Ну что ж, делать нечего. Вздохнув, она сбросила туфли и пошла в ванную. Может быть, после душа в голове у нее хоть немножечко прояснится. Она закрыла дверь, разделась и встала под душ, пустив воду погорячее, чтобы как следует разогреться.
После душа Эмили быстро закуталась в полотенце и только теперь сообразила, что оставила ночнушку в спальне. Злясь на себя за такую оплошность, она осторожно приоткрыла дверь и тут же вцепилась мертвой хваткой в полотенце, которое едва не свалилось: ее взгляд упал на пару начищенных мужских туфель. Эмили медленно подняла глаза. Коричневые брюки, кремовая рубашка с расстегнутым воротом. Галстука нет. Ну конечно, вспомнила Эмми, галстук был снят еще перед ужином.
И он еще улыбался, черт бы его побрал! Вполне в духе Энтони Рея — появиться в самый что ни на есть неподходящий момент!
Эмили резко вздернула подбородок, и на мгновение их взгляды встретились. Потом Тони опустил глаза и уставился на ее почти обнаженное тело с таким небрежно-оценивающим выражением, что она едва не задохнулась от ярости. Эмили почувствовала, что краснеет. Впрочем, ей давно уже было ясно, что с Тони лучшая защита — это нападение.
Что тебе здесь надо? — ехидно осведомилась она.
Полотенце опять стало сползать, но Эмили все-таки умудрилась его удержать.
В глазах Тони зажглись искорки смеха.
Да вот зашел взять чемодан и задержался на шоу.
Что?! Ах ты…
Тебе, пожалуй, стоит требовать от сценаристов, чтобы они включали «сцену с полотенцем» в каждый твой фильм, — усмехнулся Тони. — Успех гарантирован.
Эмили едва не выпустила полотенце и не вцепилась ему в глотку. Но по здравому размышлению ограничилась только убийственным взглядом с безопасного расстояния.
Меня бесит, когда отпускают подобные замечания. И ты это знаешь! Я актриса, а не стриптизерша!
Похоже, ее слова еще больше развеселили Тони. Успокоившись, он шагнул к шкафу и подхватил свой чемодан, который стоял на полу.
Просто поразительно! Ты это что-то. С одной стороны, я тебя, можно сказать, боготворю, а с другой… не могу над тобой не смеяться.
Он сказал это очень по-доброму, с искренним восхищением, но Эмили разозлилась невероятно.
Когда выйдешь, закрой, пожалуйста, дверь, — проговорила она ледяным тоном.
Получилось вполне достойно. Но, к сожалению, проклятое полотенце несколько смазало впечатление — оно опять поползло вниз, и ей пришлось его судорожно подхватить.
Посмеиваясь, Тони направился к двери.
Нам со Стэном надо еще обсудить кое-какие вопросы. Я, наверное, лягу поздно, так что ты спи. Меня не жди.
А я, собственно, и не собиралась! — бросила Эмили.
Остановившись в дверях, Тони обернулся. Его глаза снова горели желанием.
Да? Очень жаль.
И тихо прикрыл за собой дверь.
Эмили в ярости сорвала с себя полотенце и запустила им вслед «жениху».
…Она слышала, как он вошел. Эмили притворилась спящей, хотя на самом деле не спала, а просто лежала на краю кровати, повернувшись спиной к двери.
Тони тихонько пробрался в ванную, включил душ.
Глядя в окно на луну, Эмили в который уже раз перебирала в памяти все детали недавней «сцены с полотенцем». После того, как она швырнула полотенце в дверь, закрывшуюся за Тони, ярость улетучилась. Зато она вспомнила, что чувствовала себя последней дурой, стоя посреди комнаты в голом виде и скрипя зубами в бессильной злобе. И с чего это она так распалилась? Не считая того идиотского замечания, Тони вел себя безупречно. Как истинный джентльмен. Он даже не прикоснулся к ней.
Возможно, именно это ее и взбесило.
Тони выключил душ, и Эмили напряглась, стараясь дышать ровно и глубоко. Дверь ванной открылась. Тони прошел через комнату и улегся в кровать. И тут она вдруг вспомнила, что он всегда спит голым.
О нет, только не это! Теперь уж ей точно не уснуть. Попробуй-ка, когда рядом лежит обнаженный Тони! К тому же она не забыла…
Я знаю, Эмми, что ты не спишь. — Она упорно молчала. Тони вздохнул. — Чтобы не оскорблять твою скромность, спешу заметить, что я в пижаме. Ну как, теперь тебе легче?
Насмешливый тон резанул по нервам, и Эмили отодвинулась на самый краешек кровати, едва не свалившись на пол.
Если ты не против, то я бы хотела поспать, — бросила она с раздражением.
Тони ничего не ответил, а когда снова заговорил, в его голосе слышалась какая-то странная горечь:
— Так, значит, у нас ничего не будет?
Эмили насторожилась.
Чего не будет?
Он схватил ее за плечо и перевернул на спину. Эмили даже вздохнуть не успела, как Тони уже навалился на нее всем телом и крепко прижал к кровати.
Хоть Тони и сказал, что одел пижаму, на нем были только штаны. От прикосновения
его обнаженной мускулистой груди у нее перехватило дыхание.
Перестань же ты наконец! С той самой минуты, когда ты узнала, что нам сегодня спать в одной постели, ты была уверена, что мы… займемся любовью.
