ГЛАВА ВТОРАЯ

Это всего лишь кошка, всего лишь кошка… Лаура заставила себя взглянуть на кровать, ожидая увидеть там беленького ангела. Но нет.

Это была не кошка.

Ребенок.

Лаура зажмурилась и сосчитала до двадцати. Наверное, это стресс. В конце концов, она работала по четырнадцать часов почти две недели подряд. Да, это может быть только стресс. Из-за него нарушилась работа ее организма, и теперь она видит малыша, спящего на кровати. Должно быть, ребенок — это мираж. Если бы это был настоящий ребенок, он бы давно проснулся от ее крика.

Да, так оно и есть. Она открыла глаза.

Мираж никуда не исчез, малыш все еще спал и выглядел совсем по-настоящему, с крошечным носиком, пухлыми щечками и длинными ресничками. Тихое посапывание младенца окончательно убедило ее в том, что он настоящий.

Как мог ребенок очутиться на ее кровати в закрытой квартире? Лаура ущипнула себя. Если это не мираж, то, может быть, просто сон?

— Лаура?

Снова мистер Шоколадные Глаза. Она тяжело вздохнула. Должно быть, он услышал ее крик и пришел на выручку.

— Лаура? — позвал он снова. — Я слышал твой крик, и дверь открыта. Я войду, хорошо? Я позвоню в полицию.

Она выбежала в коридор. Джастин явно был готов к битве: в одной руке телефонная трубка, в другой — бейсбольная бита.

— Я в порядке, — сказала она, пытаясь улыбнуться. — Не надо полиции. Ничего не случилось. Я просто испугалась. Извини. Он приподнял бровь.

— У меня от твоего крика кровь застыла в жилах. Что это было?

— Ничего плохого.

Просто какой-то ребенок лежит на ее кровати.

— Еще один кот-воришка? Или пес-воришка?

— Ну, раз так, то скорее ребенок-воришка. Ты сегодня здесь кого-нибудь видел?

— Нет, я вернулся домой тогда же, когда и ты. — Джастин положил свой мобильный телефон в карман. — Ребенок-воришка? О чем ты говоришь?

— Кто-то подбросил в мою квартиру ребенка.

— Понятно. — Он приставил бейсбольную биту к стене. — Кажется, мне это не понадобится. Ты имеешь в виду, что сидишь теперь с ребенком?

— По-видимому, да. Только я не знаю, чей это ребенок. Иди посмотри.

И она направилась в спальню, успокоенная тем, что возвращается туда не одна.

— Видишь? Ребенок. Когда я пришла домой, он лежал на кровати.

Джастин уставился на спящего малыша.

— Понятно, — повторил он.

— Ну и что ты думаешь? — спросила Лаура нетерпеливо.

Джастин криво улыбнулся.

— Ты правильно определила. Это ребенок. Он наклонился над ребенком, чтобы лучше его рассмотреть. — С ним ведь все в порядке? Он просто спит, а не без сознания?

— Откуда мне знать? Он здесь лежал, когда я пришла домой. Кажется, с ним все в порядке. Он нормально дышит. Но до этого издавал какие-то странные звуки.

Она присела на край кровати, не сводя глаз с ребенка.

Несмотря на ее громкий крик, младенец спал глубоким сном, раскинув ручки в разные стороны. Его почти не было видно в мягкой постели. Если бы он лежал ближе к краю, я могла бы сесть прямо на него, подумала Лаура со страхом. У него были черные, волнистые волосы. Крохотные кулачки сжаты и наполовину высовывались из рукавов свитерка.

В общем, восхитительный малыш. Он был одет в бело-зеленый свитер, зеленые ползунки и белые носочки. Зеленая пустышка на веревочке висела на руке, а в кулачке он зажал зеленую погремушку.

Есть первая зацепка, подумала Лаура, осторожно потрогав зеленую одежку. Должно быть, этот малыш из Ирландии.

Все. Пора перестать паниковать и начать думать. Что здесь делает этот ребенок? Хорошо еще, что он спит. Лаура ничего не знала о детях.

Надо подумать. Чей же это малыш? Почему он здесь?

— Кто он?

Лаура вздрогнула. Она уже почти забыла, что Джастин рядом.

— Я же сказала, что понятия не имею, кто он. Да и не знаю здесь никого, у кого был бы ребенок. Я даже не видела в нашем доме беременных женщин. Ты думаешь, он родился несколько дней назад?

— Я не знаю. Давно не общался с грудными детьми. — Он попытался зрительно определить рост ребенка. — Думаю, ему несколько месяцев. Он слишком большой, чтобы только что родиться.

— Ну, да. Природа знает, что делает. Да что мы с тобой все болтаем! Почему у меня оказался этот малыш?

Джастин пожал плечами.

— Думаю, когда малыш проснется, он будет рад не больше твоего. Ты уверена, что не знаешь его родителей? Почему кто-то оставил ребенка именно здесь? И как они проникли внутрь? У кого-нибудь мог быть ключ?

— Я не знаю его родителей! И понятия не имею, как они сюда проникли. Возможно, я оставила открытым окно.

Джастин выпрямился и подошел к окну. Он высунулся наружу, чтобы проверить оконную раму.

— Нет, не оставила. Кто-то открыл его снаружи.

