- Познакомьтесь, это Вика, - произносит он, - а это Марина и мой брат – Глеб.

Глеб просто кивает мне, улыбается уголками губ и обнимает мать. Для Светланы Ивановны это лучший подарок: ей просто необходима теплая, семейная обстановка.

- Приятно познакомиться, - говорю я и моментально оказываюсь в объятиях Марины, от чего на мгновение теряюсь.

- Ты не представляешь, насколько я рада наконец-то с тобой познакомиться! – визжит девушка. – Ян так много о тебе рассказывал, но ты еще лучше, чем я себе представляла!

- Спасибо, - смущенно улыбаюсь и перевожу взгляд на Яна.

- Так, ладно, хватит смущать мою девушку, - спасает положение Ян.

- Раздевайтесь, мойте руки и садитесь за стол, - улыбаясь, командует Светлана Ивановна и возвращается на кухню.

Там Марина сразу же занимает место рядом со мной.

- Я хотела поблагодарить тебя, - пользуется случаем Марина, пока наши парни говорят о своем, - я знаю, что это ты договорилась о помощи для меня. Я не знаю, как тебя благодарить.

- Перестань, - улыбаюсь ей, - у меня просто оказались нужные знакомства, так что моей особой заслуги здесь нет. Я рада, что с тобой всё хорошо.

- А ты ещё и скромница у нас, - смеясь, говорит Марина и переводит взгляд на Яна. - Янчи, она мне нравится.

- Мне тоже, - улыбается во все тридцать два зуба и подмигивает мне.

Ян

Давно мне не было так хорошо. Если бы ещё отец сидел с нами за столом, я мог бы с уверенностью заявить, что абсолютно счастлив.  Но он в больнице. Сейчас, когда он прикован к постели, мне его не хватает. Я хочу познакомить его с Викой. Хочу рассказать ему, как счастлив. Мне интересно знать его мнение. Я нуждаюсь в его советах. Я нуждаюсь в своем отце. Странно, но это понимаешь только в таких ситуациях. Жизнь ставит тебя на колени, и ты начинаешь все переосмысливать и смотришь на всё другими глазами. Сейчас я чаще задумываюсь о том, почему не мог найти с ним общий язык. Я злюсь на себя из-за того, что столько времени потрачено зря на бессмысленные споры и обиды. Надеюсь, у меня будет шанс всё исправить.

- А когда отец вернется из командировки? - спрашивает Глеб. - Куда, вы сказали, он уехал?

За столом повисает тишина. Брат смотрит то на меня, то на маму.

- Да что с вами такое? - улыбается, а затем улыбка гаснет. - Где отец? Что с ним?

- Сынок...- мама замолкает.

- Отец в больнице, - отвечаю я.

- В больнице? - переспрашивает Маришка, медленно пережевывает еду и сглатывает.

- Что с ним? Почему вы молчите? - Глеб срывается на крик.

Мама не сдерживает слез.

- Он в коме... уже неделю, - говорю я.

Когда брат, наконец, прекращает орать и успокаивается, за столом царит другая атмосфера. Счастье сменилось болью и печалью. И это отчетливо можно прочитать на наших лицах.

- Я поехал в больницу, - Глеб встает из-за стола.

- Я с тобой, - вслед за ним поднимается его девушка.

- Нет, тебе нужно отдохнуть.

- Но...

- Марина!

Когда брат так обращается к Маришке, ему лучше не перечить.

- Хорошо, я буду ждать тебя у родителей.

Глеб кивает.

- Сынок, подожди меня, - просит мама.

Я выхожу на балкон. Нервы на пределе. Надо покурить.

- Почему ты не сказал об отце? - компанию мне составляет брат.

- Зачем? Ты мог сорваться домой. А как же Маришка? - вопросительно смотрю на него.

Он ничего не отвечает. Возможно, понимает, что я просто не хотел ставить его перед выбором и решил всё за него.

- Не знал, что у тебя есть девушка, - после минутной паузы заявляет Глеб.

- Теперь знаешь.

- Ладно, я поехал, - разворачивается, чтобы зайти в квартиру.

- Глеб?

- Да? - оборачивается.

- Побудешь с мамой пару дней. У нас планы с Викой.

Улыбается.

- Без проблем, братишка, - заходит обратно в квартиру, и я не успеваю его поблагодарить.

Маришка уходит к своим родителям. Провожаем маму с Глебом. Мы с Викой идем к ней домой. Она настояла на этом. Можно было воспользоваться возможностью и побыть вдвоем, но она начала жаловаться, что ей нужно переодеться. Девчонки так заморачиваются насчет одежды. Не понимаю этого. Вика может спокойно ходить в моих вещах. Так она выглядит еще сексуальнее.

Мы подходим к дому, и на меня накатывают воспоминания. На Вику, по-видимому, тоже, потому что мы смотрим друг на друга.

- Это был самый ужасный день в моей жизни, - признаюсь я.

- Для меня это был второй ужасный день.

- Я так счастлив, что, несмотря на мои косяки, ты вернулась, - сжимаю ее в объятиях.

- Я не могла не вернуться, - произносит с грустью и обнимает меня за талию.

Звонок от Гриши прерывает наш разговор. Разрываем объятия. Он сообщает о том, что на работе прорвало трубы, и поэтому у меня два выходных. Это лучшее, что начальник мог мне сказать.