У Эмили осталась единственная защита.
Любовью? — в притворной ярости выдохнула она. — Любовь здесь ни при чем.
Тони вдруг весь напрягся, и Эмили с некоторым опозданием поняла, что зашла слишком далеко.
Ну что ж, я давно уже усвоил, что с женщиной спорить нельзя. Как нельзя ее и разочаровывать.
И впился губами ей в губы. Это был властный, требовательный поцелуй, больше похожий на наказание. Эмили даже немножечко испугалась. Она плотно сжала губы и принялась извиваться, пытаясь повернуть голову набок.
Но ничего не вышло. Тони крепко прижимал ее к кровати, однако совсем не причиняя боли. Наконец губы Эмили раскрылись под его настойчивым, почти яростным поцелуем. Запустив обе руки под кружевную маечку, он сжал ее груди.
Она тихо застонала. Желание смело последние барьеры, и все-таки что-то в ее душе, еще не захваченное этой жаркой волной, заметалось в отчаянном страхе. Сейчас Эмили была уязвима. Тогда, три года назад, ей удавалось сохранять независимость, но если
поддаться Тони теперь, уже не избежать привязанности к нему… той самой привязанности, когда ты просто не мыслишь себя без близкого человека, когда потребность в его любви становится смыслом всей жизни.
Пытаясь удержаться на краю этой бездны, Эмили отчаянно вскрикнула, зато руки будто сами собой обняли его плечи, а ногти впились ему в кожу. Она притянула Тони к себе, еще теснее прижавшись к нему. Но даже податливость Эмили не смягчила его ярости. Похоже, Тони разозлился еще сильнее, чем можно было предположить, но она не могла понять почему.
Мужчина принялся покрывать поцелуями ее шею, опускаясь все ниже, а когда провел рукой ей по животу, Эмили вздрогнула и застонала.
— В больнице я задал тебе вопрос. И думаю, ты тогда солгала мне, Эмми, — произнес он хриплым шепотом, уткнувшись ей в плечо. — Теперь я хочу знать правду. — Он поднял голову и заглянул ей в глаза. — У тебя были еще мужчины? После меня?
5
Что-что? — ошарашено уставилась на него Эмили.
У тебя были мужчины после меня? — хрипло повторил Тони, и лицо его исказилось от напряжения.
Не в силах лгать она покачала головой.
Нет, у меня никого не было.
Он долго смотрел на нее. Пристально, испытующе.
Почему, Эмми? — спросил наконец с неожиданной нежностью.
Она попыталась взвинтить себя, разозлиться— мол, какое он имеет право задавать ей такие вопросы?! — но даже на это сил сейчас не было. Желание куда-то пропало, остались лишь холод и боль. Мелькнула мерзкая мысль: а не мстит ли он ей за то, что три года назад получил отказ? И если сейчас сказать правду, что она его любит, это даст ему очень мощное оружие против нее. Нет. Только не это.
Я была занята, — натянуто проговорила Эмили, — много работала, мне было не до мужчин. На какие-либо отношения не оставалось ни сил, ни времени.
— Это единственная причина?
Эмили нахмурилась, пытаясь понять, что именно прозвучало сейчас в его голосе. Беспокойство? Да нет, быть такого не может. Станет волноваться из-за того, сколько у нее было мужчин. Разве что гордость заела. Или он хочет услышать, что у нее никого не было только потому, что все эти годы она страстно и нежно любила только его, Энтони? Хочет, чтобы Эмми призналась ему в любви, пролила бальзам на уязвленное самолюбие? Эмили даже притихла в испуге. А вдруг он догадался? Только из-за того, что она распалилась от его ласк, он, должно быть, возомнил…
Ей сделалось еще больней и горше.
Если хочешь знать, я не встречалась с другими мужчинами вовсе не из-за тебя.
Даже в темноте было видно, как болезненно скривились его губы. Эмили попыталась вырваться, но Тони схватил ее за руки и крепко прижал к кровати. И тут она все-таки разозлилась.
Я тебе доверяла тогда, три года назад. А ты меня предал! — вырвалось у нее.
Эмили совсем не хотела поднимать эту тему, однако слово не воробей. И сейчас уже поздно жалеть о сказанном. К тому же он ее действительно предал, когда попытался вмешаться в карьеру. Она никогда ему этого не забудет. И никогда не простит.
Вернее, это ты себе вбила в голову, что я тебя предал, — тихо вымолвил он.
Ничего я себе не вбивала в голову. Все так и было.
Эмили вдруг показалось, что Тони улыбнулся, довольный, как человек, который нежданно-негаданно нашел ответ на загадку, донимавшую его годами. Странный он все-таки. Невозможный. Язвит и сердится, а буквально через секунду радостно улыбается. И главное, совершенно неясно, чем вызвана такая разительная перемена.
И не успела она как следует об этом подумать, как Тони опять рассердился.
Господи, Эмми, ты хочешь сказать, что три года назад ушла от меня из-за какого-то идиотского фильма?
"Мой строптивый малыш" отзывы
Отзывы читателей о книге "Мой строптивый малыш". Читайте комментарии и мнения людей о произведении.
Понравилась книга? Поделитесь впечатлениями - оставьте Ваш отзыв и расскажите о книге "Мой строптивый малыш" друзьям в соцсетях.