Жаклин Сьюзан

Машина любви

Аманда

Глава 1

В девять часов утра Аманда дрожала в полотняном платьице на ступеньках отеля «Плаза». Одна из булавок, которой было застегнуто платье на спине, упала на землю. Костюмерша бросилась заменять ее, и фотограф воспользовался моментом, чтобы перезарядить аппарат. Парикмахерша быстро опрыскала лаком выбившиеся пряди Аманды, и съемки возобновились.

Собравшиеся прохожие с восторгом смотрели на одну из модных красавиц — знаменитую манекенщицу, стоявшую в легком летнем платье под порывами ледяного мартовского ветра.

Фотограф закончил съемку, и ассистент бросился к Аманде с теплым пальто и термосом. Она вернулась в холл отеля и без сил опустилась в большое кресло, чтобы выпить кофе. Ничего, она выдержит. К счастью, следующие съемки в помещении.

Допив кофе, Аманда с помощью костюмерши сменила полотняное платье на удобные летние брюки. Затем поправила искусственную грудь в бюстгальтере, проверила макияж. Расческа затрещала в ее густых, отливающих золотом волосах.

Слава Богу, природа наделила ее высоким ростом, красивыми зубами, волосами, лицом. У нее стройные ноги и узкие бедра. Господь милостив к ней. Он упустил только одно: грудь Аманды была плоской, как у мальчика.

Удивительно, но в ее профессии это был скорее козырь, а вот в личной жизни… Аманда вспомнила стыд, который испытывала в двенадцать лет, когда грудь ее школьных подружек начала набухать. Она бросилась тогда к тетушке Розе, которая лишь рассмеялась: «Это придет, мое солнышко. Надеюсь только, что они не будут у тебя такими большими, как у твоей старой тетки».

Все это было прекрасно, пока Аманда сидела на кухне у тети Розы, и они еще не подозревали, что однажды она поедет в Нью-Йорк и встретит там таких людей, с которыми общалась теперь. Или как, например, певца Билли…

Аманде было восемнадцать лет, и она только начинала карьеру манекенщицы, когда произошла их встреча. Как сообщил Билли в печати, это была любовь с первого взгляда.

С того момента Аманда стала частью его свиты. Она открывала для себя незнакомый мир: премьеры в ночных клубах, личный шофер, компания, которую он повсюду таскал за собою — авторы, импресарио, представители прессы.

На пятый день знакомства они неожиданно оказались наедине в гостиничном номере Билли. Стоя посреди комнаты, она смотрела на цветы и ряды бутылок. Билли поцеловал ее, развязал галстук и пошел в спальню. Она послушно последовала за ним. Он снял рубашку и небрежным жестом расстегнул молнию брюк.

— О'кей, лапочка, снимай свои наряды.

Аманда была в панике, пока медленно стаскивала с себя одежду. Оставив плавки и бюстгальтер, она замерла. Он подошел и стал целовать ее в губы, шею, плечи, неловко расстегивая застежки лифчика, который соскользнул на пол. Явно разочарованный ее маленькой грудью, Билли отступил назад.

— Черт побери! Быстро надень свой лифчик, куколка! — Его взгляд скользнул по собственному телу, и он рассмеялся: — Птичка улетела от изумления.

Аманда надела бюстгальтер, одежду и бросилась из отеля.

На следующий день он прислал ей цветы, без конца звонил, донимал, и она в конце концов уступила. Они провели вдвоем три чудесных недели. Спали вместе, но лифчика Аманда больше не снимала.

Через три недели певец уехал на юг. Больше она о нем никогда не слышала. В качестве прощального подарка Билли подарил ей норковое манто. Аманда до сих пор помнила его изумление, когда он обнаружил, что она девственница.

Шум, который их идиллия наделала в прессе, стал Аманде своеобразным приглашением в агентство Ника Лонгуорта. Она успешно стала делать карьеру, начав с двадцати долларов в час. А сегодня, пять лет спустя, Аманда была одной из десяти ведущих манекенщиц страны и зарабатывала в час шестьдесят долларов.

Ник Лонгуорт заставил ее изучать журналы мод, научил одеваться и ходить. Аманда уехала из Бар-бизона и поселилась в милой квартирке в Ист-Сайде, где в одиночестве проводила все вечера. Купив телевизор и сиамского кота, она погрузилась в работу и изучение иллюстрированных журналов для женщин.


Робин Стоун ворвался в жизнь Аманды во время благотворительного бала.

Ее выбрали с пятью ведущими манекенщицами для демонстрации моды в «Уолдорфе». После обеда Аманда с другими девушками пошла в раздевалку. Камеры компании Ай-Би-Си были уже установлены. Парад мод должен был напрямую транслироваться в двадцать три часа. Аманда ждала в раздевалке с остальными манекенщицами, когда раздался тихий стук в дверь и вошел Робин Стоун.

Девушки представились ему. «Аманда, — сказала она, когда очередь дошла до нее, и так как он ждал продолжения, добавила: — Просто Аманда». Их взгляды встретились, и он улыбнулся. Он ходил по комнате, записывая их имена, а Аманда смотрела на него.

Робин был очень высок, и ей нравились его непринужденные жесты. Она несколько раз видела его на экране и смутно помнила, что когда-то он получил Пулитцеровскую премию по журналистике.

