— Не волнуйся, никто даже не догадается, что не ты готовила.

Хелен надеялась, что Харолд не будет ругать Тифани, если что-то придется ему не по нраву, зная, что обед готовила не она. Он, конечно, захочет узнать имя поварихи, но псевдоним «Мисс Золотые Руки» ему ничего не скажет.

— Я бы не пошла на этот обман, но Харолд сказал, что мы должны произвести хорошее впечатление на американцев, — сказала Тифани, покраснев.

— Ты сказала, что гостей будет семь, — решила сменить тему Хелен.

— Правильно. Мы с Харолдом, два бизнесмена, которые приедут с ним из Америки, бухгалтер с женой и друг Харолда, консультант по финансам.

Консультанта Хелен скорее всего не знала, но вот с бухгалтером и его алчной, злой на язык женой сталкиваться приходилось. Хелен знала, что Харолд использовал эту стерву для распространения грязных слухов об их мифической связи.

Она встала и улыбнулась Тифани. Девушка нравилась ей все больше и больше, и нужно найти способ, чтобы той не пришлось попробовать пудинга, предназначенного Харолду Вильсону.

3

Нервным движением Хелен одернула белоснежный накрахмаленный фартук, который надела поверх простого черного платья с короткими рукавами. Платье удалось купить на распродаже за символическую цену благодаря маленькому размеру.

Хелен волновалась не из-за своей стряпни — она знала, что приготовленный ею обед превосходен, — из состояния равновесия ее выводил шум, который доносился из столовой даже через плотно закрытые двери. Она продумала все до мелочей и считала, что ее план абсолютно надежен, но достаточно Харолду войти в кухню, как весь замысел рухнет.

Дверь в кухню открылась, и Хелен, сжавшись в комок, моментально отвернулась к окну. Но, оказалось, пришла Тифани.

— Харолд только что позвонил, — выпалила она на одном дыхании, — они будут здесь через час. Харолд хочет, чтобы обед начался ровно в восемь тридцать.

— Не волнуйся, мы успеем, — успокоила ее Хелен.

— Сейчас уже восемь часов, — засуетилась та. — Я лучше пойду в гостиную, вдруг кто-то из гостей приедет раньше. Слава Богу, все спальни уже готовы.

Хелен ободряюще улыбнулась. Она бы многое отдала, чтобы увидеть реакцию Харолда, когда тот обнаружит, что великолепная сантехника, установленная в элегантных ванных комнатах спален, не подсоединена к стояку. Владелец фирмы, которая устанавливала сантехнику, был настолько взбешен отказом Харолда оплатить хотя бы часть работ, что решил наказать непорядочного клиента. Об этом девушка узнала от мастера, забежавшего на кухню выпить стакан воды.

Хелен хотела предупредить Тифани, что пользоваться можно лишь туалетом на первом этаже, но потом решила не добавлять лишних забот бедняжке, у которой и без того голова шла кругом. Вдруг раздался пронзительный звонок у входной двери, который током прошелся по натянутым нервам Хелен. Она встрепенулась, отбросила лишние мысли в сторону и сосредоточилась на главном. У нее все готово к приему гостей. Все, как и планировалось.

Хелен сделала глубокий вдох и бросила взгляд на плиту, где стоял пудинг, от которого еще шел пар. Пудинг был приготовлен строго в соответствии с рецептом за исключением трех ингредиентов: Хелен добавила приличную порцию жидкого парафина, большую горсть слабительного порошка и, наконец, чтобы отбить привкус этих своеобразных добавок, стакан сочных вишен. Еще раз посмотрев на свое творение, Хелен мстительно ухмыльнулась.

Никто, конечно, не умрет, Хелен положила в пудинг такое количество добавок, которое не сможет причинить серьезный ущерб здоровью. Но тем, кто отведает пудинга, придется побегать к унитазу и почувствовать себя опозоренными. Адская смесь доставит немало хлопот пищеварительной системе мистера Вильсона и его гостей.

Харолд, несомненно, придет в ярость и обвинит в случившемся повара, но к тому времени Хелен будет уже далеко. Кроме того, он никогда не догадается, что Мисс Золотые Руки и Хелен — одно и то же лицо. Хелен получала особое удовольствие оттого, что купила продукты для сегодняшнего обеда на деньги, сэкономленные от продажи пудингов — в конечном счете Харолд вкусит плоды своей подлости.

Хелен обрадовалась, когда Тифани сообщила, что скорее всего не будет есть пудинг, так как Харолд не хочет, чтобы она поправлялась.

Дружески поздоровавшись с Тифани, Джон представился. Она напоминала ему робкого олененка — те же неловкие движения и настороженные глаза. Девушка, похожая больше на ребенка, чем на женщину, была полной противоположностью Харолду, и Джон мысленно посочувствовал ей.

— Неужели я пришел первым? — спросил он, когда Тифани забирала у него пальто.

— Да. Харолд вот-вот приедет. Рейс из Нью-Йорка немного задержался из-за погоды, — ответила Тифани, нервничая.

— В Америке были обильные снегопады, скоро дойдут и до нас. Если дойдут, мы будет иметь снежное Рождество впервые за долгое время. Я слышал, Харолд везет с собой каких-то деловых партнеров…

— Да, людей, которые хотят купить его компанию. Ой, — испугалась Тифани, — я не должна ни с кем говорить о делах Харолда… Но вы ведь его друг, поэтому, думаю, ничего страшного не случится.

