щеки вдовствующей герцогини пылали. Джулия имела полное право на второй шанс в жизни, на любовь и счастье. Александра не была знакома с Джефферсоном, но видела его на балу в Херрингтон‑Холл: с первого взгляда было понятно, что это сильный, честный, искренний человек. Он казался цельным и мощным, как древний дуб.

И теперь, когда Александра немного знала о жизни, которую вела Джулия, о том, как герцогиня пожертвовала всем ради сына, она понимала будущую свекровь намного лучше.

Александра взглянула на Стивена. Она знала, как рьяно бросается он на защиту тех, кого любит, о ком заботится, не думая о последствиях. Но Стивен менялся. Теперь он часто улыбался, смеялся, нежно брал ее за руку. Он уже дважды рассказывал Александре о своем детстве: сначала о Томе, потом — о сэре Рексе. Она и представить себе не могла, каким жестоким был старый герцог, так называемый отец! В детстве Стивен сильно страдал, и Александра была поражена, что он сумел стать таким хорошим, добрым человеком. И теперь, когда она узнавала о жизни любимого и лучше понимала его, все приобретало свой смысл. В ответ на откровенность Стивена Александра поделилась с ним мучительными воспоминаниями о смерти матери и решении порвать с Оуэном, отказавшись от личного счастья.

Теперь прежняя боль, казалось, навсегда осталась в прошлом. Былые страдания были похоронены и преданы забвению, как тому и следовало быть.

И Стивен перестал оглядываться через плечо, ища кого‑то в темных углах комнат.

Теперь он хотел подумать о браках для сестер Александры. Стивен заявил, что после грядущей свадьбы его приоритетом станет поиск подходящих партий для Оливии и Кори.

Так, разумеется, и должно было быть. По своей натуре Стивен оказался настоящим семьянином. Под защитой герцога Клервудского теперь была не только его будущая жена:

это покровительство автоматически распространялось на ее сестер — и даже на ее отца. Стивен ничего не говорил Александре, но она не сомневалась в том, что он рассчитался со всеми долгами Эджмонта.

Больше не было никаких тайн. Не было боли. Огромные, одинокие, холодные залы Клервуда внезапно потеплели, наполнились ярким светом, будто стены особняка окрасились лучами солнца. И теперь в их доме каждый день было множество гостей. Нередко наведывался Алексей в компании своей жены Элис. Почти так же часто в Клервуде бывали Ариэлла и Эмилиан, Джек О’Нил, сэр Рекс и леди Бланш. Как‑то не отличавшийся примерной репутацией капитан Девлин О’Нил, отец Элис, приехал на ужин со своей американской женой, и это был восхитительный вечер. Фактически буквально каждый родственник из семейств де Уоренн и О’Нил, живший в пределах графства или по соседству, регулярно навещал Клервуд. И гости никогда не приезжали одни, всегда брали с собой детей и внуков всех возрастов.

Стивен и его невеста не объявляли о своих свадебных планах открыто, но Алексей, Элис и Ариэлла знали о будущем бракосочетании. Александра не сомневалась в том, что благодаря им весть о торжестве донеслась и до всех близких из семей де Уоренн и О’Нил, что стало причиной неожиданной популярности новоиспеченной пары. И несмотря на то что с поздравлениями стоило немного повременить, гости не стеснялись многозначительно подмигивать друг другу, обмениваться рукопожатиями и поцелуями.

Было очевидно: будущее отцовство Стивена давно перестало быть тайной в этой большой, сплоченной, любящей семье.

Сестры теперь приезжали в Клервуд каждую неделю: неизменно сияя улыбками, они с нетерпением обсуждали планы Александры на будущее. Очевидно, Оливия и Кори тоже догадывались о скорой свадьбе и светились от радости за старшую сестру. Девочки мечтали навещать ее чаще, но сейчас они были слишком заняты начавшейся реконструкцией Эджмонт‑Уэй. После всех этих унылых лет разрухи дом отремонтировали снаружи и внутри — и особняк преобразился. Конюшню и амбар снесли и выстроили заново. Кроме того, Оливия и Кори обновили гардероб: теперь сестры выглядели такими модными и элегантными!