У него были черные жесткие волосы, слегка седеющие на висках. Аманду поразили его глаза, когда он настойчиво, словно оценивая, внезапно посмотрел на нее. Затем улыбнулся и вышел из комнаты.

В конце вечера, когда Аманда уже переоделась, в дверь тихонько постучали.

— Хэлло, мисс Аманда! — сказал, улыбаясь, Робин. — У вас есть муж, который ждет дома, или я могу пригласить вас выпить?

Они спустились в бар, и Аманда, сидя со стаканом кока-колы, изумилась, увидев, как Робин, не поморщившись, заглотнул одним махом пять рюмок водки. Она пошла к нему, хотя он не сказал ни слова. Простого пожатия руки оказалось достаточно, чтобы она поняла его желание.

Аманда была словно загипнотизированная. Она вошла к Робину без малейшего опасения и, стоя перед ним, начала раздеваться, не думая о своей груди. Заметив, что она медлит снимать бюстгальтер, он подошел и снял его сам.

— Вы не слишком разочарованы? — спросила она, — Только коровам нужно вымя, — ответил Робин.

Он притянул ее к себе и нежно поцеловал обе груди. Ничего подобного с Амандой еще не случалось. Она обхватила его голову руками и задрожала…

В эту первую ночь Робин взял ее молча и нежно. Потом, когда они отдыхали, он спросил:

— Хочешь быть моей подружкой?

Вместо ответа Аманда еще сильнее прижалась к нему. Он отодвинулся, и его ярко-голубые глаза испытующе посмотрели на нее. Губы Робина улыбались, но взгляд оставался серьезным.

— Никаких связей, обещаний, вопросов ни с одной, ни с другой стороны. Согласна?

Она молча кивнула, и он снова овладел ею со странной смесью страсти и нежности. Когда они лежали, удовлетворенные и измученные, Аманда бросила взгляд на часы. Три часа утра! Она выскользнула из постели. Робин приподнялся и схватил ее за запястье.

— Куда ты?

— Домой.

Он сжал ей запястье так грубо, что она вскрикнула.

— Когда ты спишь со мной, то остаешься здесь на всю ночь. Поняла?

— Но мне нужно возвратиться. Я в вечернем платье!

Он молча отпустил ее, встал, начал одеваться.

Они пошли к Аманде, и он снова любил ее. И когда она засыпала в его объятиях, то чувствовала себя настолько счастливой, что жалела всех женщин мира, потому что они не знали Робина Стоуна.

С тех пор прошло три месяца, и даже Слаггер, ее сиамский кот, так привык к Робину, что спал, свернувшись клубочком у его ног.

Робин зарабатывал немного, и чтобы было на что жить в конце месяца, часто ездил по выходным читать лекции.

Аманда обожала слушать его рассуждения и, безуспешно пытаясь понять разницу между республиканцами и демократами, могла часами сидеть в «Лансере», пока Робин говорил о политике с Джерри Моссом. Джерри жил в Гринвиче и работал в агентстве, занимающемся рекламой продукции фирмы «Алвэйзо». Благодаря дружбе Робина и Джерри Аманда стала рекламировать товары фирмы.

Аманда надела трикотажное платье перед зеркалом ванной комнаты в отеле «Плаза» и снова вышла в маленькую гостиную. Поднос с едой уже унесли. Фотограф разбирал свой аппарат. Его звали Айвэн Гринберг, и он был хорошим приятелем Аманды. Дружески улыбнувшись ему и помахав рукой костюмершам, которые укладывали платья, она вышла из комнаты — стройная, высокая, с рассыпанными по плечам золотистыми волосами.

Аманда остановилась у стойки администратора, чтобы позвонить. Никаких известий от Робина. Набрала его номер: на другом конце провода, в пустой квартире, долго звучали гудки. Аманда повесила трубку. Где же он мог быть?

Глава 2

В это время Робин Стоун был в «Бельвю Статфорд Отеле» в Филадельфии. Он медленно просыпался, чувствуя, что утро уже почти кончилось. Сквозь дрему услышал воркование голубей на подоконнике. Открыл глаза и сразу же вспомнил, где он.

Иногда, просыпаясь по утрам, Робин с большим трудом вспоминал город, в котором находился, мотель, где ночевал. Приходилось даже делать усилие, чтобы вспомнить имя девушки, которая ночью спала рядом с ним.

Но этим утром Робин был один.

Он поискал сигареты на столике у кровати. Пачка была пуста. И ни одного более-менее приличного окурка. С другой стороны кровати Робин заметил пепельницу, переполненную длинными окурками в пятнах оранжевой губной помады. Но к ним он не прикоснулся. По телефону заказал себе кофе, большой стакан апельсинового сока и две пачки сигарет. Ожидая заказ, он все же расправил один из окурков, вытряс из него пепел, закурил. Окурки в другой пепельнице были получше, но Робин встал и выбросил их в туалет. Он смотрел, как их смывает водой, с ощущением, будто избавляется от девицы, курившей эти сигареты.

Черт побери! Робин был абсолютно уверен, что она незамужняя. Обычно он нюхом чувствовал замужних женщин, этих искательниц приключений. Но вчера он ошибся. Может, потому, что эта девушка была не похожа на остальных? Ну да черт с ней! Это приключение, как и многие в его жизни, не будет иметь продолжения. Робин улыбнулся, посмотрел на часы. Почти полдень. Он еще может успеть на двухчасовой поезд, уходящий в Нью-Йорк.