Да есть люди поганки.


Но, есть и другие. Чудесные люди.


После звонка Александре, Инна несколько минут не могла прийти в себя. Глыбы тяжелые с плеч свалились, крошка ледяная из внутренностей испарилась, а с места сойти не получалось. Замерла и прислушивалась, как душа наполняется всеми, что есть, положительными эмоциями: облегчением, огромной благодарностью, радостью, и еще чем-то щемящим и волнующим. Похожим на предвкушение.


Вот ведь. Она даже не поинтересовалась у Александры, как они о ее проблеме узнали?


Да может и не важно это, узнали, как узнали и мимо не прошли. Спасибо им. Огромное - преогромное спасибо!


Да ладно, не важно тебе, что кривить душой: до жути интересно, как Барановский оказался привлеченным к решению ее проблемы? Еще интересно, вылетел он в Вену или нет?

Пашка Барановский как-то надавил и разгласили....


В первый момент, она ушам своим не поверила... После, придя в себя, написала ему сообщение:


"Спасибо тебе. Мне повезло, что с тобой встретилась"


Отправила. Правда он пока не ответил. Занят. Не игнорирует - занят. Она чувствует.


- Мам! Вдруг мы с Полиной больше не увидимся?- сын дергает за рукав, смотрит с надежной. Ждет малыш, что мама заверит его в обязательной скорой встрече с подружкой Полинкой.


Инна взявшая за правило никогда, ничего не обещать сыну понапрасну, нарушила собственное правило.


- Ну конечно увидитесь. Не переживай мой хороший,- произнесла уверенно.


Даня засиял.

Скоро тяжелый Геленваген пересек границу Московской области. Движение стало интенсивнее, Евгеньевич снизил скорость. А у Инны, зазвонил телефон. Сердце забилось ускоренно. Она еще не вынув из кармана трубку, знала кто звонит. И не ошиблась. Павел.


- Привет,- сказала, зачем-то прикрыв трубку ладонью.


- Прости, что не сразу ответил, телефон как-то переключился на беззвучный режим. Может сам переключил, и забыл. Вы где?


- Скоро будем в Сергиевом посаде. Ты в Вену не улетел?


- Не улетел.


- Ты не улетел.

Евгеньевич вырулил внедорожник на небольшую, укатанную автомобилями площадку, выбрался из салона, обошел машину, ключом открыл дверцу с Данькиной стороны.


- Пойдем Данила, разомнем ноги,- заявил не спрашивая Инны. Щелкнул карабином Данькино ремня безопастности.


- Мы тут рядом Инна Сергеевна,- сообщил протянув руку Даниле.


Тот, охотно руку принял, полез наружу из автомобиля. Ну пусть разомкнуться, раз рядом.

- Инн, я все правильно сделал. Здесь от меня больше толку чем было бы в Вене. Я бы даже сосредоточиться там не смог. Все время о тебе бы думал. Как сейчас. Стараюсь сосредоточиться, а мысли на тебя сворачивают.


- А отец, твой отец не разозлился?


- Я ему объяснил, что у меня непредвиденные обстоятельства, отец понял. Предложил мне, занять их с мамой дом, пока мы квартиру мою перестаиваем с учетом интересов Данилы. - довольным тоном поведал Павел.

Инна таращилась в окно, на марширующих по укатанной площадке Евгеньевича и сына. Что это Барановский сказал? Она хотела спросить, откуда ему стало известно о ее проблеме с опекой, а Павел сбил с мысли. Сбил. Занять дом... Вот так взять и занять. С человеком с которым знакома можно сказать - сутки.

Одни сутки. Эти сутки, поплыли у нее перед глазами.


Это не сутки - вечность. Вечность - не слово выложенное  из ледяных осколков.


Эта вечность - в мягоком шарфе на шее, сохранившем аромат мужского парфюма.


Эта вечность, закутана в теплую парку Монклер, и дело совсем не в цене и бренде - главное парку раздобыли, чтобы Инна в легком пальто не замерзла.


Вечность пахнет горячим чаем с брусничным листом, и бумажным стаканом, и  клубникой.


Вечность улыбается вместе со счастливым Данькой, научившимся на коньках кататься.


Вечность растворяется в умопомрачительном поцелуе.


И скребется в бревенчатые стены метелью.


Вечность. Вечность звучит как музыка: - "Пашка Барановский  надавил и разгласили....


Одни сутки. А как будто целая вечность. Так на то она и вечность, чтоб не кончалась...

- Паш, моя работа связана с командировками,- проговорила на выдохе.


Павел тоже выдохнул  будто, сдерживал дыхание ожидая  когда она заговорит.


- Инн, Вершинин пообещал, что в командировку ты будешь ездить не чаще раза в месяц, не дольше, чем на два дня. Мы с Данилой с тобой по командировкам помотаемся.


- Паш. Я должна Даню подготовить: для маленького ребенка, такая перемена в жизни - очень непросто.


- Инн. Для нашего Даньки есть очень веский аргумент, в целесообразности переезда. В соседнем доме  - проживают Самохины. Полину возят в очень хороший садик, думаю наш захочет, чтоб и его в этот садик отправили. Родительским домом можем пользоваться хоть до старости. Не понравится тебе - свой построим. Там же. Инн, вам по времени еще часа три, я по делам помотаюсь и подъеду к твоему дому. У подъезда вас встречу.