- Хорошие новости, - говорю Вике, убирая телефон в карман.

- Какие?

- Я твой на целых два дня. Сегодня не в счет.

- Это отличные новости, - расплывается в улыбке, - но тебе разве не нужно в университет?

- Универ подождет. Чем займемся в ближайшие дни? - подмигиваю.

- Я хотела съездить к родным. Бабушка ужасно расстроилась, когда я сообщила о своем отъезде. Но я могу и по телефону сказать ей о своем возвращении.

- Значит, ты решила познакомить меня со своей семьей, - утверждаю я.

Неуверенно кивает.

- Я не против, хотя жутко волнуюсь, - касаюсь ее губ.

Вике не стоит знать, что у меня кишки стягивает от страха. Знакомство с ее семьей – ответственный шаг. Не налажать бы.

- Я за два дня познакомилась с твоей мамой, братом и подругой, - говорит она отстраняясь, - так что, думаю, ты тоже переживешь знакомство с моими бабушкой и дедушкой, - улыбается.

- Переживу, - говорю ей, - надеюсь, - произношу мысленно.

- Идем, ты замерзла.

Дверь нам открывает Кира.

- Нарисовалась сладкая парочка, - обнимает и целует Вику, - я уж думала, вы еще не скоро из берлоги выйдете.

- И тебе привет, сварливая.

Прищурено смотрит на меня, затем переводит взгляд на Вику.

- Можно я сделаю с ним то, что давно надо было сделать?

Вика смеется.

- Он мне еще нужен.

- Еще? - переспрашиваю я.

Улыбается, целует меня в щеку и шепчет на ухо:

- Всегда.

- Начинается, - Кира закатывает глаза, - я буду у себя.

Провожаем ее дружным смехом. Пока Вика переодевается, я решаю поговорить с Кирой. Мне нравится её злить. Без стука захожу в комнату.

- Стучать не учили? – смотрит на меня насупившись.

- Да ладно, все свои, - ложусь поперек кровати и закидываю руки за голову.

Кира тянет тетрадь, на которую я лег.

- Сколько ты весишь, тушка?

- 80, а что? – приподнимаюсь.

- Сломаешь мне кровать – будешь покупать новую, - злится.

- Гриша купит, - осматриваю комнату и замечаю фотографии на полке.

- Не боишься Гришиной реакции?

- А стоит? – подхожу к полке и беру рамку.

- Если инстинкт самосохранения есть, то да, стоит.

Ее слова остаются без ответа, потому что все мое внимание приковано к фотографии, на которой Вика и Кира еще школьницы. Невинное и красивое лицо Вики вызывает улыбку. Она практически не изменилась, не считая прически.

- Сколько вам здесь лет? – показываю фото Кире.

- 17.

Ставлю рамку на место и беру другую. На этом фото девчонкам лет двадцать. В глаза бросается татушка на предплечье Киры. Трискеле – древний символ кельтов смотрится оригинально. Лет пять назад я хотел сделать тату, но так и не нашел для себя что-то подходящее.

- Тату?! Ай-яй, товарищ преподаватель! – дразню я.

- Поставь на место! – злится Кира, вызывая у меня смех.

Бросает в меня декоративную подушку. Ловко уворачиваюсь, но содержимое полки с грохотом падает на стол.

- Собирай! – еще немного – и цвет лица Киры будет того же оттенка, что и волосы.

- Слушай, как давно вы виделись с Гришей? Ты сегодня жутко злая, - ставлю ее побрякушки на полку.

Кира делает вид, что не слышит мой вопрос, проверяя тетради студентов.

Усмехаюсь и ставлю безделушки на полку. Когда очередь доходит до губной гармошки, не могу сдержать смех.

- Подудишь? – спрашиваю у Киры.

- Положи на место, - багровая от злости, цедит Кира.

- Значит, вот под какой инструмент пляшет Гриша, - ничего не могу с собой поделать. Ее злость забавляет меня.

- Выметайся из моей комнаты, мне пора собираться.

- Гармошку не забудь, если ты собираешься к своему парню, - я едва успеваю прикрыть за собой дверь, как что-то с грохот ударяется в нее.

Смеюсь.

- Что у вас происходит? – Вика появляется в коридоре.

На ней лосины и футболка. Ее ножки заставляют забыть обо всём.

- Ничего, идем, - хватаю ее за руку и тяну в комнату.

Как только оказываемся вдвоем, впиваюсь в ее губы, а мои руки блуждают по стройному телу. После разлуки я чувствую острую потребность прикасаться к своей девушке. Может, это страх иллюзии? Смешно, но иногда происходящее кажется мне сном.

- Мы не одни, - напоминает Вика, разрывая поцелуй.

- Кира уходит, - провожу языком по ее шее.

- Давай сегодня останемся у меня, - говорит Вика, наклоняя голову вправо, тем самым открывая доступ к самой чувствительной части своего тела.

- Хорошо, детка.

Запускает пальцы в мои волосы и притягивает для поцелуя. Теперь все наши дни будут наполнены безумной страстью и любовью.

Глава 5

17 ноября

Виктория

- Доброе утро. Куда вы собрались в такую рань? – зевая, спрашивает Кира.

Мы с Яном уже давно проснулись, но подняться с кровати стоило больших усилий.

- Доброе. Съездим к бабушке и дедушке, - отвечаю ей, наливая кофе себе и Яну.