1

1878 г.

" Мой дорогой Люк, пишу тебе это письмо и надеюсь, ты найдешь в себе силы прочесть строки до конца. Знаю, что поступила не лучшим образом, бросив вас с Кайлом на произвол судьбы, но ты должен меня простить и не пытаться отыскать причины столь чудовищного поступка.

Многие годы я думала о тебе и о твоем младшем брате, вспоминала все, что связывало нас, и проклинала себя за слабость. Нет, не думай, что я стану вымаливать прощение или умолять принять меня обратно.

Ты прочтешь это письмо, когда мое тело опустят в сырую землю, ибо такова была моя последняя воля.

У тебя есть все причины ненавидеть меня, Люк, я понимаю. Но, зная твой добрый нрав, все же лелею надежду на то, что ты меня услышишь и не останешься безучастным к судьбе моей дочери. Ее зовут Изабель, она очень милая и благовоспитанная девушка.

Ей едва исполнилось тринадцать лет.

Ах, Люк, я пишу эти строки на смертном одре, и моя бедная девочка тихонько сидит рядом, оплакивая непутевую мать, бросающую ее на произвол судьбы. Прошу, Люк, во имя нашей былой любви, прояви милосердие и не останься безучастным к судьбе девочки. Ей больше некуда пойти, и ты ее единственная надежда.

Прилагаю наш адрес, по которому ты сможешь найти ее и несколько сотен для того, чтобы Изабель смогла добраться до графства, если ты по каким — либо причинам не сможешь за ней приехать. Передай деньги извозчику, если таковые причины найдутся, и попроси привезти мою дочь в свой дом. "

* * *

Ночь давно опустилась на мир, раскинув темные крылья и окутав фамильный замок Блэквудов таинственной тенью. Было так тихо, что даже редкий стрекот кузнечиков громко тревожил покой ночи.

В слабом свете луны, проникающем в узкие окна бойниц, в полумраке одной из комнат проступали очертания письменного стола, часть кресла, обтянутого парчой оливкового цвета и плечо сидящего в нем мужчины.

Сорокатрехлетний граф Люк де Блэквуд снова и снова прокручивал в голове сложившиеся обстоятельства относительно исчезнувшей дочери Андреа.

Три долгих года прошло с того дня, как ему принесли письмо, написанное торопливым и местами неразборчивым почерком. Три года он потерял, не подозревая о том, что девочка нуждается в помощи и где ее сейчас искать, он плохо представлял.

Никаких родственников у ее матери не было, а значит, девочка могла оказаться в каком — нибудь приюте или того хуже. вовсе на улицах неприветливого города. Именно с этого и начал поиски Люк, поочередно отправляя послания в пансионаты и осведомляясь, не находится ли там девочка по имени Изабель. Но, увы — его попытки не увенчались успехом, ни в одном из значившихся в списке приютов ее не оказалось.

Андреа. Это имя тоскливым звуком всплывало в сознании, больно раня сердце мужчины.

Когда — то, почти двадцать лет назад, Люк де Блэквуд считал себя самым счастливым человеком на земле, ибо у него была прекрасная возлюбленная, в которой он души не чаял. Он встретил ее на ярмарке в деревеньке и с того дня не знал покоя и сна до того времени, пока одним летним вечером Андреа не дала согласие стать его женой.

Но накануне свадьбы она таинственным образом исчезла. Не оставила ни записки, ничего, что хоть как — то указывало бы на место ее пребывания.

Сердце Люка закаменело, и с той поры он замкнулся в себе и перестал верить женщинам.

Именно по этой причине он так до сих пор и не женился, и при этом слыл самым вздорным и нетерпимым человеком. Вся округа Блэквуда и расположенной в его низине деревни побаивалась своенравного графа, и путники с опаской объезжали его владения, которые исчислялись не одной сотней миль вокруг замка.

Он вел уединенный образ жизни, не выезжая в свет, однако в замке так же проживали его младшие брат Кайл и сестра Беладонна.

Что за странная прихоть ударила в голову отца Люка, повелев ему дать единственной дочери такое имя, не знал никто, и местные лишь втайне посмеивались над странностями покойного старика.

Отец Люка скончался прошлым летом, неудачно упав с лошади и сломав себе шею. Все богатства, в том числе превосходные кукурузные и хлопковые поля, конюшни и молочная ферма, естественно, перешли к Люку, как к старшему из сыновей.

Надо сказать, что разница в годах между ним и его братом Кайлом была в целых одиннадцать лет, а с сестрой и вовсе пятнадцать. Поэтому Кайл и Беладонна предпочитали относиться к Люку как к наставнику, нежели к старшему брату, хотя ни о каком подчинении не могло быть и речи.

Кайл, перенявший буйный нрав отца, но при том обладающий невероятно привлекательной внешностью, был дерзким шалопаем и дебоширом. Он мог запросто устроить соревнования по стрельбе прилюдно, и при этом выиграть какой — нибудь незначительный приз, обставив в соревнованиях своих приятелей.

