Прошло чуть меньше часа, когда офис стих. Такое бывало в двух случаях: либо в офисе никого нет, либо приехало начальство. Второе более вероятно. Поэтому я тоже послушно закрыла все ненужные вкладки в браузере, открыла свой потрепанный ежедневник, взяла синюю ручку и натянула на лицо маску повышенной работоспособности: нахмурила брови, открыла страницу о какой-то компании, где были до ужаса непонятные слова, делала вид что читала, и мне это чтение было очень и очень важно. Шеф остался мною доволен.


Лев Борисович вообще казался довольным своей жизнью. Он зашел, рассказывая что-то очень интересное, показывал свою уютную приемную, даже обо мне парой слов зачем-то обмолвился, и только потом двинулся к своему кабинету. На наших гостей я пристально не смотрела - знала, что это неприлично, а мне сейчас нужно проявлять все свое почтение нашим будущим то ли инвесторам, то ли спонсорам. Людей было двое, оба мужчины, со спины оба выглядели солидно - в плащах и костюмах. Лиц я их рассмотреть никак не могла, потому что они так быстро от меня отворачивались. И только когда Лев Борисович решил познакомить гостей со мной, я смогла рассмотреть их как следует.


Первый мужчина был серьезным, в глазах мелькал интерес. Костюм идеально на нем сидел, манеры какие-то... величественные, что ли. Он мне не показался приятным, какой-то уж больно чужой, не подходящий для этого места и для моего образа жизни. Хотя что-то в его внешности мне показалось знакомым, будто раньше когда-то видела кого-то похожего, хотя была больше чем уверена, что с этим мужчиной никогда в жизни не встречалась.


А переведя взгляд на второго, я задержала дыхание, и сердце, до этого спокойное, вдруг пропустило удар, а потом забилось часто-часто, готовое вот-вот вырваться из груди. Смотрела на его взлохмаченную прическу (он всегда так делал, считая себя так более привлекательным), на его белоснежную ровную улыбку, смотрела на него и узнавала каждую черточку некогда любимого лица. Сергей Краснов, а это был именно он, обворожительно мне улыбнулся, пробежался по мне заинтересованным взглядом, а после отвернулся и вместе с отцом (а то, что первым мужчиной был его отец, я не сомневалась) прошел в кабинет шефа. Дверь с небольшим стуком захлопнулась, возвращая меня к реальности.


Бывает же! Я как окаменевшая стояла возле своего рабочего стола, не шевелилась, только думала. Вспоминала Сережу, вспоминала, как он выглядел раньше, сравнивала, и не могла найти ни одного ощутимого отличия. Если зрение меня не обманывает - а оно никогда не обманывало, - то это действительно был Сергей собственной неотразимой персоной. Вспомнив его заинтересованный взгляд, я тут же вспыхнула, а потом с силой закрыла глаза и постаралась успокоиться. Это ничего еще не значит. Приехал Краснов, и ладно. Мир же от этого не рухнул!


Я долго сидела сама не своя. Пролистывала какие-то бумаги в папках, а на самом деле прислушивалась к голосам за стеной - так надеялась услышать его голос, но он молчал, это совершенно точно. Все-таки его голос я бы узнала из нескольких тысяч. Я посматривала на время - прошло полтора часа, а шеф со своими гостями все не выходили, продолжали негромко обсуждать свои дела. Прибежала Ленка, вся взбудораженная, а потом как затараторила: пол-офиса выглядывало из своих окон, когда наши гости приехали. И уже половина девушек офиса успело влюбиться в Краснова-младшего, даже Ленка не удержалась от лестного комментария о парне. А я молчала и не знала, что можно сказать - даже здесь, не успел он еще появиться, уже произвел огромный фурор. Наверное, это уже нельзя изменить.


Очень некстати вспомнился тот жуткий день, когда я последний раз видела Сережу. Он был с Никой, в эти минуты он полностью принадлежал ей: обнимал, целовал, делал такие вещи, о которых вспоминать совсем не хотелось. И выглядел очень довольным жизнью...


Подруга очень быстро убежала - все-таки, не стоит сейчас на глаза начальству появляться. Сплетни-сплетни, а вот работу терять никому из-за них не хотелось! Я продолжала сидеть и ждать, то ли конца своего рабочего дня, то ли появления в приемной наших гостей. Словно прочитав мои мысли, все трое вышли из кабинета. Я, как по сигналу, нацепила на лицо дружелюбную улыбку, наблюдала за Сережей, который тоже с искренним интересом посматривал на меня, и только когда все скрылись с моих глаз, я бес сил рухнула на стул.


Кажется, Краснов не узнал меня. Что и немудрено - ведь я изменилась. Одеваться стала по Юлькиным советам, привыкла к новой одежде и каблукам, стрижка у меня теперь другая была, да и цвет волос чуть изменился, а на лице появилась косметика. Сама я этих изменений особо не замечала, а вот другие их находили и общались со мной уже несколько иначе. К мужским любопытным взглядам я не привыкла, поэтому моментально вспыхивала в таких случаях - сегодня наверняка произошло то же самое.


