чишка! а что спиртного мало, так может язвенник.

А "язвенник" сидел лиловый от прилившей к лицу, казалось, всей крови организма, и вид у него был, не в пример официанту,

несчастный.

Кира разозлилась на идиотский митин заказ - по количеству и набору блюд, - но постаралась не культивировать это в себе, - решив посмотреть, что же дальше будет?

Недовольна была и Леля, вернее, по-новому относясь к Мите, она огорчилась, что он выглядел и глупеньким, и нахальным. Ей не жаль было ни своих, ни кириных денег, но мальчик с тициановскими волосами не должен так беспардонно распоряжаться чужими деньгами! Мгновенно Митя стал для нее именно тем племянником, у которого волосики, как потертая зубная щетка. А жаль...

Появился официант и припер полный поднос всяческой еды. Тетка ехидно заметила, что "Митя сегодня держит стол", но тем не менее с огромным удовольствием принялась за еду, - чего ей себя ограничивать? Ей же платить! Ну еще Лелька добавит...

Леля что-то поклевывала, а Митя не ел вообще. И все они молчали.

За столом назревала скука и Митя с ужасом пытался хоть что-то вспомнить, чтобы рассказать или хотя бы сказать о чем-то, но как всегда, в экстремальные минуты - голова была пуста и, если что и было в ней, - так это звон.

Спасла положение Леля. Она вспомнила историю из свой юности про первый поход в ресторан. История была забавная, Кира посмеялась, Митя кое-как выдавил улыбку, но за столом произошла разрядка.

Предоставленный самому себе, Митя стал исподтишка рассматривать обеих женщин.

Кира напомнила ему попугая, с которым ходил по дворам у них в городе гадальщик. Попугай был розового цвета, нахохленный и страшно гордый. Но внимание свое Митя сосредоточил на Елене Николаевне.

Он ощутил, что она своей мягкостью и своим спокойствием благотворно влияет на его безумную тетку, но вместе с тем она казалась ему немного странной, и ему захотелось постичь эту странность и потому он часто и воровато на нее посматривал.

Ему она понравилась. Красиво одета (права тетка, говоря про ее высокий вкус!): синий костюм с глубоким вырезом, из которого поднимается высокая, белая, совсем не толстая шея, с маленькой головкой, - как бутон, - пышные вьющиеся стриженые волосы обрамляли ее спокойное мягкое лицо с круглыми яркими голубыми глазами и маленьким розовым ртом. Ее бедер не было видно и она казалась тоненькой - верх у нее был изящный и небольшой.

Мите вдруг захотелось, чтобы эта женщина думала о нем хорошо. А что если они встретятся во дни митиного величия?.. Она - еще привлекательная дама, станет восторгаться его успехами... Он совершенно не представлял, сколько лет Елене Николаевне.

Леля почувствовала его взгляд, и мельком глянув на Митю, увидела в глазах его почтительность и уважительную задумчивость.

Она полуулыбнулась ему, а внутренне вся сжалась, потому что сейчас явственно представила пропасть между ним и ею. И испугалась того, что это могло придти ей в голову - ни о какой пропасти она вообще не должна даже думать, это не имеет права приходить в голову, потому что - НЕ ИМЕЕТ! Чтобы преодолеть страх и растерянность, Леля громко и весело сказала: что ж мы? Набросились на еду и ни тоста за виновницу торжества? Нашу умницу, красавицу, - королеву Божьей милостью!

Кира обмякла, а Митя, дрожащей рукой, придерживая галстук, налил сухое светлое вино в узкие бокалы. От выпитого вина, грозной закуски с перцем и травами, сигаретного дыма, а больше - от ресторанной музыки, откровенной и замедленной, митины бледные скулы запылали. Пылали уши и даже ладони, которые мучительно хотелось опустить в снег и тогда придет успокоение, которое никак не приходило.

Худая темноволосая певичка медленно, низким хриповатым голосом сообщала: Джонни из э бой фор ми...

Митя, зная английский слабо, это понял, перевел для себя: Джонни, мальчик только для меня... и загрустил.

О том, что ему никто не скажет таких слов, потому что его никто ТАК не любит и он тоже никого не любит. И Митя отчаянно затосковал о девушке, которая где-нибудь на острове Таити ждет своего Джонни. Хотя вино было не крепким и количество его малым, Митя чувствовал, что у него кружится голова и винная фантасмагория окутывает все вокруг и он вдруг нечетко сказал: и никогда он не придет.

- Что? - переспросила Кира, оторвавшись от беседы с Лелей.

Митя молчал. Леля же почувствовала изменение в митином настрое, поняла, что надо уходит на воздух и сказала опять же весело и с улыбкой: а не пойти ли нам к тебе, Кируля, и не выпить ли там кофе?

Кира заартачилась и заявила, что если кому-то надоело в ее компании, то пусть идет, а она будет пить кофе здесь, и с ликером.

Кофе пили в ресторане.

Женщины дымили уже, не переставая, и Кира протянула пачку сигарет Мите.

Митя взял сигарету, ловко прикурил и также ловко сказал, что начинать когда-нибудь надо. Женщины переглянулись - на глазах Митя менялся и то вызывал жалость, то нежность. И Кира похвалила себя за сегодняшнюю придумку и подумала, пусть курит, не младенец же он в пеленках. Пеленки остались там, у мамы и бабушки...

