Кит хитро улыбнулся.

Прислонившись к двери, мужчина боролся с желанием вернуться в каюту. Да, были времена, когда на веселую троицу было просто приятно смотреть. Тогда лицо Анжелы сияло от удовольствия, а Эмили хихикала, если Дилан подшучивав над ними. Вспомнились и другие вечера, когда в посиделках принимал участие и он.

Лишь только видение Анжелы, идущей под руку с его отцом, удержало его от возвращения. Прошлое не вернуть и не изменить. Глупо желать того, чего не может быть. Неужели Сейбру еще не представилась возможность в этом убедиться?

Причина, заставившая его в этот вечер прийти сюда, показалась частью этого тяжело дающегося урока. Встречу нужно перенести куда-нибудь в другое место, если она вообще захочет когда-нибудь с ним встречаться…


Выведенная из равновесия неожиданным появлением Кита Сейбра, Анжела мерила шагами каюту, а Дилан прилагал все усилия, чтобы успокоить ее. Наконец, исчерпав все аргументы, он устало произнес:

– Признайтесь, мисс Анжела, что вы все еще любите его. Иначе его появление не взволновало бы вас подобным образом.

Повернувшись, девушка взглянула на Дилана.

– Вы знали, что он собирался прийти сюда сегодня?

– Говорю же вам, нет, – в очередной раз терпеливо проговорил Дилан. – За последние семь дней капитан появился здесь впервые. Ему не нужно договариваться о посещении и назначать время, и вы прекрасно это понимаете. Это его корабль, и Сейбр волен делать здесь все, что захочет.

– Не напоминайте мне об этом… Девушка погрузилась в свои, не очень веселые мысли, думая о том, что Кит любит делать, а что нет, однако вскоре ей это наскучило, и мисс Линделл вновь начала терзать Дилана, угрюмо на нее смотревшего.

– Прошу простить меня. Наверное, все это не имеет большого значения. Знаете, Дилан, убежать из дома, тщательно закрывая лицо, чтобы тебя никто не увидел и не узнал, и прийти сюда было очень увлекательно и волнующе. Итак, в следующий раз ваша очередь приходить ко мне.

– О нет, – сказал юноша и покачал головой. – Я знаю, как это будет выглядеть. Я войду через черный вход, где обычно принимают коммивояжеров. И если, не дай Бог, ваш отец увидит вас, разговаривающей со мной, он отправит свою дочь в монастырь. Тогда капитан Сейбр точно сведет меня в могилу!.. Нет, на такую сделку я не пойду…

Девушка вопросительно подняла бровь и спросила:

– Сейбр будет злиться на вас из-за меня? Увы, я так не думаю. В данный момент он ненавидит меня.

– Нет, мисс Анжела. Пока еще капитан не научился реально смотреть на человеческие слабости. Он скоро научится, и когда это сделает, то увидит, насколько был смешон.

Дилан встал, подошел к Анжеле и обнял ее за плечи:

– Не отказывайтесь от него, мисс Линделл. На свете существует очень много вещей, о которых вы не имеете понятия, а они очень важны для него.

– Ну, может, кто-нибудь все же скажет мне, что я должна знать? Мне кажется несправедливым, когда люди знают о событиях, а я нахожусь в полном неведении.

– Это может показаться несправедливым, но я хочу, чтобы моя голова оставалась там, где ей место – на моих плечах, – юноша поежился. – Не могу, Анжела. Если бы я мог, то непременно рассказал бы, вы же знаете.

Девушка действительно это знала, поэтому приняла его отказ, как должное. Поболтав еще немного, Эмили поднялась и помогла хозяйке набросить накидку, затем надела свою.

– Нам надо возвращаться. Я не могу так долго задерживать мисс Анжелу.

– Я вас провожу, – вызвался Дилан. – Потому что Турка еще нет. Я даже не знаю, куда он пошел. Вообще-то он всегда здесь.

Оставив на некоторое время Эмили и юношу наедине, Анжела отправилась на палубу. Свет фонаря, раскачивающегося над головой, обдавал ее волнами света. Поднялся ветер, мачты и реи заскрипели. Корабль мягко покачивался, и, пытаясь удержаться на ногах, Анжела схватилась за поручень. Странно, но девушка слишком быстро забыла, как держать равновесие на борту судна. Урок был выучен с таким трудом, а забыт так легко…

Стук колес о каменную мостовую вывел ее из состояния задумчивости. Девушка подняла голову и вгляделась в туманную завесу над причалом. Свет фонарей экипажа едва ли мог разогнать сумрак, и на мгновение мисс Линделл показалось, что это прибыли за ней и Эмили, чтобы отвезти домой. Лишь дойдя до трапа, она поняла, что в экипаже кто-то уже сидит.

С рукой, поднятой, чтобы позвать кучера, Анжела, услышав низкий голос Кита Сейбра, выходящего из кареты, застыла. Послышался скрип открывающейся дверцы, и в свете фонарей Анжела увидела сидящую на подушках женщину. Раздался веселый женский смех, и ледяные пальцы сжали сердце девушки. Кит подошел к дверце и принялся разговаривать с незнакомкой, стараясь выглядеть расслабленно и небрежно. Но ей его повадки были уже хорошо известны. В его высоко поднятых плечах она уловила нечеловеческое напряжение, а в его голосе услышала натянутость. Слов, естественно, разобрать было нельзя.