Девочки наверняка будут приятно взволнованы, когда узнают, что скоро будет настоящая пышная свадьба, а не тайное бракосочетание. Александра улыбнулась: она не могла дождаться момента, когда скажет им об этом.

Александра вдруг посерьезнела, совсем немного. Она не знала, что это значит, но все чаще замечала, как пользующийся скандальной славой Джек О’Нил внимательно смот рит на Оливию. Александра не знала, радоваться или тревожиться по поводу столь явного интереса, который он проявлял к ее сестре. Несмотря на то что Джек был сыном капитана О’Нила, средств у молодого человека было немного. Он даже собирался вернуться в Америку, чтобы сделать там состояние. Кроме того, у Джека была репутация распутника. Александра твердила себе, что ошибается и он не увлечен ее кроткой, благоразумной сестрой, и все же не была в этом абсолютно уверена.

Очнувшись от своих мыслей, Александра улыбнулась Джулии.

— Мы с удовольствием поужинаем с вами и мистером Джефферсоном сегодня вечером, — сказала она и взяла Стивена под руку. — Уверена, мы полюбим его так же, как и вы.

Стивен покорно вздохнул:

— Очень хорошо. Хотя мне и непросто с этим смириться, я вижу, что ты уже все решила. Мы не только поужинаем с американцем сегодня вечером — я постараюсь найти с ним общий язык, думаю, он заслуживает презумпции невиновности.

Джулия просияла, стиснув сына в объятиях, и Александра понимающе улыбнулась. Она нисколько не сомневалась в том, что Стивен уступит пожеланиям матери. В конце концов, он ведь так изменился! Клервуд наверняка позволит герцогине‑вдове жить так, как ей хочется.

В этот радостный момент на пороге столовой появился Гильермо.

— Ваша светлость? Мисс Болтон? Прибыл граф Адарский. С ним — графиня и несколько маленьких детей.

— Проводи их сюда и попроси повара приготовить что‑нибудь особенное, чтобы угодить всем, — тотчас распорядился Стивен и взглянул на Александру: — Ты не возражаешь? Ты ведь еще не знакома с Тайрелом, его жена Лизи — чудесная женщина!

— Конечно, не возражаю, — ответила Александра. Ей еще не доводилось встречать ни одного члена семейства де Уоренн, который не вызвал бы симпатии.

Мгновением спустя в столовую вбежали шестеро мальчиков и девочек, сопровождаемые мрачно‑привлекательным Тайрелом де Уоренном и его пухленькой супругой Лизи. Когда с официальным знакомством было покончено, Стивен притянул Александру в свои объятия и раскрыл родным свою тайну, поведав о грядущей свадьбе. Граф поцеловал Александру в щеку и объявил, что с радостью принимает в их большую семью, а Лизи обняла невесту и обещала помочь, если молодым понадобятся ее советы. Александра начала оживленно болтать с женой графа, пока дети затеяли веселые игры, их визг и смех наполнил столовую. Никто из взрослых и не подумал отчитать малышню — всем просто было не до этого.

Стоя на другом конце комнаты, Александра поймала на себе взгляд Стивена. Один из маленьких кузенов пробежал мимо, с размаху врезавшись в герцога, и тот улыбнулся невесте. Глядя в сияющие счастьем глаза своего прекрасного принца, Александра одарила его ответной улыбкой и почувствовала, как сердце раздувается от невероятной силы любви, словно она вот‑вот воспарит к небесам. Александра поняла, что ее молитвы услышаны: конец у этой сказки обязательно будет счастливым.

И в этот момент, обведя взглядом комнату, она вдруг догадалась, почему теперь залы Клервуда стали такими теплыми и светлыми. Все было просто: отныне они звенели от смеха и наполнялись любовью.