Или же ввалиться в родовой замок пьяным в стельку, поддерживаемый не менее пьяными друзьями, но при том не забывать о привитых с юности манерах и, учтиво извиняться перед слугами за свой непрезентабельный вид, что само по себе выглядело комично.

Люк не мог перевоспитать брата, как ни старался бы этого добиться, но и терпеть его выходки тоже был не намерен, и это зачастую приводило к скандалам. Беладонна же, с годами превратившись из неуклюжего подростка в прелестную юную леди, была точной копией своей безвременно ушедшей матери — веселая и не в меру любопытная.

Донне досталась необыкновенная красота ее матери и юная сестра графа Блэквуда считалась самой красивой девушкой в округе, но при том обладала волевым характером и благоразумием, поэтому за нее Люк был вполне спокоен…

Отвлекшись от размышлений, граф поднялся с кресла и поднялся по утопающим в темноте каменным ступеням. Сегодняшний день не принес никаких новостей, маленькая Белла по — прежнему была для него недосягаема. На душе скребли кошки.

Толкнув дубовую дверь, мужчина вошел в свою спальню. Пламя свечей мягко струилось по помещению, рассеивая мрак, в камине уютно потрескивали поленья.


Не раздеваясь, но скинув обувь, он устало прилег на кровать, сдвинув в сторону балдахин, украшенный пушистыми рыжими кисточками, и прикрыл глаза.

Утром возможно принесут ответ из последнего в его списке пансионата, и если Изабель не окажется и там, ему предстоит отправиться в Лондон и самому попытаться выяснить, куда пропала дочь его бывшей и ныне покойной возлюбленной.


Утро выдалось хмурым — под стать настроению Беллы.

Юная особа потянулась, разминая затекшие от неудобного положения мышцы, и припала к окну кареты. Дорога пролегала вдоль пустынных полей, на которых скрючились от ветра остатки колосьев пшеницы и черные вороны с противным квохтаньем кружили над ними, деля добычу между собой.

Искоса взглянув на дремавшего рядом парня, Изабель презрительно фыркнула. Надо же было так глупо попасться на глаза этому пижону, когда он расспрашивал о ней доярок на ферме Скотта!

Конечно, нужно было сразу же скрыться, затеряться среди бескрайнего леса и выждать, пока ищейки уберутся прочь из деревни, но любопытство. будь оно неладно, одержало верх над здравым смыслом и вот теперь впереди ее ждет неизвестность. Куда ее везут, интересно? Уж не вознамерились ли эти гады продать ее в рабство, хотя стоило ли верить россказням болтушки Мэри, приютившей беглянку прошлым летом?

Жутко хотелось есть, желудок страдальчески напоминал о себе тихим урчанием.

Может, воспользоваться моментом и попытаться сбежать, пока ее соглядатай сопит в свой воротник?

«Не будь дурочкой, куда ты здесь спрячешься, вокруг поля и пустоши… Или, чего доброго, волки водятся, стоит ли рисковать?» — одернув себя за глупые мысли, девушка вздохнула.

Ей не особо верилось в то, что какой — то там неведомый и страшно богатый граф разыскивает ее, и словам этого пижона, похрапывающего рядом, она не доверяла. Зачем знатному человеку искать замухрышку, скитающуюся с ранних лет и постоянно сбегающую из приютов?

Но сколько бы Белла не пыталась найти разумного объяснения случившемуся. ни до чего путного так и не додумалась, а потому решила положиться на волю судьбы.

Когда впереди замелькали разноцветные крыши деревенских домов, коровников и конюшен, она оживилась, рассматривая проносившиеся мимо постройки.

Карета остановилась у одного из домов, хотя скорее это была таверна, ибо возле дверей толпились преимущественно мужчины и молодые люди в рабочей одежде.

Когда девушка, повинуясь просьбе сидевшего рядом парня, ступила на землю, все головы завсегдатаев таверны как по команде повернулись в ее сторону.

Изабель увидела красивый дилижанс, возле него стоял очень высокий мужчина, нетерпеливо постукивая тростью по сапогу.

Он был одет в черный фрак и белоснежную манишку с кружевным жабо вокруг шеи. Темные волосы, чуть тронутые сединой у висков были собраны в хвост бархатной лентой. Во всем его облике чувствовалась благородная порода и девушка растерялась, не зная, что следует произнести и как вообще следует обращаться с графьями. А в том, что перед ней никто иной. как граф де Блэквуд, она уже ничуть не сомневалась. Радовало одно — ее не обманули и этот человек действительно ее разыскивал. Вот только для чего?!

Люк заметил ее смятение и в первую же минуту догадался, что девчушка растеряна. Он разглядывал ее в тайной надежде увидеть черты Андреа. Но ни в настороженном взоре, ни в приоткрытых пухленьких губах не видел ничего схожего со своей покойной возлюбленной.

Присмотревшись повнимательнее к юной красавице, Люк заметил, что ее волосы намного темнее оттенка, нежели были у матери, пряди отливали медными нитями. Большие глубокие глаза цвета неба с подозрением уставились на него, длинные пушистые ресницы слегка дрогнули. Нежный овал лица лишь отдаленно напомнил ему образ той, что давно покинула его.