Затаив дыхание, размышляя, что лучше сделать – вернуться на палубу или остаться на месте, девушка выбрала последнее и, вцепившись в перила, стояла в тени на дрожащих, подгибающихся ногах. Порыв ветра донес до нее обрывки разговора.

– … Ты говорил, что здесь никого не будет, – жаловался недовольный женский голос, говоривший со странно знакомым акцентом.

Ответ Кита заглушил звон корабельных склянок, и только обрывки фраз долетели до ушей Анжелы.

– … Не знал. Невозможно… Может, мы перенесем встречу в другое место?

Резко обрывая его предложение, требовательный голос решительно произнес:

– Нет! Я назначу другую встречу! Кит, должно быть, не согласился, потому что девушка видела, как темноволосая женщина твердо покачала головой. Слова, произнесенные при этом, были снова заглушены склянками, затем, когда Кит несколько изменил свое положение, свет фонаря упал на его спутницу. Сердце Анжелы бешено забилось – женщина была удивительно красива. Волосы цвета воронова крыла, молочно-белая кожа, аристократически-тонкие, правильные черты лица. Затем красавицу вновь поглотила тьма, ее лицо и фигура скрылись в клубах тумана.

Звук захлопнувшейся дверцы вывел Анжелу из состояния прострации, и она повернулась, чтобы быстро взбежать на деревянный трап. Колеса экипажа застучали по мостовой. Впопыхах девушка наступила на подол платья и споткнулась. Она упала на колено и, закусив губу, чтобы подавить крик боли, попыталась подняться. Одна рука попыталась нащупать перила, но не нашла их, от этого мисс Линделл еще больше запуталась в своих многочисленных юбках.

– Эй! – раздался голос, который она в этот момент меньше всего хотела услышать. – Дайте мне руку, а то упадете в воду!

Стыдливый румянец залил ее щеки, когда Кит, не слишком церемонясь, схватил бедняжку под руку и поставил на ноги.

– Ты пришла сюда шпионить за мной? – потребовал он объяснений.

Мисс Линделл вырвала руку.

– Вы преувеличиваете силу своей привлекательности, милорд. У меня нет ни малейшего желания шпионить за вашей драгоценной персоной.

– Да ну? – его циничный ответ сопровождался насмешливым взлетом бровей. – Для молодой женщины, не интересующейся моей деятельностью, ты слишком часто попадаешься мне на глаза. Ты всегда совершаешь долгие прогулки вдоль Серпентина?

Итак, Сейбр заметил ее, когда ей казалось, что никто ее не видит. Девушка не могла понять, радует ее этот факт или огорчает. Очевидно одно – Сейбр не горит желанием засвидетельствовать ей свое почтение, т.е. поздороваться. Анжела с интересом взглянула на него.

– Прости, я не знала, что ты купил парк. Пожалуйста, прости меня за вторжение в частные владения.

– Почему ты все время так бурно реагируешь на мои вопросы, Анжела? – напряженно спросил мужчина. – Мне любопытно, что ты так чувствительна к некоторым вещам. Может, это совесть, которую теперь мучают угрызения?

– Милорд, если меня и мучает совесть, то поверьте, вовсе не вы тому причиной. Поэтому не льстите себе.

Когда капитан вышел на свет, Анжела взглянула на выражение его лица и ужаснулась: плохо скрываемая злоба сузила его глаза, сделала его губы тоньше, очертив белые линии по обеим сторонам рта. В последний раз она видела его таким после сражения с отрядом полиции на острове Святого Томаса. Гнев, ярость тогда имели свое объяснение, сейчас же они казались неуместны.

Подавив желание попросить прощение за какой-то неизвестный грех, блондинка молча стояла, словно каменное изваяние, корабль покачивался, а вокруг клубился туман, кусками, похожими на кошачьи лапки. Напряжение становилось невыносимым, девушка ощущала попытки Кита удержаться в рамках приличия.

Наконец, не выдержав, он сказал:

– Кажется, настало время поговорить. Не дожидаясь согласия, мужчина взял ее под руку и повернул в направлении своей каюты. Похоже, протестовать было бесполезно – Кит находился не в лучшем состоянии духа. Очевидно, короткая встреча с темноволосой женщиной плохо повлияла на его настроение.

Стоя в каюте Сейбра, девушка ощутила странный водоворот ощущений, довольно болезненных. Время повернулось вспять, и она увидела себя, впервые взошедшую на борт «Морского тигра», напуганную и дрожащую, уверенную, что ее ждет ужасное будущее и позор. Сейбр удивил ее тогда и продолжал удивлять сейчас.

Отпустив руку Анжелы, мужчина закрыл дверь и прошел к шкафу за хрустальным графином. Она узнала бренди, и когда капитан налил немного в стакан и подал ей, девушка приняла его с благодарностью. Храбрость от алкоголя все же лучше, чем ничего, и кроме того, может, ее ноги не будут отказываться повиноваться.

На помощь пришел Ролло, разрядивший обстановку.

– Черт! – хрипло крикнула птица из темного угла, ее голос звучал оскорбленно. – Задраить люки!

– Мы ожидаем шторм? – не удержалась Анжела.

– Возможно, – держа у губ бокал с бренди, Сейбр рассматривал девушку. – Я слышал, что бессловесные твари лучше всего предсказывают катаклизмы.