– Ты сказал, что «не хочешь меня лицезреть в таком виде», что не хочешь всего этого.

Я перестаю думать об отступлении, фокусируя свой взгляд на ней. Я не должен хотеть видеть ее в таком виде но, черт, мне это нравится. Да, должно быть стыдно, и я уже чувствую, что буду мастурбировать, после того как останусь один. Это будет намного лучше, чем то, что я имел прошлой ночью. Дело в том, что она даже не догадывается, как я стоял вчера, у ее кровати и смотрел на спящую Софию. Я стоял, глядя на ее губы, представляя, как они будут чувствоваться на моем члене, а затем я кончил в свою руку. Теперь же мне представилась возможность изучить ее тело с другой стороны.

– Ты еще так юна. А я уже почти старик, не говоря уже о том, что я твой отчим, и не будет то очень весело, когда кто-то посторонний увидит нас в таком свете. Ты несовершеннолетняя, – сказал я скорее себе, чем ей. Мои глаза опускаются ниже, и я смотрю на ее невинную соблазнительную киску, и вижу влагу на ее трусиках. – Черт, – выдавливаю я, делая глубокий вздох. Я не знаю, что сейчас происходит с моим телом, но я пытаюсь держать себя в руках.

– Ты прав, – отвечает она, и делает еще один шаг в мою сторону.

А я, ну что я, смотрю на ее киску и думаю, о том какова она на запах, как она будет красиво выглядеть на моем лице, пока я посасываю и облизываю ее.

Словно прочитав мои мысли, ее рука внезапно хватает мой член. Я еле слышно рычу, не в состоянии больше держать свой взгляд на ее губах, но это даже и к лучшему. Я не должен смотреть на нее в таком плане, это неправильно. Я не должен давать своим фантазиям осуществиться, да я вообще не должен о ней думать в таком свете.

– Иди и оденься. Мне нужно работать. Сегодня понедельник и мой график очень тесный, – говорю я жестко, хватая свой телефон со стола. – Домработница скоро будет здесь. Я ей уже писал о тебе, – я иду к лифту, не оборачиваясь, но я чувствую ее взгляд на себе. Я быстро нажимаю на кнопку, чтобы закрыть двери.

У меня личный лифт, который соединяется прямо с гаражом. К счастью, я тот, кто управляет всем видеонаблюдением и аварийным доступом. Когда двери закрываются, я быстро расстёгиваю брюки и достаю свой член. Мне не нужно думать об этой чертовой плитке на полу, мне просто нужно скинуть напряжение.

С моего члена уже стекает сперма, пока я вожу по нему рукой. Плевать куда я кончу, мне просто нужно скинуть свой груз. Я кончил так сильно, что струя обрызгала двери лифта. Черт, мои ноги подкашиваются, а мысли куда-то улетучиваются, и я не могу припомнить, когда у меня в последний раз вообще был такой оргазм. Мне пришлось держаться за железный поручень, чтобы не осесть на пол.

Потребовалось несколько минут, чтобы привести себя в порядок. Я вытер двери лифта своим платком, и засунул его обратно в карман, затем убрал все еще твердый член в штаны. Черт, он не становится мягким, и я не знаю какова причина этому.

Я должен прийти в себя и перестать делать то, что делаю. Этого больше никогда не повторится.

Глава 4

София


Мое тело немного трясло от волнения, когда я шла к своей комнате. Я не могла поверить в то, что сделала. В жизни не делала ничего настолько сумасшедшего. Я чувствовала, как стала влажной между ног. Мне нужно кончить. Это плохо.

Я зашла в свою комнату и стянула с себя белые трусики. Я бросаю их на пол и хватаю подушку с кровати.

Знаете, живя в одной комнате с остальными девчонками, учишься быть тихой, когда мастурбируешь, и это я быстро освоила. И это не займет много времени, чтобы кончить. Еще ни один мужчина не смотрел на меня так, как Брюс, и я еще никогда не испытывала таких сильных эмоций. Это было так опьяняюще. Я наконец-то почувствовала себя живой.

Осмотрев комнату, я искала идеальное место. Когда я увидела кресло в углу комнаты, картинки того как я буду это делать тут же всплыли в моей голове. Положив подушку на кресло, я села на нее. Как раз то, что нужно, мягкая поверхность и твердость для давления. Вот так всегда я представляла себе член.

Расставив ноги шире, я начинаю двигать бедрами. Я закрываю глаза и борюсь со стыдом, ведь в моей голове всплывает образ моего отчима. Обычно я не фантазирую о мужчинах, когда мастурбирую, вернее, я всегда представляю себя на месте героини из любовного романа, который я последний раз читала. В этот раз у меня все по-другому. Брюс мой новоиспеченный папа. Как не странно, но я запомнила каждое очертание на его лице, его глаза, ту дикость во взгляде. Он смотрел на меня с таким вожделением на кухне.

Потирая свою киску об подушку, я воображаю, как сижу на его коленях, а затем перемещаюсь на подлокотник кресла. Я представляю, как потираю, свой клитор об него, а этот мужчина сидит совершенно неподвижно, боясь, коснуться меня. Опускаясь снова на подушку, я содрогаюсь, волна удовольствия пробегает по моей спине. Мне так бы хотелось, чтобы он поднял меня со своих колен, уложил на стол и зарылся лицом между моих ног. Он бы пробовал меня. Брюс использовал бы свой язычок и пальцы, чтобы подготовить меня к его жесткому члену. Он бы нежно заботился обо мне, чтобы не причинить боль. А затем трахал меня на протяжении нескольких часом, получая неимоверное удовольствие. Все, что имело бы значение это мы, я готова была отдаться ему.

