Девушка кивнула.

Уже через пару минут она ехала на Сережиной спине. Не сказать, чтобы очень удобно, но некоторое время она выдержит. Да и парень, казалось, вовсе не чувствует вес.

Вадим шагал рядом и то и дело косился на них, но молчал.

Так прошли километра два. Наконец Сергей осторожно опустил девушку на землю.

– Твоя очередь, – произнес он, обращаясь к родственнику.

Тот, тяжело вздохнув, поднял Славку на руки, и она, чтобы не упасть, обхватила его за шею.

– Я так долго не смогу, – сообщил Вадим, сделав буквально пару шагов. И, предупреждая Серегину фразу, добавил: – И на спине тоже. Мне завтра на работу, между прочим. Если я надорвусь и слягу, меня за это по головке не погладят.

Девушка, снова оказавшаяся на земле, переводила взгляд с одного на другого. Сейчас она чувствовала себя чем-то сродни чемодану, набитому ненужной ветошью. Слезы подступали к горлу.

– Между прочим, она не виновата, что повредила ногу, – сказал Сергей.

Вадим недвусмысленно взглянул на Славкины босоножки.

– А я не виноват в том, что у меня слабая спина, – проговорил он. – Предлагаю немного отдохнуть, а после снова понести ее, как вначале.

Сережа спорить не стал, лишь кивнул.

Они сидели на скамейке на устроенной в лесу детской площадке, сейчас абсолютно пустой, и Вадим рассказывал очередной случай из своей жизни – на этот раз как он был в походе, и одна из его участниц сломала ногу, и пришлось тащить ее на носилках несколько дней.

Славка делала вид, что слушает, а на самом деле ругала себя за глупость и неосторожность. Настроение испортилось. Хоть она и правда не специально получила свою травму, чувство вины присутствовало и прогрессировало с каждой минутой.

– Не переживай, – вдруг произнес Сережа. – Со всяким может случиться. Вадька, между прочим, тоже неоднократно ноги подворачивал.

Девушка благодарно ему улыбнулась.

Серега всегда был таким, с самого детства, – спокойным, надежным, как скала, умеющим утешить и найти выход из любой ситуации.

«Таким, наверно, и должен быть настоящий мужчина, – подумала Мирослава. – Вот его девушке повезет, когда она появится».

Тем временем Вадим уже закончил свою историю и ждал реакции общественности, которой, впрочем, не последовало. Но молодой человек ничуть не расстроился.

– Ну что, отдохнули? – произнес он. – Готовы к последнему рывку?

Славка представила себе оставшееся до дома расстояние и тихо застонала.


Домой они вошли в начале второго часа ночи. К тому времени Славка давно пересела обратно на Серегину спину, но и так ехала с трудом – все тело нестерпимо ломило.

Парень осторожно сгрузил ее на диван в гостиной, и девушка откинулась на мягкие подушки.

– Спасибо, – благодарно улыбнулась она.

– Да не за что, – пожал плечами Сергей. – В следующий раз только смотри внимательней, куда ноги ставишь.

Она кивнула.

– Устал? – Даже представить, как болит каждая его мышца, не получалось.

– Завтра утром будет понятно. – Он присел рядом. – Сейчас лед принесу, приложишь к больному месту. Хоть времени с момента травмы уже прошло достаточно, но все равно отек хоть немного спадет.

В комнату вошел дядя Руслан в сопровождении Игоря и Матвея.

– Ну что, – улыбнулся мужчина, – все живы?

– Живы-то живы, – ответил Сережа, – только не совсем здоровы.

Дядя Руслан осмотрел Славкину лодыжку.

– Ну, это не смертельно, – констатировал он. – Через неделю уже и не вспомнишь.

Тем временем его сын уже принес пакет со льдом и плотно привязал его к Славкиной ноге.

– Холодно! – поежилась девушка.

– Терпи, – улыбнулся парень.

– Сереж, а куда Вадим делся? – Она только сейчас заметила, что любимого нет в комнате.

– Думаю, спать пошел. Ему завтра рано вставать, – пояснил Сергей.

Мирослава погрустнела.

«Как это так, – подумала она, – ушел и даже спокойной ночи не пожелал?»

Настроение совсем испортилось.

– Болит? – спросил Сергей, заметив кислое выражение ее лица и истрактовав его по-своему.

– Немного, – отозвалась девушка.

– Так, вы ей тут не мешайте, пусть отдыхает, – велел дядя Руслан. И, обращаясь уже к ней: – Слав, если что-нибудь нужно, зови.

Она кивнула.

Мальчишки ушли вместе с их отцом, а чуть позже в комнату пришла тетя Таня – принесла горячего крепкого чая и пару свежих плюшек.

– Мама твоя вечером звонила, – сообщила она. – Я ей доложила, что все хорошо, что ты занимаешься и вообще молодец. Так что не переживай. Завтра сама позвонишь.

– Спасибо, – поблагодарила девушка. Глаза снова наполнились слезами, пришлось отворачиваться, чтобы их скрыть.

В этом доме все относятся к ней так хорошо, словно она родной человек, член семьи, заботятся о ней, волнуются. А она – непутевая – только проблем им добавляет!