— Не волнуйтесь, все будет хорошо, — успокоил ее Джон.

Итак, Харолд собирается продать компанию, с удивлением отметил он про себя. Компанию, которая, согласно документам, представленным в суд во время развода, была в долгах как в шелках и не приносила никакого дохода. Интересно узнать, подумал Джон, кто собирается купить убыточную компанию и, главное, почему. Тифани предложила Джону пройти в гостиную и спросила, чего бы он хотел выпить.

Проходя мимо столовой, Джон замедлил шаги у приоткрытой двери. У него сжались кулаки, когда он увидел старинный обеденный гарнитур, подаренный родителями Луизе на свадьбу. При разводе Харолд присвоил мебель, заявив, что она была подарена им обоим, а поскольку Луиза добровольно ушла от мужа, то потеряла и право на гарнитур.

Убегая, Тифани оставила кухонную дверь открытой, и теперь до Хелен доносились голоса прибывающих гостей. Она решила закрыть дверь от греха подальше и в этот момент услышала глубокий, теплый мужской голос. Девушка застыла на месте, по ее телу прокатилась обжигающая волна.

Хелен решила, что от напряжения и усталости у нее начались слуховые галлюцинации. Голос, который она только что слышала, не мог принадлежать Джону Хантингтону. Он ведь брат Луизы, которая не меньше нее, Хелен, пострадала от Харолда. Тем не менее Хелен задержалась у двери, отчаянно напрягая слух. Сердце девушки делало неровные скачки.

Она пыталась убедить себя, что память играет с ней злую шутку, даже заставила себя отойти от двери. Ей, правда, очень хотелось увидеть, как Харолд поедает свой заслуженный десерт — в обоих смыслах этого слова. Но вместе с тем Хелен ощущала, что за этим желанием стоит внезапно возникшее острое чувство тоски и потери, глупое стремление к тому, что могло бы быть, но не случилось. Хватит строить иллюзии, строго одернула себя Хелен, помни, зачем ты пришла в этот дом.

Пока Тифани суетилась вокруг Джона, недоумевая, почему тот с таким пристальным вниманием осматривает столовую, раздался очередной звонок в дверь. Прибыл бухгалтер с женой. Джону эта парочка не нравилась, но он всячески скрывал антипатию.

— Харолда еще нет? — спросил Джереми Партон, потирая озябшие руки.

— Нет, но скоро будет, надеюсь… Он звонил недавно и сказал, что обед начнется ровно в восемь тридцать… — Тифани окончательно смешалась.

— Кто вам готовил обед? — спросила Фредерика Партон повелительным, резким тоном. — Я знаю некоторых поваров, цены у них умопомрачительные, а качество еды оставляет желать лучшего.

— Держу пари, готовил кто угодно, только не восхитительно сексуальная и аппетитная маленькая черноволосая нимфа, — вмешался бухгалтер.

Джон поморщился. Когда он встречался с Партоном, ему всегда хотелось ударить того по физиономии, причем очень сильно. Хотя обычно Джона трудно было спровоцировать на ссору, а тем более на рукоприкладство.

— Джереми! — Фредерика решила уберечь мужа от дальнейших непристойностей.

— Да ладно тебе, ни для кого уже не секрет, что Харолд сгорает от страсти к этой малышке. И кто его осудит за это? Я и сам не прочь попробовать этот пирожок.

— Джереми! — рявкнула Фредерика во второй раз и повернулась к смущенно потупившейся Тифани. — Джереми шутит, моя дорогая. Он имеет в виду молодую женщину, которая разбила первый брак Харолда. Очень навязчивая особа, Она специально заманила Харолда в ловушку, чтобы он завел с ней роман.

— Он… он никогда не рассказывал мне об этом, — заикаясь, выдавила Тифани.

Фредерика бросила на мужа злобный взгляд и попыталась загладить неловкость.

— Конечно, нет. Хотя Харолду не в чем себя винить, мужчины есть мужчины. Я уверена, что он хочет оставить все это в прошлом. С другой стороны, если бы у Луизы было больше ума, она бы гораздо раньше догадалась, что происходит у нее в доме… Кстати, Джон, как поживает Луиза?

— Спасибо, хорошо, — спокойно ответил тот. — Она с девочками будет встречать Рождество у наших родителей. — Улыбаясь, Джон повернулся к Тифани и пояснил: — Луиза, бывшая жена Харолда, — моя сестра.

Девушка густо покраснела.

— О, я не знала…

Но Джереми не дал ей возможность закончить фразу и обратился к Джону:

— Кое-кто находит странным, что ты до сих пор поддерживаешь дружбу с Харолдом. Ведь бракоразводный процесс был очень громким.

— Я бизнесмен, — ответил Джон, неопределенно пожав плечами, — и не позволяю эмоциям командовать собой. Харолд сделал мне весьма интересное деловое предложение…

— Может, он сделает тебе еще одно предложение. Думаю, Харолд пригласил тебя сегодня на обед для того, чтобы ты проконсультировал его по поводу продажи компании американцам. Шеф хочет, чтобы комар носу не подточил.