- Хорошо. Ты сейчас где?


- Из травмпункта вышел, иду к машине,


- Что случилось?- испугалась она.


- Со мной ничего. Трофимова привез. Я ему челюсть вывихнул.. - радостно поведал Паша.


Инна не разделила радости.


- Паш, он в полицию заявит.


- Не заявит. Ему срочно нужно компанию продать, покупателя  не просто найти, а я --  покупаю его компанию. Буквально завтра банк Самохина кредитует мне  недостающую сумму, чтобы свои средства из оборота не выдирал.

- Кредит? Зачем тебе его фирма Паш? Пусть продает кому хочет. Если ты опасаешься, что он начнет шантажировать тебя вывихом  челюсти, я могу припугнуть алиментами. - выслушав, откликнулась Инна.


Ей было совершенно не интересно, почему Трофимов вдруг собрался избавиться от бизнеса, построением которого страшно гордился. Ей было всё равно, за что Паша свернул Трофимову челюсть. Раз свернул - значит было за что. Ей не хотелось, чтобы Павел взваливал на себя лишние трудности. Огромные кредиты.

- Инн, компанию Трофимова мы немного реорганизуем и она будет приносить неплохой доход. Даня вырастет  и сам решит, что дальше с этой компанией делать.


Кстати, Егор предлагал мне и квартиру у него выкупить - по цене ниже рынка, у меня возникла мысль, приобрести апартаменты для Дани - на будущее, а потом подумал и отказался.


Повзрослеет парень, разберемся с жильем. Инн. Я соскучился.


- Я тоже. Очень. Паш. Где же ты был? Так долго,. Ты не исчезнешь?


- Не исчезну. И вас не отпущу. - очень серьезно ответил Павел.

14


Ей хотелось смеяться и плакать. Ей хотелось прижать к себе Даньку, ей хотелось добраться до дома и заглянуть в глаза Павлу. Заглянуть и окончательно убедиться, что она не делает ошибки.


Доверяя ему себя и сына.


Нет, она не то чтобы сомневалась, она просто хотела заглянуть в глаза.


Перед Московской кольцевой, пришлось немного потолкаться в пробке  но, как только выехали на МКАД  - движение пришло в рабочий режим. И трафик из области в центр, не подвел - от кольца долетели быстро,


Павла она увидела, как только свернули во двор. Он стоял возле капота припаркованного напротив ее подъезда Лендкрузера, держал в руке небольшую темно - серую сумку..

- Мам! Смотри кто!- радостно воскликнул сынок.


Евгеньевич довольно крякнул.


- Встречает. Это хорошо, вещи занесет.- произнес удовлетворенно.


Павел подошел к Геленвагену, потянул ручку дверцы со стороны Данькиного кресла.


Помог  Дане выбраться из салона, взял ребенка за ручку, сумку переместил на сгиб локтя, протянул руку Инне.


- Инн, надень капюшон. Холодно.

Она надела. И посмотрела ему в глаза. Боже ты мой, ну конечно она поступает правильно. Даже если никто не поймет их скоропалительного решения о начале совместной жизни. Да и когда ее волновало чужое мнение.


Евгеньевич достал из багажника вещи, распрощался и потихоньку поехал со двора.


Сумка в руке у Барановского шевельнулась.


- Там кто-то есть?- заметив шевеление, Данила с любопытством на сумку уставился.


- Точно!- спохватился Павел, раскрыл сумку. На дне сидел маленький крольчонок - серый, с белой грудкой.


- Зайчик!- восторженно выдохнул Даня,- а можно его подержать? Я осторожно.


- Конечно. Он твой.

Крольчонка передал ребенку. До середины груди, расстегнул на своей куртке молнию, сунул руку под куртку...и достал букетик подснежников. Протянул Инне.


- Не хотелось оставлять в салоне. Еле нашел первоцветы. Они на тебя похожи - нежные, но очень сильные. Пробиваются из-под снега. Инн. Вам нужно, что либо забрать в квартире? Поднимемся или сразу поедем домой?


- Домой? К тебе домой - в гости?- Данька аккуратно вернул крольчонка в сумку,- ой, она с дырочками, это зачем? А зайчика в гости можно?

- Это такая специальная сумка - переноска: дырочки нужны, чтобы кролику хватило воздуха. - пояснил Павел, поднял Даню на руки и продолжил,- мы конечно возьмем его с собой. Мы Дань не в гости поедем. Домой. К тебе, ко мне, и маме.


Данила не шевелясь с полминуты смотрел в Павлу в лицо. И вдруг:


- Ты что ли папа? А я догадался. Еще там, где были.. Только спросить постеснялся.


Детские ручки обили Барановского за шею. Носик ребенка в его щеку уткнулся. Даня тихонько всхлипнул.


Инна невольно всхлипнула вслед за своим маленьким сыном.

На глазах любопытных окон дома, они с Павлом вдвоем успокаивали ребенка.


- Данечка, мой хороший, мое солнышко,- шептала она своему мальчику.


- Какой ты у меня догадливый. Сам догадался. Я то думал, как тебе рассказать? А ты догадался. Дань. Там где мы будем жить, рядом, в соседнем доме - подруга твоя - Полина живет. Вы с ней будете каждый день видеться, вместе играть.