Гуляя по улицам, подмигивающими огнями витрин и названий, Аня не заметила, как замёрзла. Погреться заглянула в кофейню. Внутри было необыкновенно тепло и тихо. Той особой тишиной, в которой слышны только приглушенные шепотки и шуршание страниц. Здесь пахло свежей выпечкой, кофе и книгами. Аня тихо присела за свободный столик у пестрящего разноцветными корешками стеллажа, раскрыла книгу и забыла, что хотела читать. Она увидела Илью. Он улыбался ей с обложки журнала в руках одной из двух девушек за столиком напротив. 


В каком-то странном порыве она подошла к соседнему столику. 


— Простите, пожалуйста, – Аня смущённо потеребила бегунок на куртке. 


Обе девушки посмотрели на неё. У одной были зелёные глаза. Такие пронзительные и холодные, что Аня невольно поёжилась. Чёрное каре, ровная спина, красный пиджак и невыразимая тоска во взгляде. Вторая же, которая отложила журнал с улыбающимся Ильёй на обложке, совершенно терялась на фоне своей подруги. С простеньким хвостом на затылке, без макияжа и в вязаном джемпере она выглядела блекло. И только одно обстоятельство вызывало зависть – трёхлетняя девчушка, мирно сопящая на её руках. Они были такие разные, но в то же время чем-то похожи. И Аня так засмотрелась, ища сходство, что вздрогнула от неожиданного прикосновения. 


— Вы что-то хотели? – спросила та, что с ребёнком. У неё был тёплый и мягкий голос, напомнивший Ане давно погибшую маму. Она улыбнулась и кивнула. 


— Могу ли я купить у вас этот журнал? – Аня подушечками пальцев тронула пёстрый глянец и тут же отдёрнула руку, словно обжёгшись. 


— Да берите так, ради Бога, – улыбка коснулась бледного лица девушки. 


— Я так не могу, – засуетилась Аня, выудив из внутреннего кармана куртки несколько купюр. 


— Автографом расплатитесь, – тренькнул другой, звонкий, но какой-то отстранённый голос. 


Брюнетка протянула Ане книгу в чёрно-белом переплёте. «Начать сначала» красовалось на обложке под именем автора. Под её, Аниным, именем.


— Только купили, – продолжала брюнетка, когда Аня взяла книгу. — Ладка ваша большая поклонница. 


— Так вы – Анна Лесневская? – изумилась Ладка. 


Аня кивнула и, не глядя на девушку, щебечущую о залпом прочитанных Аниных романах, размашисто расписалась на форзаце новой книги. 


— Спасибо, – прошептала Ладка, бережно, как сокровище, положив книгу в сумку. 


— Вам спасибо, – Аня взяла журнал. — И приходите во вторник на встречу с читателями. Буду рада вас видеть. 


И торопливо покинула кофейню, так и не услышав ответных слов девушки. 


В той статье, растрепавшей Анино сердце, писалось об одном из ресторанов Ильи Стрельникова, который удостоился престижной французской награды. К хвалебным дифирамбам прилагалось развёрнутое интервью со счастливчиком и его фото. Впрочем, саму статью Аня читала через слово. Не могла оторваться от фотографии того, кого любила тринадцать лет. Она не забыла его. Ничего не забыла. Ни одного дня из их совместного прошлого. И теперь отчаянно хотела его увидеть. Только как? Бродить по улицам, надеясь на чудо, – глупо. Надеяться на новую встречу у стен Собора она не хотела. Боялась, что снова будет так же больно, как шесть лет назад. Обосноваться частым посетителем его ресторана? Но как угадать, в какое своё детище он явится с визитом? Да и на мимолётную встречу Аня была не согласна. Нужен другой вариант. Но какой – она не представляла. 


Вариант подвернулся сам с телефонным звонком. Добрая фея решила напомнить о себе. А по совместительству главный редактор издательства «Новая книга» Элеонора Крашенина. Для Ани просто подруга и просто Лера. 


— Уже в городе? – удивилась Лера. 


Аня повинилась, что приехала ещё утром, но проспала весь день и напрочь забыла встретиться с подругой, как они договаривались. Пообещала исправиться. Вызвала такси и, не переодеваясь, рванула в гости. 


Лера ждала Аню с накрытым столом, так что бутылка красного вина, купленная по дороге, пришлась кстати. 


— А у тебя красиво, – восхищалась Аня, рассматривая точечные лампы в абажурах из рисовой бумаги, красочные веера на стенах и раздвижные межкомнатные ширмы. 


— Это всё, – Лера потеребила своё ярко-красное кимоно, – осталось от мужа. Он был помешан на странах Востока. 


— Ты замужем? – удивилась Аня, бегло глянув на длинные пальцы подруги с французским маникюром. Обручального кольца она не носила. 


— Была… – ответила Лера, взяв со столика бокал вина. 


Расспрашивать Аня не стала, перевела взгляд на пять фотографий. На всех был запечатлён молодой кареглазый мужчина в разных местах и с разными людьми. На правой – с пожилой парой японцев на фоне цветущей сакуры. На левой тот же мужчина обнимал Леру на набережной. На верхней он был один, на нижней с сильно похожим на него немолодым мужчиной. А на средней – стоял в компании ещё двух парней, видимо друзей. Аня замерла. В одночасье превратилась в соляной столп. И только сердце, болезненно бьющееся в груди, напоминало, что она жива. Жива и влюблена в серо-голубые глаза, лукаво смотрящие на неё с глянцевого снимка. 