После своего поспешного отъезда из родного города, я никогда не думала о Сереже. Только очень редко, когда было паршивое настроение. Он для меня был запретной темой. Всегда так, наверное. Ведь я его очень любила, он был для меня идеалом с картинки какого-нибудь безумно модного журнала, он был далеко не глупым, и он был таким другим... и все его минусы и плюсы я давно присвоила себе, знала все его привычки! А из-за Ники я в нем почти разочаровалась. Не хотела думать о том дне, когда видела его в последний раз, но все равно вспоминала и ругала себя за это. Потому что все равно любила.


И сейчас так не хотелось о нем думать, вспоминать его не хотелось. Вот почему он здесь? Почему не с Вероникой? Почему позволяет себе любопытные взгляды в сторону не своей девушки? Ведь я чужая, а еще я Ева - девчонка, на которую он никогда не обращал внимания. Я ждала, каждый год его ждала, на все слухи внимания не обращала и искренне верила - случиться тот день, когда он все поймет и увидит меня! Но не дождалась - уехала, сбежала от него, от Ники, от прошлой пугающей жизни. А он вновь ворвался в нее, и оставалось только надеяться - это наша единственная встреча, и других не будет.


-Юлька, у меня случилась катастрофа! - сообщила я, как только уставшая подруга захлопнула за собой дверь. Девушка заинтересованно хмыкнула, повесила на крючок в коридоре куртку, сняла осенние сапоги, увела меня за собой в зал, усадила на диван, а потом уже спокойно поинтересовалась, что случилось. И я ей все рассказала. Что он вернулся.


Подруга нахмурилась и, кажется, была совсем не в восторге от этой новости - об этом говорила глубокая складочка между бровей. Некоторое время она молча сидела в кресле, о чем-то сильно задумалась, а потом глубоко вздохнула.


-А ты из-за чего нервничаешь, Ев? - спросила вдруг она. - Просто, потому что увидела? Или потому что до сих пор любишь? А, может, просто боишься?


-Боюсь? Чего бояться-то?


-Что он останется. Что часто видеть его в офисе с отцом будешь, что он начнет ухаживать за одной из ваших работниц, что опять переживать и нервничать будешь? Ты ведь этого боишься, да?


Я пожала плечами. - Наверное, да.


-Дура ты, Евка, - беззлобно протянула Юля, а потом встала и подошла к окну. - Ерундой маешься. Он не нужен тебе. Совсем не нужен.


-Я не знаю, Юль... нужен, не нужен.


-Он же дурак. Он из тех, в кого тебе влюбляться не стоит. Он помотросит и бросит, а тебе потом маяться придется. Ты бы лучше забыла его, ведь самое потом проще будет. И вообще... столько парней нормальных вокруг, Ев!


-Да где они, парни-то эти? - фыркнула я. - Да и кто на меня посмотрит?


-Посмотрят, вот увидишь, еще как посмотрят, - подруга улыбнулась. - Не кисни, Ев. Ничего с твоим Красновым не случиться. Вот увидишь, побудет он здесь со своим папочкой пару деньков, а потом уедут, и ты о нем навсегда забудешь!


-Надеюсь, - пробормотала я.


Ночь была тяжелая. А потом следующая. За ней еще одна. Краснова я больше не видела, но от этого спокойнее не становилось. Все думала о нем: что он сейчас делает, кто ему нравится, с кем он скрашивает свои одинокие вечера? Или совсем не одинокие? А если он с Никой сюда приехал?! Почему-то, про бывшую подругу я даже не сразу вспомнила. Но, если у этих голубков все так серьезно было, то он ведь мог и с ней приехать! А вот с Никой я встречаться не хотела - не готова еще была. Не знала, как посмотрю ей в глаза, как сдержу ее надменный взгляд, как проигнорирую ее глупые вопросы и высокомерную улыбку. Не знаю, смогу ли я просто задержать на ней взгляд: не человеке, которому доверила всю себя, и который так жестоко со мной обошелся.


Ни работа, ни учеба удовольствия не доставляли. И только короткие телефонные разговоры с Матвеем на какое-то время возвращали меня к реальной жизни. Друг сразу почувствовал, что со мной что-то не так, грозился навестить меня и подругу как-нибудь вечером, но я отговаривала его. Сказала, что просто горло застудила - от этого такой мученический голос. Матвей не верил, я это знала. Но не лез ко мне с расспросами: наверное, чувствовал, что на его вопросы я еще не готова ответить.


Что-то мне подсказывало, что фамилию Сережи я услышу еще не раз. И я чувствовала, что однажды столкнусь с этим человеком, я была уверена в этом процентов на восемьдесят. Поэтому я морально готовила себя к встрече с ним. Думала, как посмотрю, как сдержу рвущиеся наружу эмоции, как буду по-деловому улыбаться, и игнорировать заинтересованные взгляды. Обо всем этом думала, а сама ругала себя: зачем я все это делаю? Ерундой какой-то занимаюсь!


И все же, в один из пятничных дней это случилось. Я разговаривала с мамой по телефону - она интересовалась своими делами, рассказывала об успехах Димы на работе и просто сетовала на то, что я о ней совсем не вспоминаю: звоню редко, приезжать в гости вообще не собираюсь. Я все это понимала, ругала себя, но то из-за одной, то из-за другой проблемы я забывала даже о такой простой вещи, как звонок.