– Что, Клары нет дома? – спросила Зилда.

– Наверное, она в ванной, поэтому и не слышит, – ответил он, допуская, впрочем, что Клара могла отправиться на вечеринку и одна – ему в отместку.

Тем временем из Ангры вернулась Ирис, и Зилда сразу же почуяла что–то неладное.

– Ты ведь собиралась приехать только завтра вечером. Что случилось? – спросила она.

– Ничего, – пожала плечами Ирис, но Зилда ей не поверила и высказала свою догадку:

– А может, ты встретила там Камилу и вы опять поссорились?

Ирис напряглась, как туго натянутая струна, и ответила раздражённо:

– Да при чём тут Камила? Я даже не знала, что она тоже была в Ангре! Просто мне там не очень понравилось, вот я и уехала.

Такой ответ лишь укрепил Зилду в её подозрениях, но она предпочла оставить их при себе и молча пошла готовить ужин.

В отличие от Ирис, Камила по возвращении из Ангры поехала не к себе домой, а к Эду, и Алма, увидев их, даже не стала скрывать своего огорчения:

– Я думала, вы проведёте там несколько дней... Это же такая благодать – море, яхта... А какие в Ангре дивные вечера, какие звёздные ночи!..

– Сегодня там погода испортилась, –  прервал её Эду. – С самого утра палило солнце, а потом стал накрапывать дождик.

– Ну и что? В Ангре приятно провести ночь даже под дождём, – не унималась Алма. – Я не понимаю вас, молодых.

– Ладно, они последуют твоему совету в другой раз, – мягко произнёс Данилу, переводя разговор в иное русло: – Может, мы сегодня поужинаем пораньше? Я, например, уже проголодался.

– Да, конечно, – подхватила Алма, – Эду и Камила с дороги, они тоже проголодались. – Нет, мы не хотим есть, – хором ответили ей Эду и Камила, но Алма не приняла их отказ:

– Пойдите в душ, освежитесь, и, уверяю вас, вы сразу же почувствуете аппетит. Идите, идите! Не заставляйте Данилу мучиться голодом.

На сей раз Камила и Эду не стали возражать Алме, и она, оставшись наедине с Данилу, хитровато усмехнулась, довольная своей находчивостью.

– Ты надеешься, что они будут мыться вместе? – спросил он, верно разгадав суть её замысла.

– Надеюсь, – подтвердила его догадку Алма.

– Но у нас ведь не один, а четыре душа, – напомнил ей Данилу. – Ты и на Ангру очень рассчитывала, однако там, судя по всему, между ними ничего не случилось.

– Да, похоже на то, – с сожалением произнесла Алма. – Но я сейчас дала им ещё один шанс. И почему-то мне кажется, что они его не упустят.

Данилу промолчал, мысленно осуждая Алму за сводничество. Слишком рьяно она взялась подталкивать Эду и Камилу друг к другу! Ей чудится, будто Эду скучает по Элене, и она хочет как можно скорее уложить его в постель с Камилой. Но если парень и девушка сами не решаются на такой шаг, значит, их устраивают платонические отношения? Может, у них даже и не любовь, а всего лишь взаимная симпатия? Эду и без того уже достаточно запутался в своих чувствах, так стоит ли запутывать его ещё больше! Как бы Алма потом не пожалела о чрезмерном давлении на племянника...

Сам того не ведая, Данилу определил главное в настроении Эду: нерешительность. Всякий раз, когда они с Камилой оставались наедине, в решающий момент Эду охватывала непонятная скованность, он словно боялся разрушить их романтические отношения, которыми очень дорожил. А Камила усматривала в этом другую причину: ей казалось, что в такие минуты Эду невольно сравнивает её с Эленой и страшится возможности разочарования.

«Значит, он не верит в меня как в женщину и в глубине души по–прежнему любит мою мать», – сокрушённо думала Камила, завидуя Элене и, стремясь, во что бы то ни стало вытеснить её из сердца Эду.

Когда он предложил поехать в Ангру и побыть там вдвоём несколько дней, Камила возликовала, понимая, что, наконец, достигнет своей цели, но Ирис всё испортила. Вспомнив о ней, Камила буквально затряслась от гнева и ненависти: «Мерзавка! Она ещё ответит за это! Я не спущу ей такой подлости!»

– Что с тобой? Ты вся дрожишь, – взволнованно заметил Эду. – Может, это реакция на загар? Ты, наверное, перегрелась на солнце.

– Нет, это другое... Обними меня! – с жаром заговорила Камила. – Пойдём вместе в душ! Мы должны забыть об Ирис и вообще обо всех, кто пытался или пытается встать между нами, надо, в конце концов, переступить через них и почувствовать себя безоговорочно счастливыми!

Она говорила это с такой страстью, что Эду невольно передалось её настроение.

Подхватив Камилу на руки, он внёс её в ванную комнату, и там произошло то, что должно было произойти ещё в Ангре, на золотом песке, среди ласковых морских волн.

Камила добилась своего, но желанного счастья почему-то не ощутила, и, как ей показалось, Эду тоже не был наверху блаженства. Он выглядел смущённым и несколько растерянным. Камилу это и уязвило, и опечалило. Она сразу же пожалела о своей излишней напористости, лишь теперь убедившись в том, что не нужно было ей торопить события, а следовало просто положиться на судьбу. Но исправить что-либо уже было невозможно, и Камила медленно поплелась вслед за Эду в столовую, а потом так же, как и он, не проронила и слова в течение всего ужина.