Лаура почувствовала, что у нее начинается истерика. Нет. Только не это. Она будет благоразумной и сделает то, что надо: позвонит в полицию.

И она не обовьется вокруг Джастина, как принцесса, нашедшая своего рыцаря в сверкающих доспехах.

— Я думала, здесь буду в безопасности.

— Так и есть.

— Ну да. Теперь, когда я знаю, что всякий может забраться по пожарной лестнице, ломом открыть окно и проникнуть в спальню, я точно чувствую себя в безопасности.

— Там что-то есть, — пробормотал Джастин, все еще стоя у окна, но Лаура не обратила на него внимания.

Она потянулась к телефону на ночном столике.

— Я позвоню в полицию.

В ту же секунду Джастин был около нее и, положив свою руку поверх ее, остановил Лауру.

— Подожди. Не звони в полицию.

— Почему?

— Мы не знаем, что здесь происходит. Если ты позвонишь в полицию, ребенка заберут в детский дом прежде, чем ты во всем разберешься. А вдруг это ребенок твоей подруги или произошла какая-то ошибка и родителям будет трудно его вернуть? Возможно, они никогда его больше не увидит.

— Ну, уж если они оставляют так своего ребенка, то пусть помучаются, проходя через все эти инстанции! С ним все что угодно могло случиться, пока он был здесь один.

— Он был не один. — Джастин посмотрел в сторону окна и показал на что-то. — Видишь?

На ступеньках пожарной лестницы лежала небольшая… зеленая сумка.

— Его мама или папа, наверное, ждали там, пока ты придешь, чтобы убедиться, что он в безопасности. Может быть, в этой сумке мы найдем какое-нибудь объяснение.

Джастин прошел к окну и высунулся за сумкой. Лаура вскочила на ноги.

— Не трогай! Там могут быть отпечатки пальцев!

Джастин расстегнул сумку и порылся внутри.

— Здесь записка.

— Погоди!

Лаура бросилась в ванную и принесла пинцет. Юридические навыки оказывали свое влияние. Она подобрала записку. Это был разлинованный лист, вырванный из блокнота. С одной стороны он был чист, а на другой зелеными чернилами было нацарапано: «Удачи, будем на связи».

— Что это за записка? — разочарованно сказала Лаура и уронила ее на ночной столик.

— По-моему, писал тот, кто тебя знает и доверяет тебе этого ребенка.

— Я не знаю этого ребенка, — повторила Лаура.

Джастин выложил содержимое сумки на кровать. Вещей было немного: только одежда и необходимое нижнее белье. Он просмотрел всю кучу, дотошно изучая каждую вещь, прежде чем положить ее обратно в сумку.

— Итак, мы знаем кое-что о его матери. Одежда хорошего качества, значит, денег у нее хватает. И еще она заботится об окружающей среде.

— Как ты это узнал?

Джастин поднял кучу каких-то белых тряпок.

— Эти пеленки не загрязняют окружающую среду. Она не использует одноразовые памперсы для своего сына.

Теперь уже не только ребенок, но еще и старомодные пеленки!

— Ты имеешь в виду, что эти пеленки надо стирать, а не засовывать в пакет и выбрасывать? ужаснулась Лаура.

— Да.

— Ну, все. Я звоню в полицию.

— Из-за этих пеленок? — Джастин уронил пеленки на кровать. — Лаура, ты не можешь этого сделать. Кто-то доверил тебе своего ребенка. Кто-то, кто, может быть, попал в беду. Ты не можешь предать их доверие и отдать ребенка в детский дом.

— Почему ты говоришь о детском доме так, как будто я бросаю его на произвол судьбы? Там должны оберегать детей.

— И они оберегают, как только могут, если у ребенка больше никого нет. Но у него сейчас кое-кто есть.

— Есть? Кто?

— Ты. Человек, которому родители доверили своего ребенка.

— Да не знаю я этого ребенка!

Джастин пожал плечами.

— Может, его мама или папа — твои давние друзья? У тебя есть друзья, с которыми ты не виделась последние несколько месяцев, может быть, даже год или два?

— Ну, да… — сказала Лаура, присев на кровать. Ребенок захныкал, но потом успокоился и уснул опять, и Лаура с облегчением вздохнула.

— В последнее время я была так занята, что почти потеряла связь даже с самыми близкими друзьями. Есть еще друзья из колледжа, с моей летней работы. Но я не могу поверить, что кто-то из них мог свалить на меня заботу о своем сыне без предупреждения. — Она тихонько встала, чтобы снова не разбудить ребенка. — Пойдем поговорим в гостиной.

Джастин последовал за ней и вдруг натолкнулся на нее, когда она замерла в дверях.

— О, черт, — вырвалось у Лауры.

Джастин оттолкнул ее в сторону.

— Подожди, я войду первым. Похоже, тут все-таки побывал вор.

Как стыдно.

— Нет… Здесь всегда так в последнее время. Он посмотрел на нее недоверчиво, и ее смущение переросло в гнев.

— Может быть, ты умеешь вести хозяйство, Джастин, но я — нет. Я завалена работой. Я так устала, что чуть не рухнула, когда поднималась по лестнице! Вещи все скапливались и скапливались в кучу. Вообще-то я не лентяйка.

Она сделала ошибку, посмотрев в его глаза. Любая женщина с радостью потерялась бы в них. Джастин указал на диван.