***

Осталось чуть меньше месяца до моего отъезда. Я провожу как можно больше времени с семьёй, помогаю бабушке в саду, гуляю с друзьями и уделяю время отцу.

Сложно представить, что всё, к чему я так привыкла за всю жизнь, так и останется в Таллине, но уже без моего участия.

Мне предстоит влиться в другой график, новую обстановку в чужой стране. Совершенно другое учебное заведение, новые однокурсники, знакомства и новые возможности.

За день до отлёта я приступила к сборам чемоданов. Еле - еле смогла уместить девятнадцать лет своей жизни в два чемодана и сумку.

В день отлёта, мама вся не своя. Она обнимает и целует меня каждые три секунды и лишь повторяет, как же будет скучать по мне. Я ещё не улетела, а она уже скучает по мне.

— Доченька, я буду очень скучать по тебе. Будь осторожна,— говорит мама.

Я киваю и с любовью смотрю на неё, а затем на бабушку. У неё блестят глаза от подступающих слёз.

— Как долетишь обязательно дай мне знать!

— Конечно,— уверяю её.

Слёзы ручьём текут по маминым щекам, и я затягиваю её в тёплые объятия.

— Как я теперь без тебя?— всхлипывает она и я шмыгаю носом.

Каждый раз, когда я куда-то уезжала, мама плакала, когда провожала меня. Я ни разу не проронила ни одну слезу, но, кажется сегодня станет исключением. Чувствую, что буду скучать по ней, ибо до рождества ещё четыре месяца, и на такой долгий срок я еще никогда не уезжала из дома.

— Мам, спасибо тебе за всё. Я буду звонить, не переживай за меня, всё будет хорошо!

Отрываюсь от мамы и крепко обнимаю бабушку, которая уже во всю плачет. Обычно она ведёт себя сдержанно, но сейчас её эмоции льются через край.

— Эрин, дорогая. Я тобой очень горжусь. Ты всегда была и есть моя гордость. Я знала, что ты добьёшься всего. Ты прошла этот сложный путь, но у тебя впереди ещё много испытаний,— говорит она дрожащим голосом.

— Бубу-у-уль.

— Будь осторожна. Усердно учись и не забывай звонить. Я всегда буду рада услышать твой голос. Я тебя очень люблю, зайчик.

Я уже не в силах остановить слёзы.

— Спасибо, что поддерживала меня всегда и во всём. Я не подведу тебя. У меня всё получится. Я люблю тебя сильно - сильно.

На прощание обнимаю Ивана и прошу его беречь маму; поддерживать её всегда и во всём. Он желает мне удачи и передаёт чемоданы.

Я иду следовать своей мечте.

Глава 3

Марк

Яркие вспышки фотокамер сияют со всех сторон, так и ослепнуть несложно. Прикрываю глаза солнцезащитными очками, поправляю кепку на голове и поднимаю воротник джинсовой куртки, чтобы скрыть свою физиономию от назойливых репортёров. Сопровождающая охрана огораживает меня от вопящих фанатов, выкрикивающих моё имя, признания в любви и просьбу помахать им.

Аэропорт в Хартфорде не был мне известен, поэтому я следую за охранниками, параллельно осматриваясь вокруг.

Автоматическая дверь распахнулась, и свежий воздух врезается мне в лицо.

Вадим, облокотившись о дверь массивного джипа, разговаривает по телефону.

Когда я подхожу ближе, он поднимает взгляд на меня и выпрямляется.

– Я перезвоню. Он приехал, – торопливо говорит он,

Я пожимаю его руку.

– Как долетел? – интересуется он, когда мы садимся в машину.

– Пересадка в Вашингтоне была утомительна, – незаинтересованно отвечаю я.

Откидываю голову назад, швыряю кепку на заднее сиденье и закрываю глаза.

– Это был единственный способ доставить тебя вовремя. Выглядишь неважно, – говорит он.

«Я бы посмотрел, как бы ты выглядел после двух бессонных ночей».

– Скажи мне что-то, чего я не знаю, – фыркнул я.

Вадим решает не продолжать, чувствуя, что я не в духе.

Я снова прикрываю глаза, и не проходит и десяти минут, как Вадим снова начинает меня раздражать.

– Не спи! Поспишь в отеле.

Он включает музыку на всю громкость, и я хмурюсь.

Я резко тянусь к радио и выключаю музыку вовсе.

Вадим усмехается, и я бросаю на него раздражённый взгляд.

Иногда он забывает, на кого работает и что со мной не рекомендуется так разговаривать.

***

Внезапный стук в дверь заставляет меня приоткрыть глаза. Скидываю белое одеяло и жмурюсь от яркого света, который переполняет номер отеля. Вытягиваю телефон из-под подушки и смотрю на время. Я проспал двадцать часов и уверен, что мог бы проспать ещё столько же, если бы не этот назойливый человек за дверью.

Перекидываю телефон через голову, и он падает на кровати позади меня. Накрываю голову одеялом, и стук в дверь становится более агрессивным.

Скинув одеяло, я бросаю разъярённый взгляд на чёрную дверь, прожигая в ней дыру взглядом.

– Проваливай! – кричу я, осознавая, что кроме Вадима там никого и быть не может.