А вслух сказала, что сестрица бы ее убила из рогатки. Митя небрежно пожал плечами, выпуская изо рта клубы дыма, - Кира поучила его и как курить, - и стал рассматривать танцующих.

Вернее, одну пару: толстого большого седого мужчину и тоненькую девушку-блондиночку в стоптанных туфельках и потрепанной юбке. Девушка была пьяновата и клонила головку со спутанными волосами своему кавалеру на плечо, а сама хитро подмигивала Мите. Он ей улыбнулся. Она казалась ему очаровательной...

Кира стала поддразнивать Митю и подсмеиваться над девушкой - какая она растрепа и неряха, втянула и Лелю, которая только ради кириного дня, дала себя втянуть.

Ей не хотелось, чтобы Митя смотрел на эту девушку, которая была много-много моложе Лели...

Наконец-то и Кира устала. Официанта предъявил ужасающий счет. Дамы стали рыться в сумочках, радуясь, что совместных денег

кажется хватит.

Официант уже сменил подобострастную улыбку на четвертьпрезрительную, потаскухи оплачивают! А "язвенник" как умер.

Но язвенник не умер, а вдруг встрепенулся, пришел в себя от своих дум, полез в карман коверкотового пиджачка, достал кипу денег и надменно заявил: сдачи не надо.

Официант сомлел, Кира озверела и обозвала Митю сопляком, а у Лели от безобразности сцены заболело сердце.

По лестнице вниз они шли молча. Митя вроде бы и уничтоженный теткой, однако чувствовал себя на высоте. Кира пылала от гнева, а Леле было стыдно за Митю - ведь, наверное, это кирины домашние деньги?..

На улице оказалось тепло, почти как в ресторане, только не дымно и не пьяно. И всем им троим вдруг захотелось пройтись, чтобы ушло все, что принес сегодня этот нелепый в сущности поход в ресторан.

Но Кира сухо сказала: Митя, иди домой, а мы немного пройдемся с Еленой Николаевной. Тебе спать пора. Этим она подчеркивала, что ничего не изменилось, - Митя все равно недоношенный цыпле

нок, что бы он не пытался из себя изобразить.

Митя хотел возразить, что не имеет права отпускать их одних гулять так поздно... Но понял, что нарвется на еще одну отповедь!.. И попрощавшись чисто официально, ушел домой.

Настроение у него становилось с каждой минутой все поганее и поганее. Деньги эти, - не деньги даже, а символы, символы любви

мамы и бабушки,- были присланы, собраны Мите на зимнее пальто,

которого у него никогда не было, - на юге не нужно, но здесь!..

И вот эти деньги он сегодня выбросил в Национале. Ему не было их жалко и не нуждался он в зимнем пальто! Но сам факт, сам жест!..

- жест сопляка и дряни! Права тетка Кира! Но права она или нет, он ее не любит, и чем дальше - тем больше.

Странно, что вначале тетка ему нравилась, он даже думал, что она идеал современной женщины: умная, свободная, насмешливая. Он грешил против своих допотопных,- как он стал считать, - мамы и бабушки. Ему начало казаться, что они все делали не так, были смешны и старомодны и... не очень-то умны.

А сейчас он вдруг подумал, что свобода у тетки нарочитая, и современность тоже, - будто взятые напрокат. Все у тетки неправда или полуправда! Одиночество и подруга Леля - вот теткины две правды и никаких других нет.

Кира и Леля шли по бульварам, как и всегда в этот день. Но теперь их настроение было иным. И виной этому была Леля, скорее ее вопрос-упрек: Кира, ну зачем ты с ним так?..

- Ты о мальчишке? - Надменно и пренебрежительно спросила Кира, - знай, дорогая, что он сегодня наверняка истратил деньги, собранные матерью ему на пальто или, - что не исключаю,- взял из наших с ним, семейных... И то, и другое - гадость, не находишь? Вообще, это глупое желание учиться только в МГИМО!.. Не знаю, что из него получится! Мелкий клерк, не более, но, возможно, ему большего и не нужно. Я бы отправилась на его месте домой и пошла бы учиться в их ПЕД...

Тут Кира по какой-то неуловимой лелиной улыбке поняла, что перегнула палку в своей недоброжелательности к племяннику и

быстро сказала: ты думаешь, он мне мешает? Ничуть. Во мне даже

проявились родственные чувства и как ни странно, как говорят в

спорте, - я за него болею... Я-то решила, что он достаточно

повзрослел и чуточку поумнел, и вот на тебе, - ЖЕСТ!

Кира от возмущения тряхнула головой.

- Кира, - мягко упрекнула Леля, - он, конечно, еще не взрослый... Я уверена, что этот жест с деньгами он сделал от широты

души и чтобы показаться нам с лучшей стороны. Я сначала тоже как-то рассердилась на него, а потом поняла... Он сам станет казниться... Не надо было его прогонять, и так... - Леля замялась, но все-таки решила уточнить, - так неуважительно.

- Ах, великая добрячка! - Крикнула Кира, остановившись, - да более доброго, чем я, человека не сыскать, ты сама знаешь! Вы все делаете из меня зверя! Да, да! Стоит мне хоть кого-то покритиковать, как поднимается крик: грубая, злая! И первой кричишь ты. Не кричишь, естественно, ты же не из крикливых, как я. Ты тихо и скромно осуждаешь, но как!