5

Хелен сладко потянулась и открыла глаза. С минуту она лежала, глядя в потолок, затем вдруг резко села в постели и огляделась. Все, что ее окружало, было незнакомым. Наконец она вспомнила, что находится в Уэльсе, в доме Джона Хантингтона. При мысли о Джоне сердце Хелен радостно забилось, а по телу разлилась приятная истома.

Хелен приподнялась на кровати и посмотрела в окно. Там на фоне голубого неба виднелись холмы, покрытые снегом, который весело сверкал и переливался под лучами яркого зимнего солнца.

В Лондоне сейчас наверняка серо и уныло, подумала Хелен, но там я бы проснулась в своем теплом, уютном доме, моей надежной гавани. Однако долго ли старинный особняк Мэтьюзов будет оставаться надежным прибежищем, когда Харолд узнает о моей роли в развале сделки и выйдет на мой след? Сможет ли Джон переиграть бывшего шурина? Джон…

Кровь прилила к щекам Хелен. Она весьма смутно помнила события вчерашнего вечера, но в одном была абсолютно уверена: она легла на кровать, не раздеваясь. Это означает… означает…

Джон лениво потягивался, стоя под сильной, горячей струей душа. Он лег в постель в шесть утра, довольный результатами своего труда. И хотя сон был непродолжительным, чувствовал Джон себя превосходно. На лице его заиграла улыбка, когда он представил реакцию Харолда на обвинения в деловой нечистоплотности, подкрепленные неопровержимыми доказательствами.

Джон, конечно, подозревал, что шурин нечист на руку, но одно дело — подозревать и совсем другое — доказать. Джон снова мысленно поблагодарил Хелен за ценную информацию. Жулик действовал очень осторожно, но все же дал маху, с радостью отметил Джон, если тайное стало явным.

Джон намеревался в ближайшее время закончить описание финансовых проделок Харолда, и тогда Луиза сможет представить этот неоспоримый документ в суд. Разумеется, Харолд сделает все возможное и невозможное, чтобы эта бумага не попала в руки блюстителей закона, иначе он не только потеряет свой процветающий бизнес, но и угодит в тюрьму. Так что Луиза при помощи этого разоблачительного документа сможет потребовать от своего бывшего мужа все что душе угодно.

Джон взял полотенце, вытерся насухо и надел банный халат. Интересно, Хелен уже проснулась? — подумал он и решил, что есть единственный способ выяснить это.

Джон раздел ее! А где же он спал этой ночью? Хелен забеспокоилась: неужели мы спали вместе? Девушка ахнула про себя, когда дверь спальни открылась и в комнату вошел Джон, неся в руках поднос с двумя большими кружками с чаем, а под мышкой одежду Хелен. Джон опустил поднос на стул, стоявший недалеко от кровати, а вещи положил перед Хелен.

— Вчера вечером я загрузил это в стиральную машину…

— Мои вещи? — Хелен почувствовала, что краснеет, но не смогла удержаться и не спросить: — Эту ночь мы… ты?..

Она смущенно покосилась на вторую половину постели, и Джон понял, о чем она думает. Ну что ж, она не далека от истины, ему действительно очень хотелось лечь с ней в постель.

— А ты разве сама не помнишь? — с улыбкой спросил он, поддразнивая вконец растерявшуюся девушку.

Хелен, занятая своими мыслями, не заметила, как одеяло, которое она прижимала к груди, выскользнуло и упало на пол. Джон быстро поднял его и, подавая Хелен, как бы ненароком коснулся ее обнаженной груди.

— Неужели не помнишь? — повторил свой вопрос Джон с легким укором и опустился на край кровати.

Взгляд Хелен невольно упал на банный халат Джона. Пояс на нем был так слабо завязан, что стоит слегка потянуть за конец, и… Она поспешно отвела глаза. Хелен не могла вспомнить, спали они с Джоном вместе или нет, и это ее беспокоило. Самое интересное заключалось в том, что мысль о совместно проведенной ночи не казалась девушке чем-то ужасным.

— Значит, ты думаешь, что я воспользовался ситуацией и забрался к тебе в постель? — с оттенком обиды спросил Джон.

— Нет… То есть… Но как у тебя оказалась моя одежда?

— Я подумал, что ты захочешь утром надеть все чистое.

Девушка растерянно выдохнула:

— О-о-о…

Джон улыбнулся и лукаво спросил:

— Как это понимать? Как извинение или как разочарование?

Хелен с негодованием посмотрела на него, а Джон безмятежно продолжал:

— Правда, соблазн у меня был, очень сильный соблазн. У тебя такое потрясающее тело… и восхитительная маленькая родинка… Вот тут. — Джон приподнял край одеяла и показал на темное пятнышко на бедре Хелен. — Она так и просится, чтобы ее поцеловали, — прошептал он, наклоняясь.

Хелен подалась навстречу Джону, который проговорил глухим голосом у ее губ:

— Нет, я не спал с тобой. Но если бы это случилось, то ты непременно запомнила бы…

— Запомнила бы… — дрожа всем телом, прошептала Хелен.

— Угу. Потому что я бы занимался с тобой любовью так старательно, так… так сладострастно… И начал бы вот так…

Хелен хотела что-то сказать, но Джон уже взял ладонями ее лицо и стал целовать. Его поцелуи были такими страстными, что девушка невольно прижалась к нему и обвила его шею руками.