– Открывай!

Он действует мне на нервы, крича сквозь дверь и не переставая долбиться в неё.

Накрываю голову второй подушкой, закрываю уши и пытаюсь снова заснуть.


Раздаётся щелчок, который сигнализирует о том, что дверь разблокирована.

Черт бы тебя побрал, Вадим!

Я сжимаю глаза в надежде, что он скоро уйдёт.

Хотя кого я пытаюсь обмануть?

Меня накрывает внезапная волна мурашек. Подняв голову, сердито смотрю на Вадима, который откидывает одеяло в сторону.

– Вставай! Через час у нас встреча, – говорит он.

Покряхтев, я неохотно поднимаюсь с самой мягкой кровати, в которой когда-либо спал, и волочусь в ванную.

Проведя в пути около получаса, мы наконец паркуемся возле многоэтажного здания. Хлопнув дверью, я глубоко вздохнул.

«Что мы здесь забыли?»

Мы заходим в здание, и нас приветствует высокая брюнетка с откровенным декольте. Она обменивается парочкой фраз с Вадимом и фальшиво хихикает. Она поглядывает на меня и явно пытается привлечь моё внимание. Вадим, пытается внедрить меня в их разговор, но я сразу даю понять, что не заинтересован.

Я накапливаю своё терпение и сохраняю словарный запас лишь для одного человека и не собираюсь тратить время на бесполезную болтовню.

Мы выходим из лифта, идём вдоль коридора и останавливаемся возле двери.

Девушка пронзает меня своим взглядом и всячески старается накрутить локон волос на свой палец.

Мне становится её жаль. Жалкие и дешёвые попытки привлечь моё внимание.

– Э-э, вот... – говорит она смущённым голосом.

Девушка стучит в дверь и приоткрывает её.

– Проходите.

– Ма-арк, как я рад тебя видеть!

Мужчина тридцати пяти лет подрывается со стула и протягивает мне руку.

– Мои дочки без ума от тебя. Бывают на каждом твоём концерте, – говорит он.

Он вдруг опускает глаза, заметив, что последние слова были лишними.

– Дерек, как поживаешь? Как дела у Лорен? – Вадим подхватывает напряженный момент, и за это я ему благодарен.

Он всегда был чересчур коммуникабельным, но благодаря хорошо подвешенному языку он так известен в индустрии музыки. Возможно, поэтому он имеет связи по всему миру, и когда я только начинал свою карьеру, то даже подумать не мог, что менеджер такого уровня решит взяться за развитие начинающего музыканта.

Рухнув на кожаный диван, я наблюдал за разговором двух успешных мужчин.

После получасовой болтовни они вспомнили, зачем встретились, и моя персона снова заинтересовала их.

– Итак, Мастер Смерти, – выделив мой сценический псевдоним, Дерек продолжил, – ты на обложках трёх журналов, СМИ всячески пытаются найти хоть какую-то актуальную информацию о тебе и о твоей личной жизни. Твои песни обсуждают великие музыканты, критики, каждое интервью разбирают на цитаты. Ты король рэпа, и молодёжь тебя боготворит. Три твои последние песни разорвали все музыкальные чарты. Это я называю успехом, настоящим успехом за такой короткий срок.

– Приятно осознавать, что люди ценят то, что я делаю, и если бы не Вадим, то всё было бы не так радужно, – говорю я, потирая ладони.

– Не скромничай, Марк. Ты – звезда, а я поддерживаю талантливых музыкантов. – Я бросаю взгляд на Вадима, который разлёгся, облокотившись о боковину дивана.

Вадим невероятно спокоен.

– К чему ты клонишь? – прерываю его.

«Не выношу, когда люди ходят вокруг да около. Говори конкретно и по делу».

– Хочу предложить тебе сотрудничество. Не волнуйся, на твоё сотрудничество с Вадимом никак не повлияет наша с тобой работа. Я буду покрывать тебя, продвижением будем заниматься с Вадимом вместе. С моей стороны будут звукозаписывающие студии, концерты и расходы на съемки клипов.

– Зачем? У тебя и так много артистов, – говорю я.

– А ты осведомлён о моей деятельности.

Мужчина самодовольно улыбается, но он связался не с тем человеком, чтобы ставить себя выше меня.

– У меня есть знакомые, я многое знаю, – говорю я, и Дерек замирает на несколько секунд.

Люди в музыкальной индустрии умны, расчётливы и хитры. За три года я научился читать таких людей, хотя многие даже не стараются скрыть своих настоящих умыслов.

Я ранее получал предложения подписать контракт с творческой компанией, которая занимается музыкантами, актерами и моделями. В данном случае не вижу смысла, ведь начинающих артистов лепят, их готовят к работе. Я к данной категории не отношусь, ведь уже знаю, как всё устроено. Мой характер изменить нельзя, стиль музыки – тоже.

«Зачем брать в компанию уже состоявшегося музыканта?»

Только ради прибыли?

– Меня вполне устраивает моё нынешнее положение. Если это всё, что ты хотел мне сказать, то я пошёл, – говорю я.

– Ты не должен решать сейчас.

«Я не собираюсь решать и потом».