Алма, глядя на них, недоумевала. Что-то между ними явно произошло, но, похоже, совсем не то, чего она ожидала. Неужели её расчёт оказался неверным? Судя по всему, существует серьёзное препятствие, мешающее им окончательно сблизиться. И самое печальное то, что этим препятствием наверняка является Элена.

После ужина Камила заторопилась домой, Эду вышел её проводить, а Данилу простодушно спросил у Алмы:

– Ну что, было или не было? Как ты думаешь? Я ничего не понял.

Не зная, что ему ответить, Алма неопределённо пожала плечами. Данилу удивился: – Выходит, ты тоже ничего не поняла?! А что тебе подсказывает твоя знаменитая интуиция?

– Она подсказывает мне, что скоро приедет Элена и я опять буду жить как на вулкане, – раздражённо произнесла Алма.

Глава 2

Вернувшись домой и не застав никого в гостиной, Камила вздохнула с облегчением: ей хотелось побыть одной, обдумать как следует случившееся. Но, проходя мимо спальни Ирис, она услышала доносившуюся оттуда музыку, и в груди у нё снова всё заклокотало от гнева.

«Значит, эта мерзавка тоже уехала из Ангры и веселится здесь в своё удовольствие? Что ж, сейчас я с ней поквитаюсь!» – решила Камила, однако дверь в комнате Ирис оказалась закрытой на защёлку.

– Тебе не удастся от меня спрятаться! Открой сейчас же! – потребовала Камила, стуча кулаками в дверь. Ирис в ответ включила музыку на полную громкость.

Камила не могла этого стерпеть и пошла к себе в комнату за перочинным ножом, чтобы с его помощью поддеть защёлку. Но Ирис побывала там раньше и губной помадой написала на зеркале крупными буквами: «Иуда!»

Увидев эту надпись, Камила схватила нож и, не помня себя от ярости, принялась открывать защёлку, которая, впрочём, ей не поддавалась.

– Я убью тебя! – кричала из-за двери Камила, продолжая ворочать ножом так и этак, пока наконец защёлка не сдвинулась с места.

Ирис не на шутку испугалась, увидев перед собой Камилу с ножом в руке.

– Ты что, спятила? Успокойся, – заговорила она, отступая от двери и заслоняя лицо ладонями.

– Я не успокоюсь, пока не разукрашу твою наглую физиономию этим ножом! – пригрозила ей Камила, в самом деле пытаясь осуществить свою угрозу.

Ирис поняла, что надо спасаться бегством. Увернувшись от удара, она схватила с дивана подушку и, прикрываясь ею, прорвалась к выходу. Камила тотчас же устремилась за ней вдогонку.

– Помогите! Спасите! – кричала Ирис, но Фред к тому времени уже уехал домой, а Зилда смотрела у себя в комнате какой-то шумный боевик и ничего, кроме этой перестрелки, не слышала.

Ирис надо было спасаться самой, не надеясь на постороннюю помощь, и ей удалось закрыться в ванной. Но это была лишь временная передышка, потому что Камила продолжала грозить из-за двери:

– Я убью тебя, тварь!

Ирис тоже не собиралась ей уступать и своими ответными выкриками лишь подливала масла в огонь:

– Заткнись, Иуда! Ты предала родную мать, и поэтому тебе никогда не видать счастья! Господь тебя накажет!

В бессильной ярости Камила снова попыталась открыть дверь ножом, но на сей раз у неё ничего не получилось. И тогда она прибегла к хитрости, собираясь обманом выманить Ирис из ванной комнаты.

– Чёрт с тобой! Сиди здесь хоть всю ночь, а я пойду спать! – громко произнесла она в расчёте на соответствующую реакцию Ирис.

Та её услышала, однако проявлять себя не спешила – затаилась. Ей не верилось, что Камила может вот так просто уйти, не добившись своего. Наверное, она стоит за дверью и ждёт. С ножом!..

Ирис охватил ужас. Ей казалось, что из этой западни она уже не выберется никогда.

Так прошло около получаса. Ирис напряжённо прислушивалась, пытаясь уловить какие-то шорохи за дверью, а Камила стояла там не шелохнувшись. Первой в этом противостоянии не выдержала Ирис: открыла дверь и тотчас же истошно завопила на весь дом.

К счастью для неё, Зилда уже закончила смотреть боевик и услышала этот страшный вопль. Когда она прибежала в ванную, то увидела чудовищную картину: Ирис и Камила катались по полу, сцепившись в клубок и нанося друг дружке беспощадные удары, а неподалёку от них зловеще сверкало лезвие перочинного ножа.

Попытка разнять их оказалась безуспешной, и тогда Зилда пригрозила:     – Я сейчас вызову полицию, а потом позвоню доне Элене!

– Звони, Зилда, звони! – поддержала её Ирис.

– И позвоню! Пусть дона Элена вылетает сюда немедленно и сама с вами разбирается. Но сначала я всё-таки вызову полицию, пока вы не убили друг друга, – вновь припугнула их Зилда, направляясь к телефону.