Могу поспорить, что у Люка гораздо больше, чем у парня на экране. Каково было бы ощущать Люка внутри себя? С его пальцем, мне было уютно.

Я начинаю тереть жестче, а другой рукой щипаю себя за грудь. Представляю, что это его пальцы трогают меня. Когда он прикасался ко мне на смотровом столе, ощущения были отличные, но это было в медицинских целях. Я сжимаю грудь, воображая, что это Люк грубо схватил меня. Его руки больше моих. Сильнее.

Было мгновение, на смотровом столе, когда его палец был во мне, а костяшкой он скользнул по клитору. Я сжимаюсь от воспоминания.

Он крупный парень. Солидный. С развитой мускулатурой. Более плотный, чем большинство парней в колледже. Каково было бы чувствовать его внутри себя? Сначала, это было бы неудобно. Я знаю. Но после того, как он проник бы внутрь и вышел, мое тело растянулось бы, подстраиваясь под него. Когда я покорилась бы вторжению, он начал бы двигаться по-настоящему. На что это было бы похоже с Люком?

Он нагнул бы меня, опираясь на мои бедра, двигаясь внутрь и наружу? Или положил на спину, раздвинув мои ноги? Расположившись между ними, опираясь на свои предплечья и посасывая мою грудь, двигаясь внутри?

Я кончила.

Думая о Люке.

Не о моем парне Майке.

Я хоть раз подумала о Майке? Пытаюсь вспомнить. Испытывая отвращение к себе, я хватаю ванные принадлежности и иду в общую душевую в конце коридора.

Накинув влажное полотенце на дверь шкафа, я надеваю пару выцветших джинсов и натягиваю футболку с длинными рукавами. Перекинув влажные волосы через плечо, я закрепляю их резинкой и обуваю старую пару угг без носков. Этим вещам уже несколько лет — рождественские подарки от бабушки и дедушки, еще со времен старшей школы.

Беру учебник, открываю и сажусь за стол. Это так скучно. Я провожу ручкой по тетради, когда звонит мой телефон, оповещая о пропущенном вызове. Я беру его и вижу, три пропущенных и все от моей бабушки.

Сердце забилось быстрее. Зачем она звонила три раза подряд? Похоже, я пропустила звонки, пока была в душе. Я нажимаю на кнопку «Плэй», чтобы прослушать голосовую почту. Первое сообщение пустое. Второе от бабушки с просьбой перезвонить ей. Третье снова от бабушки. — Софи, это бабушка. Дед поскользнулся на лестнице, очищая водосток. Я уверена, что все будет хорошо, но мы в Мемориальной больнице Болдуина, на обследовании, — у нее огорченный голос. — Я уверена, он в порядке, — сообщение заканчивается.

О, нет. Проверяю историю вызовов, она звонила сорок минут назад. Нажимаю на кнопку вызова и подхожу к окну. Ответь, ответь, ответь. Пожалуйста, ответь.

— Алло?

— Бабушка! — я была рада что слышу ее, а не автоответчик.

— Ах, Софи, хорошо. Ты получила мои сообщения.

— Что случилось? Дедушка в порядке? Что произошло? — я закидываю ее вопросами, не давая возможности ответить.

— Он настаивал на чистке этих чертовых водостоков и поскользнулся на лестнице.

Он ушиб голову и потерял сознание на минуту. В больнице собираются его обследовать, хотят убедиться, что спина и шея в порядке.

— Что сказал врач?

— О, милая, я не знаю. Мы приехали пару часов назад и все еще в приемном покое.

— Я уже еду, — говорю я.

Глава 6

Я вошла в вестибюль Мемориальной больницы Болдуина, благодарная тому, что нашла в общежитии того, кто смог меня подвезти. Бабушка звонила, когда я была в пути и сказала, что дедушку забрали на рентген, а она будет ждать меня в приемном покое. Проверив таблицу посетителей, мне объяснили как попасть в приемный покой. В маленькой комнатке, огороженной ширмами, я нашла бабушку листающую журнал.

— Софи, дорогая, спасибо, что пришла, — обнимает меня бабушка.

— Ну, конечно. Как ты?

— Я в порядке. Я твердо стою на ногах. А у твоего деда, вероятно сотрясение мозга.

— Бабушка! Сотрясение мозга — это серьезно.

— Ну, мы сейчас в правильном месте, чтобы это проверить. Как дела на учебе? — она похлопывает по пустому стулу рядом с собой, я сажусь и посвящаю ее во все события учебы.

Дедушку, наконец-то, привозят в палату со словами, что «скоро» вернутся с результатами.

Мы ждем. И ждем еще немного. Я рассказываю деду все, что рассказала бабушке, среди шумных медсестер и бесконечного ожидания.

Бабушка, в конце концов, соглашается выпить кофе, после того, как я несколько раз ее спросила. Думаю, она просто хочет немного передохнуть от ожидания.

Я оглядываю вестибюль в поисках кафетерия. Стою в холле и ищу стрелочку, которая укажет мне нужное направление, когда чувствую теплую ладонь на своей руке.

— Софи. Что ты здесь делаешь? Все в порядке?

Это Люк. Его ладонь все еще держит мой локоть, а взгляд обеспокоенный.