— И что бы ты сделал потом? — замирая, пробормотала Хелен.

Джон отвел ее волосы в сторону и начал нежно покусывать шею, постепенно спускаясь к плечу. Вкрадчивые прикосновения его губ обжигали Хелен, и по ее телу пробежал сладкий трепет.

Девушка застонала от удовольствия, а Джон добрался до ее ладони и прижал к своему неистово бьющемуся сердцу.

— Что бы ты делал дальше? — продолжала допытываться Хелен, глядя на него затуманенными желанием глазами.

— Дальше я бы сказал: это уже не игра и я так сильно тебя хочу, что мое тело готово лопнуть от напряжения…

— Я тоже очень хочу тебя…

Джон, взяв в ладони нежные девичьи груди, стал поочередно целовать их. Хелен издавала короткие стоны, когда Джон касался сосков, ставших необыкновенно чувствительными. Ей безумно захотелось исследовать каждый кусочек его тела, дотронуться до него, коснуться губами. Она даже не заметила, что мечтает об этом вслух, пока Джон не простонал:

— Боже, Хелен, что ты со мной делаешь?

Она не ответила. Джон давно избавился от халата, и Хелен, мысленно метавшаяся между девичьей застенчивостью и естественным женским любопытством, восхищенно смотрела на обнаженное мужское тело. Она протянула руку и провела кончиками пальцев по всей длине возбужденного органа.

— О-о-о…

— Что случилось? — лукаво спросила она. — Тебе не нравится?

— Не нравится? — с трудом проговорил Джон и прикрыл глаза. — Ты не представляешь, как часто я думал о тебе. — Он заключил Хелен в объятия и снова стал целовать — сначала медленно и нежно, а затем, почувствовав ее поощряющую реакцию, с нарастающей страстью.

— Когда ты ни разу не связался со мной после… после всего, я решила, что не нужна тебе, — поколебавшись, сказала Хелен.

— Я не мог связаться с тобой, потому что никто не знал, где ты. Я даже ездил к твоим родителям, но они отказались помочь мне. Потом я подумал и пришел к выводу, что после всего случившегося ты не желаешь видеть никого, кто имел хоть малейшее отношение к Харолду.

— Я находилась в ужасном состоянии… — призналась Хелен, спрятав лицо на груди у Джона. — Кроме того, люди часто говорят, что нет дыма без огня, и я…

— Достаточно, — строго прервал ее Джон. — Возможно, кто-то и поверил Харолду, но только не я. Милая, я ни на секунду не сомневался в твоей порядочности, — повторил он, поймав ее взгляд.

От этих слов у Хелен на глазах выступили слезы радости. Джон наклонился и языком слизнул соленые капли. Движение его языка по влажной коже вызвало у Хелен приятную дрожь. А Джон уже целовал ее обнаженное тело. Она не знала, от чего — от его поцелуев или ладони, устроившейся на темном треугольнике внизу живота, — но всю ее пронизывала сладкая, нестерпимая дрожь.

— Что случилось? — с легким смешком спросил Джон, дразня ее. Он скользнул рукой между ее бедер и начал медленно исследовать самый интимный уголок. — Тебе это не нравится?

Но Хелен могла не отвечать, Джону достаточно было, что она чуть не задохнулась от удовольствия. Продолжая свои ласки, Джон довел Хелен до такого состояния, когда она, не в силах дольше выносить сильнейшее сексуальное напряжение, издала резкий, протестующий крик. Джон прижался к губам Хелен, заглушая этот крик глубоким поцелуем, и одновременно вошел в нее мощным, сильным движением.

Все это было похоже на сказку — божественный рассвет и не менее великолепный закат. За несколько минут они испытали немыслимо приятные ощущения, почувствовали гармонию своих тел, слившихся в единое целое, вместе поднялись в эротические высоты и вместе прошли через экстаз освобождения… И теперь лежали обессиленные и в то же время наполненные друг другом.

— Это было великолепно, — мечтательно улыбнулся Джон, но вдруг почувствовал, что Хелен насторожилась.

— Я слышу шум автомобиля, — сказала она обеспокоенно. — Может, это…

— Оставайся на месте. — Джон вскочил, подхватил халат и, одеваясь на ходу, ушел.

Кто-то резко, настойчиво позвонил во входную дверь, и Хелен вздрогнула. Вполне возможно, что Харолд выследил нас, подумала она в ужасе. В таком случае я не собираюсь оставаться в постели и ждать, когда меня сцапает полиция.

Хелен схватила свою одежду, бросилась в ванную и заперла за собой дверь. Стоя под горячей струей душа, она радовалась, что шум воды не позволяет ей слышать происходящее внизу. Хелен выключила воду и быстро вытерлась. Она посмотрела на чистую одежду и мысленно поблагодарила Джона, который не только выстирал и высушил ее вещи, но даже попытался выгладить платье.

Надевая трусики, Хелен покраснела. Это был подарок Джанет, которая хотела «подбодрить» свою несчастную подругу. Трусики были такими крохотными, что с трудом прикрывали интимное место… Хелен поспешно стала надевать платье. Хотя сердце ее колотилось от страха, тело по-прежнему ликовало от сладостного удовлетворения, которое ей принесла любовь Джона.