Славка пообещала себе, что впредь будет тщательней обдумывать свои поступки и просчитывать, к чему они могут привести, и залезла под одеяло.

Заснуть не удавалось долго. Ныла лодыжка, в голове крутились мысли о Вадиме.

Девушка вспоминала каждое его слово, интонации, жесты, прикосновения, то, как он смотрел на нее, как улыбался. Она пыталась понять, что он к ней чувствует, жалела, что не с кем посоветоваться. Сейчас ей как никогда не хватало подруги, которая помогла бы во всем разобраться.

«Наверно, он разозлился на меня за то, что я повредила ногу, – решила, в конце концов, Славка. – Впредь и правда надо быть осторожней, а то с моей «везучестью» можно и шею ненароком сломать».


Как не хотелось садиться за занятия, но дядя Руслан был неумолим: полтора часа физики и полтора алгебры, и так каждый день, кроме выходных.

Вопреки ожиданиям, занятия с ним были вовсе не такими нудными, как в школе. В какой-то момент Славка даже поймала себя на мысли, что она получает удовольствие от решения задач.

Сегодня нога, казалось, болела еще больше, чем сразу после травмы.

– Это всегда так, – успокоил ее дядя Руслан, – к тому же вчера ты сильно перетрудила свою лодыжку. Потерпи. Через пару дней дело пойдет на поправку.

А пока тетя Таня нашла в кладовке бабушкин костыль, и теперь Мирослава ковыляла по квартире с ним.

Она решала уже последнюю задачку, когда с кухни донеслись голоса тети Тани и тети Наташи – матери Вадима.

Хотя двери в обе квартиры почти всегда были открыты – закрывалась только дверь, отделяющая их коридор от лестничной клетки, – Славка раньше не видела, чтобы женщины общались. Наташа все время проводила у себя.

Сейчас они громко обсуждали какой-то рецепт, гремели кастрюлями, смеялись. Девушке немедленно захотелось к ним – пообщаться с матерью Вадима, вдруг он что-то говорил ей про нее и свои чувства.

– Иди. – Дядя Руслан понял, что она больше не может сосредоточиться. – Завтра вернемся к этой задаче.

Славка схватила костыль и побрела на кухню.

– А вот и Мирослава, – приветствовала ее тетя Наташа. – Я как раз за тобой пришла. Хотела пригласить тебя на обед, а то мне одной скучно. У меня суп харчо. Пробовала такой?

Девушка вспомнила густое ароматное варево, которое делала бабушка, и у нее потекли слюнки.

– Ну что, присоединишься ко мне? – улыбнулась женщина.

Славка посмотрела на тетю Таню, спрашивая разрешения.

– Конечно, иди, – кивнула та. – У меня обед будет еще не скоро, а ты утром плохо поела.


В этой квартире все было иначе, чем в квартире тети Тани и дяди Руслана. Мебель стояла повсюду. Чтобы подойти к окну в единственной комнате, нужно было протиснуться между громоздким книжным шкафом и диваном, просочиться между тахтой и письменным столом, а затем еще отодвинуть тяжелое кресло и длинную плюшевую штору.

Впрочем, они сидели на кухне.

Здесь тоже стояла тахта, вплотную придвинутая к обеденному столу.

– Вот тут я и сплю, – как показалось Славке, грустно сказала тетя Наташа. – Не бог весть какие условия, но что делать. Все лучше, чем на улице. На моей родине у нас была огромная квартира, но ее пришлось продать.

Девушка кивнула.

Она не представляла, как можно жить так – вчетвером в небольшой однокомнатной квартирке, спать на кухне, ютиться двоим взрослым мужчинам и ребенку в пыльной комнате. Умудряться как-то высыпаться, утром вставать на работу…

Сейчас Мирослава изо всех сил жалела Вадима. У нее-то всегда была собственная комната, в которой она могла делать, что хотела, даже не убираться неделями. Мама, конечно, ругалась, но это было личное Славкино пространство. Если она хотела, она могла даже запереться на ключ. У Вадима же тут такой возможности не было.

Словно отвечая на ее мысли, тетя Наташа произнесла:

– Вадику, конечно, тяжелее всех. У него работа ответственная, нагрузка. А тут ни отдохнуть нормально невозможно, ни отоспаться. Он даже больничный брал всего однажды, и то когда ему было совсем плохо. А так старается побольше времени проводить на работе.

Мирослава снова кивнула. Что сказать по этому поводу, она не знала. Вроде и тема та самая, на которую она хотела поговорить – Вадим, но слова не желали складываться в ее голове в связные предложения.

– Ты суп-то ешь. – Женщина подвинула поближе к ней тарелку, наполненную до краев.

Девушка окунула в варево ложку, влила в рот и, проглотив, произнесла:

– Очень вкусно!

– Ну, вот и славно, – улыбнулась тетя Наташа.

За чаем первая неловкость прошла. Теперь Мирослава свободно общалась с мамой Вадима и получала от этого общения удовольствие. Женщина оказалась замечательной рассказчицей. К тому же у нее был талант психолога, и Славка сама не заметила, как выложила ей все о своей жизни. Рассказала о школе, об одноклассниках и учителях, даже об отношениях с мамой.