— Я знаю, мои слова стали для тебя полной неожиданностью. Конечно, тебе нужно время, чтобы все обдумать и взвесить. Я готов подождать. Но недолго. Когда что-нибудь надумаешь — приходи.

С этими словами он направился к двери.

— Да, совсем забыл, — внезапно уже на пороге повернулся к ней Тай. — Если все-таки надумаешь уезжать, постарайся не очень шуметь, пока будешь собирать вещи. Ты же знаешь, я почти всю ночь из-за тебя не спал. — Лениво почесав затылок, он широко зевнул и добавил:

— Пойду посплю.

Санни уставилась в пустой дверной проем.

Он блефовал, в том не могло быть сомнений! А если нет?

Скорее всего насчет пари с Джорджем — это правда. Ведь он же сразу сказал, что к концу недели хочет добиться близости с ней. Вот и добился.

Идея выйти за него замуж казалась немыслимой.

Впрочем, почему бы и нет?

Да, она любила его. Так, может, стоит остаться вместе с ним здесь вместо того, чтобы жить в одиночестве в Новом Орлеане?

Нет, ничто не заставит ее изменить решение сегодня же навсегда уехать из Латам-Грина!

Ничто? На этот раз она собирается сбежать от мужчины, которого по-настоящему полюбила, который сам…


Подойдя к постели, она бесцеремонно потрясла его за плечо. Как он смел снова лечь в постель и безмятежно уснуть! Она тряхнула его еще раз. Вздохнув, он перевернулся на спину и уставился на нее ничего не видящими со сна глазами.

— Ты еще не уехала? — спросил он наконец.

— Ты не сказал мне ни слова о любви.

— Так необходимо, чтобы я сказал тебе об этом? — Он приподнялся на локте.

— Во всяком случае, мне бы хотелось. Он засмеялся, уловив в ее голосе обиду.

— Санни, если бы я тебя не полюбил, то в первый же вечер уложил бы тебя в постель. Я бы пошел тебя проводить до дома и, вдоволь насладившись тобой, навсегда забыл о тебе. — Заметив ее негодующий взгляд, он торопливо добавил:

— И не надо говорить, что этого бы никогда не случилось. Увидев друг друга в тот вечер, мы оба почувствовали неодолимое влечение. Но я хотел завоевать не только твое тело, но и душу. Я хотел, чтобы ты поняла — мое отношение к тебе выходит далеко за рамки чистого секса.

— Значит, ты всерьез говорил, что восхищаешься мной как женщиной?

— Конечно.

Прикусив нижнюю губу, она помолчала, а потом застенчиво проговорила:

— Я не хочу рожать больше двух детей… Закинув руки за голову, он улыбнулся.

— Согласен. В конце концов, вынашивать и рожать придется ведь не мне, а тебе. Надеюсь, ты еще не слишком стара для этого? — пошутил он.

— Мне скоро стукнет тридцать, — грустно сообщила Санни.

— Тридцать? Думаю, иметь детей нам еще не поздно.

— Я не буду одеваться как провинциалка, — выставила она дополнительное требование.

— Хорошо, мне нравится, как ты одеваешься. — Он скользнул взглядом по ее фигуре и добавил:

— И как раздеваешься…

Чувствуя, что начинает таять от этого взгляда, Санни упрямо продолжала:

— Мне придется часто ездить в Новый Орлеан.

— Понимаю.

— Я не собираюсь бросать работу.

— Пусть будет так.

— Я собираюсь обойти все банки штатов Луизианы и Миссисипи с просьбой о предоставлении ссуды на открытие собственного дела.

— В этом нет никакой необходимости. У меня есть кое-какие деньги.

Помолчав несколько секунд, она решительно возразила:

— Я не хочу открывать собственное дело на твои сбережения.

— Ну же, Санни, не упрямься. После того как мы с тобой поженимся, это будут не мои, а наши деньги.

Увидев в ее глазах непоколебимую решимость стоять на своем, он тяжело вздохнул:

— Ну хорошо, поступим так. Если ты исчерпаешь все возможные варианты получения ссуды, так и не добившись денег, мы снова вернемся к обсуждению этого вопроса.

— Согласна! — быстро кивнула она с довольным видом.

— Что еще?

— Я плохо готовлю…

— Ничего, с голоду не помрем.

— Я не люблю копаться в земле. Терпеть не могу всех этих мошек-блошек, змей, лягушек… Так что не жди от меня выращенного в собственном огороде зеленого горошка для домашнего консервирования.

— Честно говоря, я предпочитаю фабричные консервы.

— Вот и отлично. Я очень чистоплотна и аккуратна, и от тебя тоже потребуется…

— Санни?

— Что?

— Я тебе нравлюсь?

Взглянув на него, она подумала, что видит перед собой самое дорогое лицо на свете, хоть и небритое.

— Очень, — тихо ответила она.

— Ты любишь меня?

Санни почувствовала, как в душе поднимается горячая волна нежности.

— Люблю, очень люблю…

— Тогда хватит болтать, лучше иди ко мне…

Когда она разделась и улеглась рядом с ним, Тай прижал ее к себе и заговорил:

— Ну вот, теперь, когда мы с тобой обсудили все твои условия, когда ты знаешь, что моя любовь нисколько не угрожает твоей независимости и твоей карьере, теперь, когда ты наконец окончательно успокоилась, позволь сказать о моих чувствах к тебе. — Отведя с ее лба непослушные пряди золотистых волос, он зашептал:

— Я люблю тебя, Санни Чандлер. Я влюбился в тебя с первой же минуты. Даже если бы не было никакого пари с Джорджем, я бы все равно захотел как можно скорее уложить тебя в постель. В случае необходимости я был готов поехать за тобой куда угодно, не только в Новый Орлеан. Я хочу быть твоим защитником. Хочу, чтобы все знали, что ты — женщина Тая Бьюмонта, его возлюбленная, его супруга. И любой, кто посмеет тебя хоть словом обидеть, будет иметь дело со мной, а я, как тебе уже известно, страшен в гневе. Ты и радость моя, и мое горе… Я так люблю тебя…

Едва слышно рассмеявшись, она нежно провела кончиками пальцев по его губам.

— То же самое я могу сказать о тебе, любимый, — прошептала она, и ее глаза вспыхнули счастьем. — Почему ты не был таким романтичным и нежным с Самого начала?

— Тогда бы у меня ничего не получилось. Я бы не сумел пробиться к тебе. Поэтому я решил сделать так, чтобы ты сама влюбилась в меня.

— Значит, ты такой умный, да? — лукаво улыбнулась она.

— Ужасно умный, — подтвердил он без тени иронии.

Обхватив руками его шею, она притянула Тая к себе. Его руки нежно заскользили по ее обнаженному телу…

— Тай, — выдохнула Санни, — не трогай меня там…

— Разве тебе не нравится?

— Нравится, еще как нравится, но если ты не остановишься, будет поздно…

— Давай проверим. Спорим, я сумею удержать тебя, Санни Чандлер?