Каждое движение моих бедер посылает наслаждение во все тело. Мою кожу покалывает, пока я думаю о тех шалостях, которые со мной мог бы сделать Брюс. Я начинаю двигаться быстрее, вдавливаясь сильнее в материал подо мной. Образы мелькают в моей голове одни за другими, пока меня не накрывает оргазм.

Я все еще содрогаюсь в конвульсиях, мое тело становится обмякшим и слабым. Моя кульминация сильно вымотала меня, теперь, все что мне остается, так это тонуть в волнах удовольствия.

Перевернувшись на бок, я расслабляюсь в кресле, скинув подушку на пол. Я смотрю вниз на нее и вижу мокрое пятнышко от моего недавнего оргазма. Боже, если я так кончила от одной мысли о Брюсе, что же было бы случись это в реальности?

Затем я окунаюсь в мысли о той вчерашней женщине, которую он водил на ужин. Заставил ли он ее кончить? Было ли это на столе, так как это представляла я? Она намного опытнее меня. Она прекрасно бы справилась с таким мужчиной как Брюс. Я даже ни с кем еще не целовалась то толком. Поцелуя от своей матери тоже никогда не получала, но уверена что Брюс ее целовал.

Чувствуя, как слезы появляются на моих глазах, я закрываю их.

Всего несколько часов назад я пыталась вызвать слезы, а теперь сидя здесь не могу их остановить. Нет, не эти эмоции мне сейчас нужны. Я хочу то, что было на кухне, хочу вернуть то чувство. Но как я могу желать мужчину, за которого моя мать вышла замуж? Она возможно и любила его, хотя я в этом очень сомневаюсь, но все же что-то ведь было. Стыдно конечно, но я не могу не желать Брюса.

Мысленно давая себе пинок под зад, я пытаюсь выкинуть все эти ненужные мысли из своей головы.

Я открыла один из моих небольших чемоданов, и достала синий сарафан. Я с легкостью скользнула в его, затем завязав белые шнурочки, поспешила в ванную. Я почистила зубы, завязала волосы в хвостик, и принялась наводить порядок на лице. Наложив немного косметики, мое лицо по-прежнему оставалось покрасневшим, и я понятия не имею почему.

Выйдя в коридор, я направилась в сторону комнаты своей матери. Я все еще удивляюсь тому, что Брюс не спал с ней в одной постели. Отрыв дверь, я тут же замираю от шока.

Внезапно улыбка озаряет мое лицо, я немного удивлена, потому что передо мной стоит Лили.

– Лили! – кричу я, подбегая к ней, и заключая в крепкие объятия.

– О боже, София! Какая ты уже большая! Просто красавица! – хвалит она, а я сжимаю ее еще крепче.

Отстранившись, я смотрю на нее. Она все такая же, только появились морщины, а на шоколадных волосах виднелась седина.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я. Боже, я не видела эту женщину уже лет сто, и я даже не знаю, работала ли она у моей мамы. Если мне не изменяет память, Лили очень хорошо знакома с ней. Мне даже становится стыдно спрашивать у этой женщины о самом, как я думала близком мне человеке.

– Я никогда не переставала работать у твоей мамы, а теперь и на мистера Арчера, – при упоминании моей матери она обнимает меня. – Мне так жаль, София, все это случилось так внезапно.

– Я в порядке, правда, – пытаюсь переубедить ее.

– Давай пойдем на кухню, выпьем кофе и поговорим.

Последовав за ней, я сажусь за барную стойку, а она в это время смотрит по сторонам. Конечно же, она прекрасно знает, что где находится.

– Ты работала у моей мамы, когда она вышла замуж? – спросила я, наконец-то сформулировав вопрос. Мне было очень интересно знать о маме и Брюсе. Мне кажется, она сделала это не просто так, на это была какая-то причина. Она никогда не болела идеями о любви или браке. Я не знаю, кем была зачата я, потому что никогда не встречала своего отца.

– Ну, если можно так назвать, – ее ответ привлек мое внимание, и по выражению ее лица, я могу сказать, что она заметила мою реакцию. – Они поженились только на бумагах, все это произошло из-за работы.

– Мда, это немножко шокирует, – ответила я саркастически. Все было только из-за работы, но я не могу ничего сделать с тем облегчением, которое сейчас испытываю.

Лили провела пальчиком по чашке кофе, изучая меня и обдумывая мои слова.

– Ты скучаешь по ней? – задает она вопрос с заботой в голосе.

Ее вопрос немножко обескуражил меня. Скучаю ли я по ней?

– Я… ну… как можно скучать по кому-то, с кем ты никогда практически не виделся?

Этот вопрос возник сразу после того, как я узнала, что ее сердце остановилось, неся за собой смерть. Затем спустя несколько дней, я наконец-то поняла, что и вовсе по ней не скучаю. Знаете, наверное, я скучала, по самой идее о том, чтобы мы могли сделать вместе. Идея заключалась в том, чтобы я пошла в колледж, и наконец-то обрела ту потерянную семью полную заботы и любви. Но это было только в моей голове, мечта о том, что все изменится к лучшему. В действительности я все-таки должна была признаться себе, что все это разные понятия.