— Илюхой любуешься? – поинтересовалась Лера из-за плеча, хотя в её интонации не было вопроса, скорее утверждение. Она сняла фотографию. Её тонких, слегка подкрашенных губ, коснулась улыбка. — Отличный парень. Одобряю. Сейчас успешный ресторатор, холостяк. 


— Лера! – возмутилась очухавшаяся Аня, но та лишь отмахнулась. 


— Что Лера? Лера… – она взъерошила короткие белые волосы, задумалась. В её чёрных глазах отразилась тоска. — Я уже сорок два года Лера, – она опустилась на подушку, где сидела до этого. — И уж поверь, могу понять, как и на кого ты смотрела. Хочешь возразить? 


Аня не хотела. Лера всё правильно подметила. Только вряд ли догадывалась, насколько крепко Аня привязана к этому сероглазому парню с полумесяцем на щеке. 


— Я знаю, ты ничего не расскажешь о ваших отношениях. А они у вас были, не сомневаюсь. Так, как ты на него смотрела, – она положила фото на стеклянный стол. Аня села напротив. — Смотрят только на любимых, причинивших боль. 


— А может, я на него смотрела? – Аня ткнула на круглолицего парня в очках по правую руку от стоящего посредине Ильи. Аня знала его ещё с тех далёких времён, когда они с Ильёй были вместе. 


— Андрей? – Лера рассмеялась. Звонко, как девчонка. И лицо её преобразилось, помолодело. — Это вряд ли. Андрей с пятнадцати лет влюблён в одну женщину. В свою жену. А на третьего, – произнесла Лера, прежде чем Аня успела что-то сказать, – даже не смотри. Его уже пять лет нет в живых. Рак крови. Илья тогда упорно оттягивал неизбежное. Даже донором стал. Но произошло отторжение и… 


Она осеклась. В уголках глаз, губ, проявились морщины. Аня поняла, что этот смеющийся молодой мужчина в чёрной бейсболке слева от Ильи и был мужем Леры. 


— С тех пор мы с Ильёй редко общаемся, – глотнув вина, продолжила Лера. — Андрей говорит – тот себя винит. А я стараюсь не ворошить прошлое. Но для тебя, – она щёлкнула пальцами, – сделаю исключение. 


— Лера! – Аня даже ухватила подругу за руку. Но та вывернулась и вышла из гостиной, а через несколько минут вернулась с мобильником и ещё одной фотографией. — С чего ты вообще взяла, что я его знаю? – не унималась Аня. — Да ещё, что у нас были отношения? 


— Есть аргумент. Вот… – она положила на столик перед Аней потрёпанный снимок, на котором до безумия счастливая девчонка обнимала парня в военной форме. На заднем плане блестело море, и виднелись сети дельфинария. Аня и Илья. Аня ощутила, что сейчас упадёт в обморок. Ноги онемели, и если бы она не сидела, наверняка рухнула бы на пол. 


— Откуда? – запинаясь, спросила она. Горло сжалось, голос охрип. Боль скрутила морским узлом сердце. 


— От верблюда, – хмыкнув, ответила Лера. — Лет десять назад Илья привозил к нам тучу фотографий, потому что не знал, куда деть. Эта была среди них. Но каким-то образом оказалась в моём альбоме. Ну я и сохранила, всё время забывая отдать. 


— Я не хочу… Не хочу с ним встречаться… 


— Ты себе хоть не ври, – жёстко перебила Лера. — Я же не дура и понимаю, что ты не ради экскурсии и визитов к старым подругам приехала в Питер на три дня раньше. А кто просил меня устроить встречу с читателями именно здесь? Не ты ли? 


— Я, но… 


— Да не трясись ты. Илья ни о чём не догадается. Он не в курсе, что мы с тобой дружим. А там встретитесь… Нельзя пренебрегать таким шансом, пока он есть. А то… 


Лера не договорила, пробежала большим пальцем по кнопкам телефона. Аня ощутила, как кожа покрылась колючими мурашками, когда Лера выдохнула в трубку: 


— Здравствуй, Илья. Это Лера. Узнал? – она улыбнулась и после недолгой паузы продолжила. — И я рада тебя слышать. Как поживаешь?.. Читала статью о тебе, поздравляю. Я? Да нормально я. Работаю. Ты же знаешь и сам. Да… Кстати, о работе. У меня к тебе личная просьба. Можно? – она кивнула. — В общем, тут такое дело. Одна молодая писательница затеяла новый детектив и остро нуждается в профессиональной консультации… Ты? Ах да, – она на секунду задумалась, почесала кончик носа. — Понимаешь, у неё главный герой – искусствовед. А она сама ни в зуб ногой в искусстве… Илья, а кого ещё? Ну что ты в самом деле?! А кто был лучшим на курсе, забыл?.. И что? Отчислили его… Это ничего не меняет. Илья! В конце концов, я не так часто прошу тебя о чём-то… Писательница? Анна Лесневская. — Аня вздрогнула на своём имени. — Может, слышал?.. Нет? Зря, она хорошо пишет… Да, в моём издательстве… – она молчала долго и Ане казалось, что она сойдёт с ума от этого молчания. — Точно? – улыбнувшись, переспросила Лера. Аня вздрогнула. — Спасибо, Илья. Я твоя должница. Да?.. Нет, никого не собираю. Андрей обещал приехать, а так… Ты? Конечно, приезжай. Я всегда тебе рада. Да… Значит, завтра в девять она будет у тебя. Всё, больше не отвлекаю. Чао! А ты боялась, – подмигнула она Ане, отложив мобильник. — Давай, тащи свой блокнот и записывай адрес. Он будет ждать тебя у себя дома в девять утра. Смотри, не опоздай. А то укатит Илюха на выходные, и всё – пиши пропало…