Стае мог появиться в любую минуту. Хотя у нее еще оставалась робкая надежда, что он не станет демонстрировать свой гнев при коллегах. Хотя никто из них никак не прокомментировал ее помятый вид, не считая нескольких понимающих мужских взглядов, зеркало, висящее у входа, сообщило ей неприятную правду. Несмотря на все ее декоративные ухищрения, в нем отражалась весьма растрепанная девица с явными следами бурной ночи. Одна шея с синими пятнами чего стоила! А блестящие, как у наркомана, глаза и вспухшие губы! Жуть!

Она специально надела яркий розовый свитерок с высоким воротом, чтобы отвлекал внимание сослуживцев на себя, но не была столь наивной, чтобы верить в то, что Стае не заметит следы чужих ласк. Пыталась рассудительно внушить себе, что вполне сможет дать ему отпор. Но при одной только мысли об этом все тело охватывала дрожь.

Пожалела, что отказалась от помощи Влада. Ведь предлагал же он приехать с ней и самому объясниться с соперником. Но ее гордыня не позволила принять от него защиту. Хотя это и впрямь его обязанность в сложившейся ситуации. Она сокрушенно припомнила собственный ответ, произнесенный с глупым апломбом: «Не будешь же ты караулить меня каждый день! Прекрасно знаешь, что со Стасом можно выяснять отношения бесконечно. На него такая мелочь не действует. Разъярится только еще больше, и весь результат».

Влад с сомнением согласился, не желая спорить, и вот она, празднуя пиррову победу, сидит и трясется, ожидая неприятностей.

Нервные размышления прервал их виновник, стремительно заскочивший в открытую дверь комнаты. Быстро оказавшись рядом с онемевшей от неожиданности девушкой, обнял за плечи, сорвал с места и повел к выходу. Она попыталась упираться, даже схватилась рукой за косяк двери, но он этого не заметил, упорно таща ее за собой.

В коридоре она снова попыталась сбросить его руку с плеча и возмутиться:

– Что ты себе позволяешь! Отпусти меня немедленно!

Он яростно скосил глаза на пятна, видневшиеся на бледной коже, и заскрипел зубами.

– Уж лучше помолчи, целее будешь!

Аня почувствовала, как по спине пробежала струйка холодного пота. Колени ослабли, захотелось стать невидимкой и улететь отсюда. Стае навис над ней и провел пальцем по предательскому пятну.

– Что это? – спросил обманчиво спокойным голосом.

– Не думаю, что тебе нужно что-то объяснять. Не маленький, сам понимаешь. – Девушка удивилась, как независимо, даже вызывающе, прозвучал голос. А она-то боялась, что от ужаса не сможет вымолвить ни слова!

Разозлившись, Стае попытался потащить ее дальше, но тут на его плечо легла твердая рука. Стае пренебрежительно повернулся и чуть слышно выругался. Недовольный диким поведением парня, Владимир Сергеевич озабоченно оглядел подопечную с ног до головы. Красная, взъерошенная, она вызывала недоумение и множество вопросов. Но Владимир Сергеевич ограничился только одним:

– Вы в порядке?

– Конечно! Все замечательно! – Девушка перевела дух и подхватила начальника под руку. – У вас ко мне дело? Идемте скорей! – И потащила его прочь от опасного поклонника.

Стае взбешенно крикнул ей вслед:

– Я еще поговорю с твоим хахалем, сейчас же съезжу к нему на работу! Не думаю, что ему понравится наш откровенный разговор!

Девушка поежилась и ускорила шаг. Теперь она почти бежала, оставив далеко позади и Стаса, и Владимира Сергеевича. У кабинета начальника замедлила шаг, несколько раз глубоко вздохнула, чтобы прийти в себя, и уже спокойно зашла внутрь после его приглашающего взмаха. Он усадил девушку в кресло, налил из бутылки стакан минеральной воды, дождался, пока она мелкими глотками, постукивая зубами о край стакана, ее же выпьет. Покачав головой, прошел за свой стол, но не сел, а остался стоять, заведя руки за спину. Помолчав, чтобы дать ей возможность собраться с мыслями, озабоченно спросил:

– Аня, что происходит? Сначала я слышал нелепые сплетни о вашей со Стасом якобы почти состоявшейся свадьбе. А сегодня он в буквальном смысле уволок вас из комнаты прямо из-под носа сотрудников. Если бы не Нина Васильевна, которая заполошно прибежала ко мне и умоляла броситься на выручку, уж и не знаю, что бы у вас произошло. Так в чем дело?

Аня героическим усилием сдержала готовые закапать слезы и, шмыгая носом, объяснила:

– Просто он решил, что на мне вполне можно жениться, не консультируясь по этому поводу ни с кем, а со мной – особенно. А тут вдруг выяснилось, что я люблю другого, вот он и озверел. Не знаю, как буду работать дальше. – Она внезапно громко всхлипнула, но быстро взяла себя в руки.

Владимир Сергеевич поразился.

– Ну и ну! Я всегда знал, что Стае не подарок, но чтобы до такой степени отвратительно себя вести! Но вы не огорчайтесь. Ваш избранник – это тот, кто положил этого бугая на обе лопатки, невзирая на то что тот его и выше и тяжелее?

Аня поежилась. Информация в фирме была поставлена неплохо, не на такой недостижимой высоте, как на ее бывшей работе, но процесс осуществлялся вполне оперативно.

– Да. Но откуда вы знаете?