— Да, — говорю я, но качаю головой. — Со мной все хорошо. Это мой дедушка. Он упал с лестницы. Мы ждем результаты анализов. Я собираюсь купить кофе для бабушки, если найду кафетерий, — затараторила я. Люк отпускает мой локоть и засовывает руки в карманы дорогого костюма. — А почему ты здесь? — спрашиваю я, запутавшись.

Он улыбается.

— Больница. Доктор. Я здесь частенько зависаю.

— Ой. Это твоя больница? Но ты же в костюме. Почему ты не в халате?

— Я не ношу халат, если у меня нет операций. И я не назначаю операции на среду, потому что по средам заседает Совет, — он тянет за кончик моей косы. — А ты бы хотела, чтобы я был в халате, покупая кофе, Софи?

— Я, хм. Нет. Костюмы прекрасны, — растерялась я.

— Давай я провожу тебя до кофейни. Там выбор получше, чем в кафетерии, — его рука ложится на мою спину и подталкивает в другую сторону вестибюля. Кофейня сразу за углом. Видимо, я была слишком отвлечена, чтобы заметить ее.

— Твой дедушка в порядке?

— Я не знаю. Наверное? Пару часов назад, ему сделали компьютерную томографию и мы ждали результатов в приемном покое.

Люк кивает.

— Хорошо.

Я кручу в руках свой телефон.

— Спасибо, что помог мне найти кофейню, — выдавливаю я, когда он продолжает стоять и смотреть на меня.

— Твои родители здесь, Софи?

Я прячу взгляд.

— Нет, у меня не…, — смотрю на него. — Нет. Здесь только я и дедушка с бабушкой.

Он кладет руку на мое запястье, останавливая вращение телефона.

— Все будет хорошо, Софи.

— Верно — я выдавливаю слабую улыбку. — Спасибо, — я встаю в очередь, чтобы купить кофе для бабушки, который она не хотела, и смотрю вслед Люку.

* * *

Я возвращаюсь в приемный покой с кофе за минуту до того, как доктор заходит в занавешенную комнату.

— Простите, что заставила вас ждать. Я доктор МакЭлрой, у меня результаты компьютерной томографии. Они выглядят хорошо, но я хочу оставить вас на ночь под наблюдением. У вас легкое сотрясение и хотелось бы, чтобы вы были под присмотром, — она улыбнулась каждому из нас, словно наблюдение за больными с сотрясением мозга, ее любимое времяпрепровождение. — Через минуту, мы переведем вас в палату. Миссис Тисдейл, если пожелаете, вы можете провести ночь в палате мистера Тисдейла. Диваны раскладываются и они очень удобные, если вы захотите быть рядом.

Доктор продолжает говорить, когда пищит мой телефон.

Твоего дедушку, переводят в палату на ночь, для обследования. Доктор МакЭлрой специалист в своей области. Все это для предосторожности. Дай мне знать, если что — нибудь понадобится. Люк.

Ошарашенная, я смотрю на телефон. Это мило? Жутко? Я оглядываюсь. Чувствую, что за мной наблюдают. Откуда он так много знает? Что более важно, откуда у него мой номер?

Доктор МакЭлрой выходит из занавески и говорит, что нас готовы перевезти. Я смотрю на нее с большим интересом, чем раньше. На ней стандартный халат врача, но не могу не отметить, как она красива. Большие голубые глаза, обрамленные темными и длинными ресницами, не удивлюсь, если они фальшивые. Выглядят как настоящие. Ее блестящие, темные волосы подстрижены в стильный боб. Каждый волосок на своем месте.

Я ловлю себя на мысли, походит ли она Люку. Определенно. Выглядит очень ухоженной.

Меня терзает вопрос, спали ли они. Они работают в одной больнице. Сотрудники всегда спят друг с другом, по крайней мере, в сериалах о медицине, которые я смотрю по телевизору. Они может и сейчас спят вместе. Эта мысль вызывает во мне волну дискомфорта.

Мы несколько часов сидели в ожидании. Потом, я столкнулась с Люком и через несколько минут, доктор МакЭлрой была у нас. Люк делает мне одолжение? Или это доктор МакЭлрой делает одолжение Люку?

Санитар — крошечная девушка, которая представляется Кейли. Она не выглядит достаточно сильной, чтобы передвигать по коридорам больничную койку с пациентом. Но уверенным движением ноги разблокировав колеса кровати, она с легкостью, опровергающей ее размеры, ведет нас из приемного покоя.

Я восхищаюсь ее силе и она смеется.

— Я мама, — говорит она мне. — Катить взрослого человека в койке легче, чем малышей в двухместной коляске, поверь мне.

Я смеюсь и отхожу назад, когда она разворачивает койку, огибая острый угол и заезжает в лифт. Она нажимает кнопку «5» и болтает с моей бабушкой, пока я снова проверяю телефон. Я должна ответить. Правильно?

Спасибо.

Пожалуйста, Софи.

Откуда у тебя мой номер?

База данных больницы. Ты указана как контактное лицо в экстренных случаях в карточке твоего дедушки.

Это похоже на злоупотребление базой данных больницы. И нарушение законов бегемота(HIPPО).

Бегемота!