Начальник отдела довольно потер руки.

– С огромным наслаждением наблюдал за этим собственными глазами. Из окна приемной. Директор был занят, пришлось пару минут подождать, подошел к окну – а там такая замечательная сцена! Вам за своего друга переживать не стоит – он десяток таких буйволов уложит, как Стае. Не волнуйтесь, Аня, работайте спокойно, все уладится. Сейчас пойду скажу племянничку пару слов, после которых, гарантирую, в рабочее время он к вам приставать не станет. Вот после работы – за это ручаться не могу. Но это уже забота вашего друга.

Девушка искренне поблагодарила Владимира Сергеевича за столь своевременное вмешательство. Тихо вышла из кабинета, осторожно прикрыла дверь и опасливо огляделась по сторонам. Дорога была свободна. В два прыжка достигла комнаты сотрудников, заскочила в нее и уселась за свой стол, тяжело переводя дыхание. Нина Васильевна вопросительно посмотрела на нее. Аня показала в ответ большой палец и приложила ладонь к груди в знак пылкой благодарности. Женщина расцвела и помахала рукой.

После работы рысью пробежала мимо охраны и стрелой влетела в машину только что подъехавшего Влада.

– Надо же, а я почему-то решил, что ты опоздаешь, ведь это так приятно, когда тебя ждет личный шофер. Будь я женщиной, непременно бы так и делал.

Аня повернулась к нему, расслабилась и позволила себе слегка улыбнуться.

– А что, мудрая мысль. В следующий раз я непременно так и поступлю. Сколько времени, ты считаешь, должен ждать водитель, чтобы проникнуться уважением к долгожданному пассажиру?

Влад нажал на газ и осторожно вырулил на дорогу. Грубовато буркнул:

– Ты лучше забудь, что я тебе наболтал! Лучшее украшение женщины – точность!

Минут через пять, не глядя на нее, осторожно спросил:

– Как там поживает наш дорогой Стае? Ты его видела?

Я с ним поругалась. Если бы не Владимир Сергеевич, мне было бы плохо. Стае решил, что, если со мной переспит, то я тебя благополучно забуду. – Спрятав лицо в ладонях, Аня наконец дала волю слезам.

Влад внимательно посмотрел на девушку, потом на дорогу. На его лице резче обозначились скулы, руки судорожно сжали руль.

– Не против, если мы поговорим об этом позже, когда будем дома? А то я вмажусь в чей-нибудь бампер, и это далеко не худший вариант.

Она виновато поежилась:

– Конечно. Извини. Я не сдержалась.

Подъехали к дому. Влад загнал машину в подземный гараж, и они поднялись на лифте на седьмой этаж.

Едва скинув куртку, Влад обнял девушку и прижал к себе. Нежно погладил по слегка растрепавшимся волосам. По ее телу пробежала нервная дрожь. Почувствовав ее напряжение, он с сочувствием прошептал:

– Досталось тебе сегодня. Нервничаешь до сих пор. Я тоже хорош – ведь знал, что представляет собой этот гусь, но ничего не предпринял. Но что можно сделать? Может, тебе уволиться? Деньги за ссуду мы выплатим.

Она глубоко вздохнула.

– Это очень много. Ведь в случае преждевременного увольнения придется платить проценты, как в банке. И мне нравится моя работа, не хочется ее бросать. А что делать – тоже не знаю. Владимир Сергеевич пообещал, что на работе Стае ко мне приставать не будет, но что потом? Не можешь же ты каждый день приезжать за мной и караулить у входа! Это будет просто смешно.

Влад нерешительно предложил:

– Стае говорил, что отстанет, если будет ребенок. Как ты на это смотришь?

– Плохо смотрю. Не хватало еще детей рожать со страху.

Он вздохнул и нахмурился.

– Ты права, конечно, хотя я не против малыша.

У Ани пронеслось в голове: конечно, в теории. Что-то он запоет, когда выяснится, что она в самом деле беременна? Вспомнив про обещание Стаса, обеспокоенно вскинула голову.

– Стае грозился поговорить с тобой по-мужски, прямо сегодня. Он у тебя был?

– Не знаю, меня сегодня весь день в офисе не было, ездил по районам, проверял компьютерные сети в филиалах.

Прижался пылающим ртом к ее губам и стал требовательно целовать. Оторвался на секунду и прошептал, не давая выскользнуть из объятий:

– Я отчаянно оголодал за день. Как жаль, что мы не можем бросить работу и отправиться на медовый месяц в какое-нибудь тепленькое местечко, хотя бы на Кипр…

Она попыталась его вразумить:

– Я тоже жутко есть хочу… Пойдем поедим… Пусти!

– Потом… Для того голода, что мучил меня весь день, нужна не пища, а ты. – Он снова припал к ее губам.

Они очутились на диване в большой комнате, который оказался ближе, чем кровать в спальне. Влад нетерпеливо сорвал с нее одежду и целовал напрягшуюся грудь, постанывая от наслаждения. Аня провела рукой по его голове и провалилась в сладкий сон наслаждения.

Очнулись от того, что у кого-то требовательно забурчало в животе.

– Однако есть хочется! – Они сказали это одновременно, посмотрели друг на друга и рассмеялись.

Следующим вечером Аня, едва выйдя с работы, сразу увидела стоящий напротив входа «сааб». Быстро спустилась с высокого крыльца, подошла к машине. Влад открыл дверцу, и она скользнула на уже привычное низкое сиденье.